Фантастика 2026-17 - Максим Мамаев

в двадцать четыре, — равнодушно заметил Павел. — Ты уже не можешь быть признан гением. И ты очень мало уделяешь времени личному развитию — пьянки, дружки, распутные девки и мелочные интриги занимают у тебя слишком много времени. Ты уже четыре года как Младший Магистр, и за это время твоя аура не стала крепче ни на йоту. Но ладно бы это — ты не наследник и ты уже взрослый мужчина, делай что хочешь. Но попытки через Воронцова и Бестужеву сыграть свою партию… Ты действительно полагал, что сумеешь утаить от меня попытку саботировать защиту своей сестры?

— Я ничего не приказывал им…

— Напрямую, знаю, — согласился Павел. — Но как я уже и сказал, ты взрослый мужчина. Возраст невинности, когда я мог закрывать на твои мелкие выходки, давно минул. Ты едва не лишил Род Романовых и конкретно мою семью будущего Мага Заклятий. Ты ухудшил и без того хрупкие отношения с одним из главных наших союзников, Валге — настолько, что из лично моих людей при ней сейчас лишь два человека. Эсминец, его экипаж и несколько Старших Магистров на нём люди Валге — и это было их условие, без которого они либо забрали бы мою дочь к себе, либо разорвали бы наш союз. И пошатнувшееся доверие ко мне и нашей семье в целом Хельги — доверие, которое сейчас, в дни войны, даёт мне гораздо больше, чем один алкоголик и бабник, ведомый детскими обидами. Род у аристократов превыше всего, сын мой, и ты это позабыл. Напомнить тебе, каково наказание для тех, кто идёт против Рода?

— О-отец, я же ничего такого не х-хотел, — заикаясь от страха, торопливо забормотал Александр. — Это всё были… Ну, я же не думал, что эти дураки и впрямь попробуют саботировать твои приказ-зы, папа! Я…

— Молчать, — негромко бросил Павел Александрович, и из сына будто весь воздух выпустили.

Он знал, что за человек его отец. Очень хорошо знал, а так же умел видеть почти незаметные другим проявления эмоций на его лице. Левый уголок губ отца был чуть-чуть, буквально на пару миллиметров опущен вниз, а глаза чуть прищурены — так он выглядел, когда испытывал сильнейшее презрение к собеседнику. И Александр впервые за много-много лет вновь почувствовал себя беспомощным, слабым ребенком перед лицом грозного родителя…

И отчетливо видящий страх сына Второй Император с трудом удержался от того, что бы, махнув рукой на всё своё воспитание и манеры, не сплюнуть от отвращения прямо на пол. И этот слизняк, не способный ни довести дело до конца, ни ответить за свои поступки — его сын⁈ Если бы он не знал доподлинно, что это его плоть и кровь, он бы усомнился в верности собственной жены. Хорошо хоть старший не таков… Тоже не подарок, но хотя бы умен и твёрд характером.

— Изгнание из Рода — самое мягкое наказание за подобное, Саша, — взяв себя в руки, холодно заговорил он. — А в случае, если проступок действительно тяжек — казнь. Не питай излишних иллюзий — я прощаю тебя в самый последний раз. Для меня ты всё равно что мёртв — пей, гуляй, веселись, деньги у тебя будут. Но знай — можешь даже не надеяться, что займешь в семье и губернии серьёзное положение. И да — как выйдешь из кабинета, навести-ка Максимку Филатова. Мы, конечно, и так знаем всё о твоих делишках на стороне, но для протокола ответишь на все вопросы, что он тебе задаст. И не вздумай пытаться юлить — ему позволено применить к тебе, в случае надобности, дополнительные средства убеждения. Не доводи до греха. Пшёл вон!

Глава 19

Мне удалось договориться с нанхасами. Не идеально, не во всём так, как мне хотелось бы — но к общему знаменателю мы пришли. И сейчас я вместе с Приходько и Алтынай стоял на месте, которое в будущем станет первым моим настоящим владением. Сперва деревенькой, затем и небольшим городком, ну а дальше уж как пойдёт.

— Так как назовем-то? — озвучил очевидный вопрос Влад. — Негоже оставлять новый дом без названия.

— Николаевск? — предложила Алтынай. — Многие называют Родовые поселения в честь фамилии Рода.

— Таких Николаевсков в губернии даже я пяток знаю, — возразил Приходько. — Нет, звучит неплохо, конечно, но всё равно не то. Может, вольный? Учитывая то, какие порядки решил здесь насадить Аристарх, название подходящее.

— Займемся названием потом, — прервал я начинающуюся дискуссию. — Скоро к нам прибудут имперские чиновники. Земли мы отхапали интересные, малоразведанные и расположенные в изрядной глуши, но благодаря твоим родичам, Алтынай, мы знаем об их богатствах. Нужно будет организовать показ всех ресурсных месторождений и оформить все бумаги, прежде чем заниматься всей этой ерундой… А денег у нас, к сожалению, только на то, что бы платить людям жалованье… Так что всю эту нашу красоту нужно показать, оформить и готовиться отправляться на войну.

А богатств было действительно немало. Очень, очень немало — три месторождения магического топлива, что использовались в алхимреакторах практически во всех сферах — от заводов до летучих кораблей, один золотой прииск, месторождение какой-то несомненно магической руды, какой именно — ещё предстояло разобраться, несколько больших рощ, богатых магическими породами деревьев, что охотно скупались предприятиями, строящими воздушные и морские суда, да и мебельщики, что обслуживали богатые Рода, изготавливая свою продукцию на заказ, тоже от подобного не откажутся…

Всё это, при грамотном подходе, вообще способно давать такие доходы, что даже нужда в охоте может отпасть полностью. Вот только на то, что бы развернуть здесь добычу, у меня нет ни людей, ни денег. Пока нет — а потому я связываю огромные надежды на предстоящую войну и трофеи с неё.

И это не говоря уж о том, что все эти богатства нужно будет как-то удерживать. Ведь соседи-аристократы будут не прочь оторвать у пока слабого Рода кусок пожирнее, так что проблем будет преизрядно. Первые год-два вообще будут крайне тяжелы — Родовые конфликты дело такое, в них государство не лезет без крайних на то обстоятельств. И придется бить по зубам всех окрестных хищников своими силами…

Но я выстою. Я уже предпринял определенные меры для того, что бы в будущем удержать своё, и смею надеяться, что их хватит. Соглашение, которое я подписал с нанхасами, включало в себя несколько пунктов. Первый — они получают право основать своё поселение на моих землях. И получают все права, имеющиеся у свободных жителей империи — защиту от аристократов, право торговли, возможность обучаться основам магии для одарённых на моих землях и много других, более мелких пунктов.

У Империи и вольных народов Сибири отношения на данный момент были достаточно своеобразны. Не то,