"Фантастика 2026-194". Компияляция. Книги 1-18 - Мария Геррер

— Да не будет государь под Орден копать! Иначе и впрямь соберут нас и отправят, как сказал Карницкий, на Срединный хребет. Вот тогда народ взбунтует так, что и в Белоцарске откликнется. Думается, тут иной замысел. В прошлом месяце писали, что государь хочет еще две железные дороги выстроить, одну из столицы до гор, а вторую вкруг границы пустить, чтоб войска с одного конца на другой быстро перекидывать. А для этого железа нужно немерено, да и на сами поезда тоже. А всё железо где? У Ордена. Вот и решили написать чушь, чтоб, значит, на нас надавить да цену сбить. Не иначе это канцлер Посольского приказа придумал, граф До́бринский. Он уже давно хочет Орден под себя подгрести.

— Мудрено как-то, — засомневался Хромой. — Не лучше ль государю взамен что-то предложить? Как у добрых соседей: я тебе хлеб, ты мне соль.

— Добринский видит в нас не соседа, а торгаша на рынке. Покупатель ведь как торгуется? Ищет изъяны у товара, придирается к каждому пятнышку, чтоб купец цену сбросил. Вот и тут так же.

— А ты, Болт, голова! И чего тебя командором не ставят?

Адриан чуть с кресла не свалился, так подался вперед, чтоб услыхать ответ Марчука. Но тут в колчанную заглянул чернильник.

— Болиголова, Заяц! Вызов!

А ведь Карницкому показалось, что еще чуть-чуть, и он что-то узнает о своем старшем. Он ведь даже в архив ходил, просил доклады Марчука о прежних делах, но занудливый чернильник отказал.

— Вот когда Стрелой станете, тогда пожалуйте, а сейчас, господин Карницкий, выйдите вон.

Дождавшись ухода Хромого и Зайца, Адриан взял «Ведомости», быстро долистал до пятого листка и прочел заметку. Как и говорил Марчук, та выглядела вполне безобидно. На Граничный Орден никто не нападал, писака всего лишь недоуменно вопрошал, так ли уж опасны чужаки, напоминал, что среди них есть и дети, и женщины со стариками, и случайно заплутавшие люди. И да, там были перечислены те достижения, которые якобы были переняты у попаданцев.

Бунтов такая заметка не вызовет, хотя бы потому, что грамотных в Бередарском царстве не так много. Крестьяне все поголовно неучи, на деревню — всего один-два грамотея, и те обычно не спешат делиться науками, а то, не приведи Спас, община харчами перебирать начнет да и заменит неуступчивого грамотея на кого-то попокладистей. Из городских жителей читать умеет треть, и то если брать мужчин, девок грамотой старались не портить. Дворяне по большей части нанимали для сыновей единоличных наставителей. Вот и получается, что «Ведомости» читает не так много народу.

Карницкий догадался заглянуть на последний листок и увидел, что всего печатают пять тысяч копий. А это капля в море. В одном Старополье, не самом крупном городе, проживает больше людей.

— Что думаешь, Карницкий? — спросил Аверий.

— Полагаю, тут не о чем тревожиться. Мало кто прочтет эту заметку, и еще меньше поймет, к чему ведет автор.

— А если о том будут писать в каждых «Ведомостях»? Если разошлют листки по всем грамотеям с наказом прочесть вслух и растолковать, о чем речь? Если такие толкователи напрямую из столицы разъедутся по всем сторонам? Если скажут, что мор случается и просто так, без помощи чужаков, что это Спасово наказание за наши грехи? А паровозы — вот они. Железные плуги опять же. Ткацкие станки. Бумага. Металлические перья, хотя они селянам и ни к чему.

— И что, всё это попаданцами придумано?

— Нет, но сказать ведь можно всякое. Учись думать, Карницкий, и смотреть чуть дальше собственного носа. Скажешь, какая тебе важность в государственных делах? А тут просто всё. Если государь рассорится с Орденом, придется решать, с кем останешься ты: с отцом, барским происхождением и будущим наследством или с нами. А у нас ни земли, ни селян, ни благородной крови, только Орден и его девиз.

— Во имя жизни — смерть, — тихо проговорил Адриан.

— Вот-вот. И смерть не только чужаков, но и наша. Ради жизней тех, кто может тебя выгнать из родного Отечества.

В колчанную вошел другой Стрела с помощником, и разговор сам собой оборвался.

Прошло уже пять дней, а Болиголова и Заяц всё не возвращались с вызова. Впрочем, порой Стрелы уходили и на больший срок. Мало ли что случилось? Вдруг снова прочесывают леса, потому что кому-то что-то почудилось. Орден учил относиться к своему делу ответственно.

Но на шестой день в колчанную вместо привычного чернильника ворвался командор Старопольского отделения. Карницкий тут же вскочил, едва не расплескав чай, хотел было отдать честь, как военный, вспомнил, что орденцы такими глупостями не занимаются, решил снова сесть, но теперь это казалось глупым, ведь он уже встал. Если скакать туда-сюда, что подумает об Адриане командор? Сразу отправит к чернильникам или дозволит остаться в Молотах?

— Аверий, у нас, кажись, крупный прорыв. Хромой с питомцем пропал. Теперь вызов твой, сам решай, кого взять. Хоть всех Молотов забирай.

— Что там?

— Деревня Подрачка, в трех днях пути отсюда. Первым забеспокоился начальник почтовой станции, что к северу от деревни. Из Старополья через него едут, коней меняют, повозки забирают, а обратно — тишь. Пять дней — ни один возчик не вернулся. А за Подрачкой прямая