7 дней до катастрофы - Константин Николаевич Буланов

В отличие от многих прочих, они проживали с немалым комфортом и в немалом достатке. Что было немудрено, учитывая высокую должность главы семьи. И электричество в их квартире не просто имелось. Оно имелось всегда! Хоть днём, хоть ночью. Потому поиск лекарства продолжился под светом электрической лампочки, а не той же свечи, к примеру.

Приняв же найденное в аптечке болеутоляющее, Дмитрий под тихие и успокаивающие причитания «жены» полежал с полчаса в кровати, после чего всё же нашёл в себе силы, чтобы подняться и добрести до ванной комнаты. Где и сунул свою уже не гудящую, но всё ещё тяжёлую голову под струю бодрящей холодной воды.

— Три книги! Целых три книги я посвятил привнесению тобой в армию кардинальных изменений, чтобы подойти к неизбежной войне во всеоружии! — обратился бывший гражданин Григорьев Дмитрий Павлович к смотрящему на него из небольшого зеркальца отражению, в котором легко можно было опознать Павлова Дмитрия Григорьевича. Того самого Павлова — генерала армии, который за первые же 7 дней боёв Великой Отечественной войны умудрился потерять половину всех находящихся под его управлением войск. — А теперь оказывается, что ничего этого нет и в помине! Просто нет! Все мои труды насмарку! И какими ещё словами возможно охарактеризовать подобное, кроме как сказочным свинством? Да никакими! Сказочное свинство и есть! — сам же спросил, сам же и ответил он, прежде чем вновь сунуть свою бритую наголо голову под струю ледяной воды.

Да, в том самом последнем в его прежней жизни фантастическом цикле, которому уже не суждено было оказаться завершённым, он выбрал в качестве главного героя своего произведения именно этого неоднозначного исторического персонажа.

С одной стороны, генерал армии Павлов относился к числу тех представителей высшего командования РККА, кто хоть в какой-то мере получил соответствующее академическое военное образование, в отличие от того же будущего маршала Жукова, к примеру. Да и личный боевой опыт имел уже немалый. В том числе в плане массового применения новейших типов вооружения.

С другой же стороны, можно было смело утверждать, что полнейший и весьма быстрый разгром войск вверенного именно его заботам военного округа впоследствии позволил немцам захватить с куда меньшим напряжением сил территорию УССР и прибалтийских республик Союза. Ведь, нанеси он грамотно подготовленные фланговые удары по сильно вырвавшимся вперед моторизованным и танковым частям вермахта, те могли быть даже уничтожены в конечном итоге, оставшись совершенно без всякого снабжения. А подобные грандиозные потери в самом начале войны стали бы для немцев откровенно фатальными. Их производственные мощности просто не успели бы за два-три месяца восполнить столь великие потери в той же бронетехнике. А там уже и зимние морозы были не за горами.

Однако он этого не сделал. Точнее говоря, не смог осуществить, даже получив соответствующий приказ из Москвы, и лишь растерял в нескольких бесплодных попытках наиболее боеспособные части своего округа.

И теперь, оказавшись в теле Павлова, усвоив его память, Дмитрий чётко понимал почему. Этот конкретный генерал банально не обладал должными компетенциями. Вот вообще! Тут даже гипотетическое сохранение постоянной связи с войсками и последующая опять же гипотетическая не вызывающая нареканий работа штаба округа не могли бы сыграть своей положительной роли.

Слишком уж всё оказалось запущено в плане размещения и снабжения войск к началу боевых действий. Что, впрочем, «обновлённый» Павлов осознал, лишь получив память двух человек, поскольку изначальный генерал армии банально не подозревал о существовании у частей его округа столь безумно огромного количества проблем, тогда как пенсионер Григорьев не был в курсе многих не отражённых в архивных документов «деталей». Тех самых «деталей», в которых, как известно, столь сильно любит скрываться Дьявол.

Пусть даже на фоне всех прочих он мог считаться хорошим командиром дивизии и хоть в какой-то мере удобоваримым командующим механизированного корпуса, для чего-то большего его знаний и опыта банально не хватало.

Зато у него с лихвой хватало этакого барского гонора, не предполагающего добровольного признания собственных ошибок.

Как же! Это именно его назначили командующим одного из 16 военных округов! Причём, несомненно, самого важного!

Это именно он уже не первый год состоял в Главном военном совете Красной армии, в состав которого вошёл практически в одно время с самим Сталиным и Ворошиловым, не говоря уже о прочих высших гражданских и военных руководителях страны. Это именно он являлся депутатом Верховного Совета СССР — высшего органа государственной власти в Союзе!

Это именно его внесли в список кандидатов в члены ЦК ВКП(б)! А там уже можно было попытаться пролезть и в Политбюро — высший партийный орган, в котором заседали в основном главы народных комиссариатов, да республик. То есть в перспективе появлялся не иллюзорный шанс подвинуть с пьедестала Ворошилова, а после Тимошенко и самому стать наркомом обороны!

И всё это только за последние 4 года!

Для вчерашнего командира танковой бригады столь умопомрачительный взлёт по карьерной лестнице действительно смотрелся немалым достижением. Вот и началось у Дмитрия Григорьевича откровенное головокружение от успехов, которое обещало привести к скорой трагедии всей страны.

Как ещё на XVII съезде ВКП(б) в 1934 году сказал Иосиф Виссарионович Сталин: 'Один тип работников — это люди с известными заслугами в прошлом, люди, ставшие вельможами… Эти зазнавшиеся вельможи думают, что они незаменимы… А теперь о втором типе работников. Я имею в виду тип болтунов, я сказал бы, честных болтунов, людей честных, преданных Советской власти, но не способных руководить, не способных что-либо организовать.

Как быть с этими неисправимыми болтунами? Ведь если их оставить на оперативной работе, они способны потопить любое живое дело в потоке водянистых и нескончаемых речей. Очевидно, что их надо снимать с руководящих постов и ставить на другую, не оперативную работу. Болтунам не место на оперативной работе!'

И вот Павлов стал ярким представителем одновременно обоих описанных типов — и вельможей, и болтуном, что тут же самым пагубным образом сказалось на претворении в жизнь вверенного ему дела.

Вообще, из наскоро почёрпнутых в памяти «реципиента» наблюдений, «вселенец» сделал для себя поразительный вывод, который в прежние времена не приходил ему на ум. Даже после ознакомления с огромным количеством архивных документов и исторических исследований он не мог себе подобного представить. Но дело ныне обстояло именно так!

Подавляющая часть тех красных командиров, кто добрался до должности комполка и выше, мгновенно, словно по мановению волшебной палочки, пробуждали в себе откровенно буржуазные замашки.

Не все! Отнюдь не все! Находились среди них и, что называется, настоящие коммунисты, болеющие за дело партии.