"Современная зарубежная фантастика-2". Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

минутки, что я пишу код для спасения людей от того, что могут придумать Цели, но минутка у меня была. ГИК создал симулятор программы, которая защищала шлемы и костюмы Целей от ударов моих дронов, и тестировал мои новые коды для дронов. Камуфляж вражеских дронов оказалось труднее взломать, поскольку это был скорее физический эффект, а не сетевой. Не сработал ни один фильтр, который я применил к сканам или прицелам дронов, по крайней мере в модели-симуляторе. Если я продолжу долбить головой эту стену, толку не будет, пока я не придумаю другой метод. Так что я не стал вести себя по-свински и просто сказал:

– Говори.

– Я знаю, ты мне не поверишь, но я рад, что ты с нами в этой экспедиции.

Ой, да ладно. Я мог бы проиграть аудиозапись того, что он говорил обо мне доктору Мензах, но не очень-то хорошо подслушивать чужие разговоры в защищенных пространствах и личных жилищах.

– Так, значит, у тебя нет серьезных опасений? – спросил я вместо этого.

На его лице отразилось мимолетное удивление, как бывает у людей, когда автостраж говорит не то, чего от него ожидают.

– Верно, – медленно выговорил он. Человек ни за что не вспомнит собственные слова через такой промежуток времени, так что он и не заметил, как я его процитировал. И все же он слегка прищурился. – И я знаю, что ты нас спас.

Он явно колебался.

На конце фразы чувствовалось невысказанное «но».

– Но тебе не нравится, каким способом я это сделал, – сказал я, потому что мне не хотелось терять на него время.

Его взгляд посуровел.

– Да. И не нравится, что Амена видела, как ты это делал. Но проблема не в этом.

«Не задавай вопрос, если ты еще не знаешь ответа», – посоветовал по приватному каналу ГИК.

ГИК был прав, поэтому я его не послушался.

– А в чем проблема?

ГИК закатил глаза (насколько это возможно по сети) и запустил следующую серию «Первооткрывателей».

– Ты давишь на Айду авторитетом, – сказал Тиаго.

Эта фраза меня задела. К счастью, ГИК следил за процессами, так что я не завалил анализ данных. А еще он сообщил мне значение фразы «давить авторитетом».

«Я в курсе, что это значит», – огрызнулся я.

И я правда был в курсе, но не того, о чем говорил Тиаго. Я задумался.

– Я никогда не указывал доктору Мензах, как поступить, – возразил я.

Челюсть Тиаго напряглась.

– Не сомневаюсь в этом. Но она боится выполнять свои функции лидера совета. И не стала выдвигаться на новый срок. Все из-за тебя. Это из-за тебя она и тени боится. До твоего появления на «Сохранении» она не нуждалась в охране. А теперь думает, что не может работать без охраны.

Это было так несправедливо и неверно, но все же правдиво, что я начал сбрасывать идущие процессы. ГИК подбирал их и переводил в наше общее рабочее пространство.

– Я появился на «Сохранении» не добровольно. Меня привезли туда в неактивном состоянии, после того как у меня произошел критический сбой, когда я спасал жизнь доктору Мензах.

– Я знаю, – раздраженно взмахнул рукой Тиаго. – Я лишь говорю…

Нет уж, теперь говорить буду я.

– Ее жизнь была под угрозой. Когда доктор Мензах вернулась на станцию «Сохранение», «СерКриз» послала трех оперативников, чтобы ее убить. Им это не удалось, но с вероятностью в шестьдесят пять процентов «СерКриз» прислала бы новых убийц. Этот процент начал снижаться, после того как страховая компания уничтожила охранное агентство «Частокол» и нанесла серьезный урон «СерКриз».

«СерКриз» сама виновата, что приказала наемникам «Частокола» напасть на дорогостоящий истребитель страховой компании, а «Частокол» сам виноват, что вышел за пределы необходимого, но попробуйте объяснить это «СерКриз». Компания не боялась «СерКриз», просто должна была преподать ей урок. А урок вот какой: если ты собрался укусить кого-то более крупного и злобного, нападай быстро и бей точно в цель, а потом поскорее сматывайся. Я тоже всегда стараюсь действовать именно так. Атака «СерКриз» не была ни молниеносной, ни направленной, да и с быстрым отходом не задалось.

Тиаго уже открыл рот, но я продолжал говорить:

– Была и до сих пор сохраняется потенциальная угроза со стороны отдельных наемников или сотрудников «СерКриз», но я оцениваю ее как достаточно низкую, так что доктор Мензах может возобновить привычную деятельность при содействии службы безопасности станции «Сохранение».

Тиаго потребовалось четырнадцать секунд, чтобы это переварить.

– На нее нападали? Почему же она не сказала нам?.. И в новостях ничего не было…

Я достал архивное видео и наскоро отредактировал записи из шлемных камер охранников станции и одной дрянной камеры в зале заседаний совета. ГИК с интересом их изучил. Я отправил видео в канал Тиаго и поставил на автовоспроизведение.

Его взгляд затуманился, а потом Тиаго вздрогнул, явно ошеломленный увиденным.

ГИК просмотрел видео до конца, а потом еще раз. Я отправил Тиаго ту часть, где я стою на столе зала заседаний совета, пытаясь свернуть шею Врагу № 1, в то время как Враг № 2 прыгает ко мне на спину и вонзает туда какую-то дрянь. Шесть охранников станции валяются вокруг стола в разных позах и разных стадиях жизнеспособности, а единственная находящаяся в сознании, по имени Тифани, висит на руке Врага № 2, которой тот тычет в меня острым предметом, и колотит его по голове.

«И чем этот человек тебя порезал?» – осведомился ГИК.

«Обломком стула».

– Это автостражи? – в ужасе спросил Тиаго.

Я понимал, почему он так решил.

– Дополненные люди, подстегиваемые химическими веществами. Они не чувствуют боли, а их реакции многократно ускорились. Они обладают физической силой автостража, но не могут так взаимодействовать с сетью, и операционная мощность у них ниже. Так их сложнее обнаружить, к тому же не так жалко потерять.

Если уж начистоту, в то время «СерКриз», вероятно, и не могла найти другую страховую компанию с лицензией на автостражей, чтобы их нанять. Учитывая высокую оценку рисков, недостаток финансовых средств и попытки обмануть или атаковать партнеров, «СерКриз» была плохим клиентом.

Тиаго выдохнул, чтобы успокоиться.

– Но больше они никого не пошлют? Ты сказал, вероятность угрозы уменьшилась…

– До приемлемого уровня.

И до этого уровня мне было нелегко ее довести.

Тиаго пристально всматривался в меня, чего я не люблю. Камера ГИКа не показывала его лицо целиком, но это было очевидно даже под таким углом.

– Тогда почему она решила не баллотироваться на второй срок?

– Она решила так не из страха, кретин, а потому что начала проходить посттравматическое лечение в центральной клинике. Она не рассказала