Видок 1-5 - Григорий Константинович Шаргородский

Улыбка цесаревича чуть подувяла, и на пару минут за столом возникла тишина.

— Насколько мне известно, вы были довольно близко знакомы с профессором Нартовым? — спросил Андрей Петрович, меняя тему.

— Да, смею надеяться, он видел во мне такого же друга, каким был для меня.

— Даже так? — удивился цесаревич.

— То, чему меня научил Федор Андреевич, и кое-какие его подарки не раз спасали мне жизнь. — Отвечал я обтекаемо, потому что не знал, ведомо ли принцам о том, что Нартов и омский Мясник — одно и то же лицо.

Судя по реакции Петра Петровича, все члены императорской семейки были допущены до секретной информации.

— И после этого вы с легкостью сдали его жандармам? — удивленно спросил третий сын императора. В его голосе я даже заметил нотки презрения.

— С легкостью? — Нахлынувшие воспоминания заставили меня зло скрипнуть зубами. — Ваше высочество, желаю вам никогда не становиться перед выбором между другом и совестью.

— Вы забыли о чести, — с вызовом бросил мне Петр Петрович.

— Ради друга я поступился бы честью не задумываясь, — не менее гордо ответил я.

Получился эдакий разговор двух напыщенных дворян, что было тут же отмечено цесаревичем.

— Не заводитесь, — небрежно отмахнулся он от нашей склоки, и, как ни странно, меня это мгновенно остудило. — Игнат Дормидонтович, неужели, общаясь с профессором, вы ничего не заподозрили?

— А вы? — ответил я вопросом на вопрос, зная, что Нартов помог Даше справиться с ее темной ипостасью, а значит, был знаком с августейшим семейством.

— Лично я видел его всего пару раз, да и то мельком, а Петр вообще не встречал ни разу.

— Я не алиенист, ваше императорское высочество, да и в повседневной жизни Федор Андреевич был вполне обычным, если так можно назвать столь выдающегося человека. И зверства он творил не ради потехи, а потакая своей нездоровой страсти к познанию неведомого. Если честно, знай я в момент поимки Нартова то, что его ждет в будущем, поступил бы иначе.

— Отпустили бы Мясника? — прищурив глаза, спросил Петр.

Если он хотел вызвать во мне гнев, то просчитался.

— Нет, — вздохнул я, — нашел бы в себе силы убить его.

За столом опять стало тихо, но в этот раз тишину нарушил не цесаревич. Дверь столовой открылась, и лакей впустил довольно примечательного персонажа. Похоже, в царственной семье была нарушена классическая схема сказки о трех братьях — исключением из генетического правила был не младший, а средний. Второй сын императора отличался от братьев, как болонка от питбулей: бледная кожа и нездорового вида длинные волосы вкупе с какой-то дерганой походкой. Да и вообще выглядел он не очень — слишком уж болезненно, что, учитывая возможности магической медицины этого мира, как минимум странно.

Несмотря на то что в столовую вошли два человека в гражданских костюмах, ошибиться было невозможно, потому что вторым был пышущий здоровьем грузин, который наверняка доминировал в этой парочке.

Практически сразу Николай Петрович смущенно сник под взглядами братьев, недовольных появлением незваного гостя. А в том, что грузина здесь не ждали, сомнений не оставалось — стол сервировали лишь на шесть персон. Впрочем, слуги тут же исправили ситуацию, а Даша сделала вид, что так и нужно.

Я всю свою прошлую жизнь прекрасно относился к грузинам, но, похоже, у меня есть шанс подтвердить правило исключением. Нет, князь Вахтанг Георгиевич Вачнадзе вел себя очень вежливо, а по веселому обаянию давал несколько очков даже Андрею Петровичу. Все выглядело вполне пристойно, но уже через несколько минут общего застолья стала понятна причина его бесцеремонного появления на чужом семейном собрании, и моя симпатия к нему резко увяла.

— Игнат Дормидонтович, дорогой, — с лучезарной улыбкой обратился он ко мне, когда стихло общее обсуждение последних сплетен высшего света Москвы. — В столице нынче так много праздников, а я слышал, что вы заперлись в этих стенах как монах какой-то и никуда не выходите. Поверьте, таких великолепных и пышных празднеств, как здесь, вы нигде не увидите, тем более в своем захолустном Болотинске.

— Топинске, — с не менее милой улыбкой поправил я.

— Вах, не суть важно, — отмахнулся Вахтанг. — Вы многое теряете! Может, вас удручают слухи о том, что на таких собраниях можно встрять в дуэль? Ну так дворянину недостойно опасаться столь невинных развлечений. Давайте вместе сходим… к примеру, на прием к барону Экгерту. Я всеми силами постараюсь оградить вас от любых опасностей.

Вот скотина. Интересно, его натравили на меня втемную, наговорив всяких гадостей, или же князь в полной мере осознает, что творит? Не похоже, особенно потому что он явно не обращает внимания на сверкающие злобой глаза Даши и нахмуренные брови цесаревича. Причем оставить без ответа его предложение было невозможно — вона как внимательно смотрит мне в глаза.

— Князь, а как вы относитесь к охоте?

— Почему вы об этом спрашиваете? — впервые за время беседы нахмурился сбитый с толку Вахтанг.

— Потому что хочу вам сделать встречное предложение. Не хотите ли поохотиться на упырей? Обещаю, так как у меня есть опыт в этом деле, постараюсь оградить вас от любых опасностей. Давайте сначала вы докажете, что вас не смущает охота на дичь, которая сама легко может стать охотником, а в качестве ответной любезности я покажу, насколько мне плевать на наемных бретеров.

Так, а теперь уже мы будем внимательно смотреть на подбирающего ответ грузина. «Мы» — потому что ответ захотели услышать все присутствующие за столом.

— Откуда в Москве могли взяться упыри? — попытался отшутиться князь, но из цепких коготков Даши еще никто не уходил.

В начале моего приступа болтливости она проявила сильное недовольство, но затем, обдумав ситуацию, решила подыграть:

— Ах, оставьте, Вахтанг Георгиевич, ни за что не поверю, будто Николя не поделился с вами этой тайной.

Молчавший весь вечер средний принц попытался возмущенно откашляться, но его попросту проигнорировали.

— И когда же произойдет сия славная охота? — оттягивая ответ, спросил князь.

— Да кто ж их знает, упырей-то. Они мне не отчитываются, — с простоватым видом развел я руками.

— Не беспокойтесь, милый князь, — заворковала Даша, — я сообщу вам, как только сама узнаю. Надеюсь, вы тоже не станете мешкать.

После этого княжна мило так захлопала ресничками — ну прямо няшная няшка.

Планы незваного гостя были порушены самым бессовестным образом, так что он сказался занятым и откланялся. Николя поспешил следом, наградив меня не самым ласковым взглядом.

Как только за ними закрылась дверь, Андрей повернулся к Даше:

— Сестрица, и что же это ты задумала? Хочешь подложить свинью дядюшке и для этого вызвала