"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 - Владимир Брайт

— Что ж, господа кладоискатели, отправляйтесь за наследством мыслителя Концифика, оно Вам будет в самый раз! — с горькой иронией усмехнулся Бьенол, провожая взглядом караван, некоторое время видимый из окна их камеры, пока последний всадник не исчез на повороте дороги, ведущей к кальдере Каталена.

Между тем, накануне этого отъезда кладоискателей, глядя на сборы в дорогу сквозь зарешеченное окно, пришелец заметил дополнительные подробности, говорившие о планах людей дона Луиса, намеченных на данное мероприятие. В том числе, Бьенол не упустил из виду, как, прямо во дворе их обширной асьенды бандиты примеряли не только на себя, но и на своих лошадей противогазы.

Но при этом бывший космический диверсант вовсе не разделял уверенность бандитов в благополучном исходе. Резонно полагая, что если надежный скафандр Терраты был почти бессильным против того ядовитого газа, что в свое время приготовил мыслитель Концифик искателям кладов, то эти маски:

— Тем более не помогут!

Все шло пока именно так, как и хотелось ему с тех пор, когда Бьенол узнал о здешних запасах взрывчатки. Тогда у сетелянина появился реальный шанс на спасение и себя самого, и Алика Колена из рук преступников.

И он уже успел с отъездом экспедиции, наметить план их с подростком действий на асьенде мистера Грасса…

Теперь Бьенол точно знал:

— Очень даже скоро вырвемся с мальчуганом из кровавых рук преступных исполнителей замыслов человека, присланного сюда доном Луисом.

Но для этого нужно было выждать определённое время, чтобы Мануэль Грилан надежнее увяз в свою опасную авантюру с поиском сокровищ погибшей Терраты.

…Потянулись дни томительного ожидания хоть каких-нибудь известий от взрывников, скрывшихся в гилее.

Пока же, по репликам, услышанным во время общения друг с другом обслуживающим персонала поместья, пленники узнали, что откладывался на неопределенное время очередной прилет из Штатов на асьенду легкомоторного самолета — за очередной партией наркотиков. И тогда же, почти одновременно, удалось узнать о распоряжении шефа наркомафии, сделанном доном Луисом относительно участи пленников его лесной асьенды.

Сама эта задержка происходила по вполне безобидной причине:

— Из-за наступившей непогоды.

Нудной чередой потянулись ежедневные тропические ливни, порождаемые, обычными в эту пору муссонами.

Так что великолепный выгон для скота, расстилавшийся прямо за асьендой, давно превращенный в аэродром, теперь уже с утра до вечера был затянут если не струями дождя, то — пеленой тумана.

В них тонули очертания небольшого по размерам, изрядно покалеченного при вынужденной посадке, самолета. Давным-давно потерявшего и летчика, и надежду взлететь, без исправления поломки шасси, полученной при посадке на этот луг.

Новостей с «большой земли» не было никаких. Не подавал о себе знать и Мануэль Грилан.

…Немало дней прошло, как отправился он к подножию кальдеры Магдалена, прихватив с собой тонну пентрита, и как в воду канул. Но и это стечение обстоятельств, как на деле оказалось, теперь уже было только на руку Бьенолу. Так как он имел свой собственный расчет и на подобное развитие возможного сценария их с Аликом побега из лап бандитов международной организованной преступной группировки.

А тут настал момент, когда и он сам перешёл к активным действиям.

— Что, ребята, остались в полных невеждах? — произнес он однажды, как бы невзначай, когда шла пересмена караула и одновременно подали в камеру завтрак. — Будите еще завидовать своим, более удачливым приятелям!

Сам при этом с аппетитом одолевал котелок местного блюда — гаучо. Красных бобов, сваренных с рисом и мясом.

Слова были произнесены Бьенолом довольно невнятно, как это можно было сделать с набитым ртом, но всё же они прозвучали вполне убедительно. Угодили, как те семена, что попали в подготовленную почву.

Потому, что боевики уже и сами не знали что подумать, оставшись одни со своими пленниками, тогда как другие, возможно, набивают карманы в уже найденной и опустошённой сокровищнице.

И теперь уже невольные слушатели перестали церемониться и оторвали пленников от их незамысловатой трапезы.

— Как тебя понимать? — обиженно взялся за свой автомат Хуан. — Говори, да не заговаривайся!

По лицу Игуиты, и по тому, что он также потянулся за оружием, стало видно, что подобный разговор и ему столь же не по душе.

Тогда как пришелец словно ждал подобной реакции охранников на свои слова.

— Вот так! — отправляя в рот последнюю ложку варева, засмеялся сетелянин. — Провели вас за милую душу!

И угадал с тоном, каким следовало разговаривать в данный момент со своими строгими охранниками.

Кто это нас, по-твоему, провел?! — недоверие теперь отчетливо читалось на озадаченных лицах боевиков дона Луиса.

А там и прорвалось наружу:

— Говори, кто нас обманул?

— Кому будем завидовать? — прорычали один за другим Хуан и его напарник Игуита. — Сообщи точнее!

В свою очередь Бьенол и не думал молчать.

— Мануэль Гридан, кто еще у вас тут в гилее главный мошенник! — выбирая на дне миски остатки соуса куском лепешки, заявил он. — Теперь его ни одна собака по всей округе не отыщет.

После этих метких слов Бьенол мог еще долго наслаждаться произведенным эффектом, глядя в, ошарашенные его неожиданным сообщением, глаза вооруженных верзил.

Но он в своих речах на прежнюю тему пошел еще дальше:

— В той пещере, куда отправились ваши люди, золота и брильянтов было столько, что на сто таких, как дон Луис хватит.

Затем, окончательно итожа перед конвоирами свои, столь серьезные подозрения, Бьенол уверенно сформулировал заманчивый выбор, якобы, уже давно сделанный ловкими искателями сокровищ:

— Они уже себе набрали по столько добычи, кто сколько смог унести с собой, после чего дали деру.

Продолжая выскребывать свою миску до настоящего блеска, Бьенол вдруг заявил вполне примирительную и невинную фразу:

— Так что не ждите их здесь больше!

Подозрение, зависть, а потом и лютая ненависть, ещё некоторое время, волнами сменяли друг друга на лицах охранников:

— Врешь!

— Не могли они так поступить!

Только эти, почти хором произнесенные слова недоверия получили достойное опровержение со стороны сетелянина:

— Нет такого резона.

Бьенол выглядел вполне убедительным и откровенно, когда с откровенно дружелюбным настроением общался с, явно, недалекими по интеллекту, собеседникам.

— Мне-то отсюда все равно не выбраться — до города несколько сот миль, которые не преодолеть пешком, — услышали от него, совсем уже растерявшиеся от такого сообщения, завистливые охранники. — Их в сезон дождей не пройти.

Искуситель, заранее придумал все, что следовало сказать. Так что, теперь не лез в карман за словами. Произносил их уверенно и с тонкой насмешкой, не понятной, правда, неграмотным обитателям гилеи.

А еще, пришелец старался быть предельно лояльным к своим недалеким тюремщикам: