Если завтра Война... - Наталья Алексеевна Добровольская

- Идея интересная, но говорить про слухи не стоит, это как баские сплетни какие-то. А вот сослаться на разговор с каким-то инженером, который проезжал мимо на эту стройку, можно. Да и сам тот знакомый Палыча что-нибудь придумать сможет.

- Вот - вот. Дальше, я тебе говорил, что мы списались с Калашниковым. Я ему несколько идеек подбросил, объяснив, что в ОСОАХИМе занимаюсь и оружием интересуюсь. Он, кстати, не сильно - то и удивился, тоже с парнями там общается и про это разговаривает. Мы и дальше договорились писать друг другу, а если получится, и встретится попробуем, чуть позже.

- Отлично, это просто отлично. А я еще раз с Ильей свяжусь, про лекарства поговорю, про ту же мазь Вишневского, аспирин из ивовой коры, другие лекарства. Может, он в курсе, чем там наш "шпионский поход" в лабораторию закончился? Да и с деньгами надо разобраться, посмотреть, сколько истратили, сколько осталось, может, купить что надо.

- Точно, забыли уже. Может, правда, пока съемки активно не начались, в Москву съездить?

- Надо подумать. Скоро киношники приедут, надо все обговорить да приготовить окончательно, роли распределить, с детишками поговорить, про что мы снимать будем. А там и съезжу, дня на два, новости все узнаю, да и свои расскажу. Лишь бы сон не в руку оказался.

- Тогда я с тобой поеду! - решительно начал Володя, но девушка его резко прервала.

- Ни в коем случае. Я, если что, снами отбрешусь, как и хотела, а тебе туда соваться незачем, и тут дел полно, сам видишь. Да и потом, если что, вы с Палычем все это продолжите, - голос девушки немного дрогнул, они помолчали.

- И вот я про что еще думаю, -задумчиво продолжила Надя через минуту.

- Пора Ник Нику про новый сон рассказать. Пакт Молотова - Риббентропа вроде скоро подписать должны. Вот надо и "предвидеть", чем это все обернется, да и про трудности первых месяцев Войны порассказать.

- Думаю, можно посоветовать под предлогом эпидемии какой - нибудь, переселить часть людей, особенно из Белоруссии, подальше на Восток, в Сибирь. Да и следующую партию добровольцев на БАМ отправить, Гайдар пишет, зашиваются они там, людей уже не хватает, строительство активно идет. Вот и пусть еще молодежь туда уедет.

- А старичков поближе к Войне, можно в санатории отправить, месяца на два, особенно из маленьких приграничных городов, - добавил Володя.

- Отличная идея, жаль, деревенские не согласятся, у них же весной огороды начнутся, не бросят землю да хозяйства, - поддержала Надя.

- Ничего, приедут строгие дяденьки в форме или халатах, напугают каким-нибудь ящуром или холерой, и отвезут куда подальше, куда фашисты не дошли.

- Я вот еще про Ленинград думаю, - задумчиво продолжила девушка.

- Насколько я помню, там голод во многом был связан с тем, что гитлеровцы прямо в первые месяцы разбомбили самые большие склады в городе - так называемые Бадаевские. Если бы не это, голод не был бы таким ужасным. Да и часть людей оттуда тоже следует увести, на фестиваль какой, или еще что, подумать надо. Главное, делать это под разными предлогами, постепенно, чтобы никто лишний не насторожился.

- Да и про Прибалтику следует подумать, русских людей оттуда тоже можно под предлогом каких-нибудь курсов также поближе к Войне отправить в спокойные места, особенно врачей, учителей. Пусть они лучше в Сибири детей учат и лечат, чем их националисты на ножи поднимут, - добавил Володя.

- Да, многое надо сказать, может, не за раз, но надо обо всем предупредить. Ладно, пойдем, Мальчиш - Кибальчиш, пока не спохватился никто, - и Надя решительно встала со скамейки, где сидела.

- Хватит думать, действовать надо, - и они решительно пошли по дорожке к дому.

Глава 2. Заботы и радости Артека.

Глава 2. Заботы и радости Артека.

А дальше закрутилась - завертелась привычная карусель. Надо было прогнать всех детей через традиционный медосмотр, узнав их вес и рост, предупредить о пользе чистых рук и вреде немытых фруктов, переодеть их в легкую одежду, строго - настрого наказав всегда носить панамки, и прочее, и прочее. После завтрака все пошли знакомиться с местом, где им предстояло жить практически все лето.

«Нижний» лагерь, с его новыми корпусами, просторными и светлыми спальнями для ребят, в которых они уже переночевали, столовой, библиотекой, душевыми комнатами, требовал освоения и знакомства. Ребятишкам надо было все срочно оббежать, осмотреть, проверить, со всеми познакомиться, а взрослым за всеми неугомонными малышами присмотреть, чтобы чего не случилось в незнакомой еще обстановке. Им в этом помогали сотрудники лагеря, да и другие ребятишки, жившие по соседству, тоже не прочь были познакомиться с такими необычными новенькими. Тем более, велосипеды разных видов, скейты и многочисленные спортивные принадлежности позволяли сделать это быстро и без проблем.

Лагерь располагался у самого моря, и это также будоражило детей и настораживало взрослых. Конечно, все, особенно "испанчики", которые наслаждались солнцем и зеленью, пожалуй, больше других детей, хотели немедленно побежать купаться, но ведь не зная броду не суются в воду, и об этой стороне безопасности стоило тоже подумать.

Надо было узнать, где дети купаются, где переодеваться после, предупредить, чтобы не снимали трусики, сидя на песке - здесь это было в порядке вещей, многие, даже старшие дети, вполне могли и ходить, и купаться нагишом, и никого, кроме Нади и Володи, это особо не смущало, проверить дно, найти игрушки для занятий на берегу для всех желающих, и сделать еще сотни мелких дел, незаметных, но нужных.

И вот, построившись по звеньям, с малышами - "цыплятками" в конце шеренги, за которыми бдительно следила "мама-курочка" Айгуль, ребятишки пошли, громыхая на ходу сетками с формочками и лопатками, на берег моря, где было специально огороженное место для купания.

Море поразило почти всех детей, но больше всего Санька, брата Тракторины. Деревенский ребенок,