"Фантастика 2026-182". Компиляция. Книги 1-31 - Татьяна Петровна Крылова

Как и ожидалось, не смотря на все наши старания лишний раз не лить кровь. Короткой стычки у дворцовой площади всё же избежать не удалось. Случившееся произошло из-за того что атаковали нас с дистанции, да и били едва живые маги Иоана, в на которых в большей степени мая магия не имела никакого эффекта. Благодаря умелым убийцам Элкантры, бой завершился менее чем за двадцать минут. Вёрткие дроу, при поддержке здоровенных воинов Магнуса с лёгкостью одолели солдат Ордена Иоана, его инквизиторов, а так же всех немногочисленных служивших тому магов.

Спешившись, под охраной собственной свиты, я постепенно шёл по дворцовым коридорам и их крутым лестницам. Раньше, всё здесь украшали дорогие полотна, фрески, величественные картины и прекрасные комплекты рыцарской брони, служившие настоящим достоянием кузнечных искусств.

Теперь же, украшением этому некогда величественному месту служили чёрные обгоревшие стены, провалы в крышах, десятки трупов, свежих и уже разложившихся, а так же кровь, здесь она была повсюду. Дворец, стал рассадником трусости и предательства. Здесь, в его стенах был убит император Людвиг, затем его второй сын, потом первый, были ещё и другие включая тринадцатого, что рождались и дохли в этом месте как мухи.

Перед главным входом в тронную, вновь показалась парочка израненных воинов Ордена. Не подчинившись моей магии те кинулись на нас и тот час были убиты стражей. После чего я, оставив Магнуса и магов империи охранять этаж, вошёл в парадный вход вместе с Гвиневрой, дроу и зорфскими колдунами, в чьей стойкости к чарам Иоана я был полностью уверен.

Едва высокие врата со скрипом отворились, как в нашу сторону полетело несколько стрел и слабых заклинаний, расщепившихся ещё на подлёте к главному защитному куполу. Некогда игравшая небывало яркими красками тронная, сегодня, как и весь замок стала вычурной и мерзкой. А та высокая лестница, впервые показавшаяся мне пятидесятиметровым небоскрёбом, и семи метров в высоту недотягивала.

— Убить, убить его! — Пытаясь скрыть страх в своём голосе, с разграбленного трона прокричал Иоан.

— На колени! — Пытаясь противостоять тому, властным голосом отдал приказ я.

Несколько его воинов, переступая через свежие трупы убитых ими ранее предателей, вновь кинулись на нас. Треть от их числа постигла участь предшественников тот час погибла. Треть опустилась на колени, и последняя часть, подобно Бальтазару не в силах определиться, с криком:

— Славься Бог-Император! — Поубивала друг дружку, а затем и себя.

Увиденное шокировало вскочившего с трона Иоана. Весь в золоте, в дорогих шелках и с токой же дорогой, золотой булавой, тот сотрясаясь проклинал меня. Обещал что я более никогда не увижу наследие моего отца, а именно Искру.

— Будь ты проклят Карл, ты, твои дети и все последующие отпрыски поганого рода Мидчелов. ВЫ никогда не получите своё наследие, никто из вас более никогда не сможет открыть святое писание и удостоится благословения церкви, ТЫ!

— НА КОЛЕНИ! — Устав слушать трёп старика, не имеющего возможности сбежать и по факту запертого на вершине своей «башни», выкрикнул я. Звук отражаясь от стен вернулся ко мне звонким эхом. Кардинал падает на колени, а затем, матерясь вновь продолжает проклинать меня, и ту силу что со слов его «мне не полагается».

— Церковь не признала тебя, ты не имел право унаследовать пламя, ты самозванец, еретик! — Всё громче и громче вещал кардинал, с дрожью в голосе наблюдая за тем как я ступень за ступенью поднимаюсь всё выше и выше. Каждый шаг приближал меня к мечте, а кардинала к смерти. И вот, когда практически у самого конца, наши взгляды поравнялись я спрашиваю:

— Где Катрин Дэримэ…

— Сдохла, так же, как и Сдохнешь ты мелкий ублюдок! Бесславно, как саба! — Попытавшись плюнуть мне в лицо, поперхнулся и закашлялся кардинал.

— Почему моя сила действует с некой избирательностью? — Уже возвысившись, перед тем как сделать последний шаг к последней ступени, вновь спокойно, без лишних эмоций и давления спрашиваю я.

— Ты глухой сукин сын? Я же сказал что ничего… — Мой меч дробя чашечку проходит насквозь колена Кардинала. — А-А-а-а! Сука-а-а-а! — Кричит тот, и я вытащив меч, переношу лезвие на другое колено.

— Где Катрин, почему сила действует избирательно, где Искра? — Вновь задаю я вопрос, и слыша очередное ругательство пронзаю тому второе колено. Старик вновь верещит, ругается, сыпет проклятьями и не в силах что либо сделать, под воздействием моей магии всё так же стоит на четвереньках.

— Я проклинаю тебя Карл. Перенося все смертные муки и уходя в другой мир, я проклинаю тебя. Моя кровь и…

— Уходя в другой мир? Нет, нет, нет, куда это ты собрался от меня уйти… Гвиневра, моя милая защитница, поднимись и подлечи нашего гостя! — Отдал приказ я, а затем, вонзил старику меч прямо в задницу. От воинов я слышал что тот любил подобного рода удовольствие, доставляемые ему молодыми мальчиками. Что-же, немного порадую старого извращенца.

Срываясь на крик, пока малышка волшебница поднималась на верх, Иоан вновь принялся сыпать своими повторяющимися ругательствами.

— Девка, ты же маг, Именем церкви и голубого пламени я повелеваю, убей Карла, защити своего Господина! — Из уст Иоана вырвалась синяя дымка. В ту же секунду, за спиной у меня, тенью возникла Элкантра.

— Извини дедуль, я не местная… — Отмахнувшись от заклятия Иоана как от назойливой мошки, щёлкнув пальчиками Гвиневра, и создав вокруг нас звуконепроницаемое. Указательный палец девушки подобно зажигалке вспыхивает и накаляется до красна, а сама она, глядя на меня с надеждой спрашивает: — Господин, можно?

— Можно, — отвечаю я, и та, тот час погружает свой объятый пламенем палец в глазницу кардинала. Того трясёт, от болезненного крика тот срывает свой голос переходя на хрип.

— Ты так просто не сдохнешь ублюдок. — Одновременно сжигая того и исцеляя, сквозь зубы зловеще произносит девушка. — За всех магов империи что ты и твои псы сгубили, за всех моих сестёр ведь сожжённых вами на кострах, за искалеченных и убитых тобой детей, я буду мстить. Убивать тебя, медленно, а затем, воскрешая вновь резать, колоть, сжигать, разрывать и лечить. Снова, и снова, и снова, пока ты, мерзкий ублюдок не вспомнишь каждую из загубленных тобою душ. Пока тысячу раз не извинишься за каждую пролитую магами слезинку. Ты будешь страдать Иоан, и клянусь тебе, страдания твои будут вечными! — Вытащив палец, и исцелив рыдающему