"Фантастика 2026-97". Компиляция. Книги 1-35 - Ольга Кобзева

большинство которых не от хорошей жизни пошли работать в детский сад, больше всего на свете мечтали, чтобы этот мужик в костюмчике, что уверенным голосом вещает им непонятные вещи, сдох здесь и сейчас, исчез в корчах из их маленького мирка с шестичасовым рабочим днем, бесплатным питанием и скидкой на электроэнергию, тепло и горячую воду. Да, зарплата здесь не самая высокая, но и большинство тех, что прожигали меня глазами в помещении музыкальной комнаты, тоже не великие специалисты, примерно половина за душой имеет какие-то непонятные педагогические курсы. Хотя, если меня начнут бить, не важно, будет это девица с высшим образованием или с незаконченным средним, все равно, мне не поздоровиться. Я с детства помню сцену бабьего бунта из «Поднятой целины», где окровавленного большевика разъяренные казачки водили по деревни в поисках каких-то ключей… И чтобы не оказаться на месте этого, то ли Денисова, то ли Макара Нагульнова, я говорил, говорил и говорил, давя на слушательниц, не давая присутствующим сотрудницам даже вставить слово.

— Я хочу, чтобы вы все сохранили свою работу, чтобы этот детский сад сохранился, но вы все должны понять одну простую вещь! Как было раньше — уже не получится. Директор не будет больше тратить на детский сад несколько миллионов в месяц. Надо сокращать расходы и увеличивать доходы, независимо от вашего мнения. И когда я говорю уважаемой Тамаре Геннадьевне, что надо сделать, чтобы вывести ваше подразделение в «ноль», я хочу слышать в ответ, что мое предложение будет немедленно выполнено, а не угрозы, что кто-то начнет писать жалобы на руководство Завода или на меня лично. Вы поймите — ваши жалобы, или жалобы родителей, никому сейчас не интересны. Пойдут жалобы — садик быстрее закроется, потому что он, по большому счету, нужен только вам. Да, директор возможно, чтобы пригласить какого-то уникального специалиста на Завод, может пообещать ему место в саду для ребенка, но, ему гораздо проще вас закрыть, как проблемное подразделение, а место для ребенка такого специалиста найти в детском саду энергосистемы или любого завода, с которыми мы взаимодействуем. Поэтому, засуньте в одно место ваши амбиции и постарайтесь делать только то, что я вам говорю. Мой телефон вы можете записать и обращаться по любому вопросу, и на этом я хотел бы с вами распрощаться, а то на Заводе очень много дел.

Уф, вырвался, ушел из этого «цветника» без драки и скандала, благо до выхода на улицу мне надо было сделать только десяток шагов. Теперь надо спешить на Завод, поднимать решения профсоюзного комитета о представлении путевок на посещение детского сада.

Кабинет комитета профсоюза.

— А скажи мне, дорогой мой Константин Генрихович…- я поднял голову от картонной папки с решениями профсоюзного комитета, где цветные закладки обозначали нужные мне страницы: — Почему в вот этих решениях отсутствует степень родства ребенка и сотрудника, который написал заявление?

Изучение документов выявило грустную картину. Во-первых, содержать детский сад — это дорого, очень дорого. По нормативу МинПроса, каждая группа дошкольного заведения должна была включать в себя не более двадцати детей, при двух воспитателях и двух нянечках. У нас в группы были записаны по двадцать пять человек, что, с учетом того, что дети частенько болели, давали те же двадцать человек постоянного состава. Кроме упомянутых воспитателей, в штатном расписании подразделения числились повара, заведующая, медицинская сестра, музыкальный работник, методист, заведующий хозяйством и прочий люд, необходимый для гармоничного и безопасного воспитания подрастающего поколения, в среднем один взрослый на четырех воспитанников. Мои попытки оптимизировать штатное расписание ни к чему не привели — лишних людей не было. Детишек надо было кормить, лечить, учить музыке, танцам и прочим предметам, а кроме того, менять в помещении лампочки, делать каждый год ремонт, восстанавливать мебель, закупать игрушки и просто возить еду для полноценных завтраков, ужинов, полдников и обедов. Как итог, родительская плата за детей покрывала незначительную долю расходов завода.

— Костя, а мы можем убрать из коллективного договора, что работники детского сада платят за своих детей лишь пятьдесят процентов от стоимости, по сравнению с линейным и прочим персоналом?

Профсоюзный босс нервно сглотнул кадыком и даже немного побледнел. Не уверен. Что перед его глазами сейчас промелькнули именно кадры из старого фильма о расправе казачек с коммунистом, но что-то близкое он увидел. Да, низкооплачиваемые сотрудники за свои льготы готовы биться очень жестко, и задача заставить этих женщин платить за своих детей в два раза больше — весьма нетривиальна.

— Костя, это все равно придется делать. — надавил я на хозяина кабинета под неодобрительное кряхтение его помощника, семидесятилетнего ветерана, что, за неплохую прибавку к пенсии, целыми днями читал газеты, ругал правительство и депутатов, и иногда, в отсутствие председателя профкома, выполнял роль секретаря.

Я отмахнулся от «особо ценного мнения» профсоюзного ветерана и усилил натиск.

— Костя, там у каждого сотрудника детского сада, как минимум, один, а то и два ребенка посещают наш детский сад, а это, считай, четверть детей. Директор все равно на это будет давить, так что тебе лучше по сопротивляться, но после неравной борьбы, этот пункт слить, все равно, от детского сада на утверждении коллективного договора будет один человек, а остальным делегатам это не интересно. Зато, если ты бросишь директору эту косточку, он, скорее всего, на что-то более ценное, покушаться не будет. Мне этих теток, безусловно жалко, но у меня задача сделать детский сад безубыточным, поэтому я директору этот пункт, все равно, буду предлагать.

Вырвав из профсоюзного босса обещание «подумать», я выписал из протоколов фамилии сотрудников, чьи заявления о предоставлении места для ребенка в детском саду не были подкреплены каким-то документом, пошел к себе в юридическое бюро, предварительно потыкав профсоюзных лидеров на это упущение.

В спину мне неслось стариковское брюзжание, что раньше небо было голубее, а яйца не учили куриц.

— Детский сад? Добрый день. А методиста могу услышать… Еще раз здравствуйте, Елена Николаевна, это Громов вас беспокоит. Запишите пожалуйста, в течение трех дней вам, Пчелкиной, Морозовой и Кузнецовой передать мне копии документов, подтверждающих ваше родство с детьми, которых вы записали в детский сад… Не понимаете, о чем речь? Объясняю. У вас фамилия Лаврова, правильно? Год назад вы попросили предоставить вам путевку в детский сад на Деревянкину Настю, трех лет. Правильно? Вы должны предоставить мне копии документов, из которых будет видно, что Настя Деревянкина ваша внучка… Ну, обычные документы — свидетельство о рождении