Мастер Алгоритмов. Книга 0 - Виктор Петровский

— Он жив! Сюда!

К нам бежали четверо людей. Не спасатели. Строгие черные костюмы, какие-то собранные, движения быстрые и точные. Они подхватили моего спутника под руки.

— Как вы, господин советник? — спросил один из них, мельком глянув в мою сторону.

«Господин советник»? Это он мне? Я не успел ответить, все еще в шоке от происходящего, а они уже тащили раненого в сторону, где суетились люди в такой же форме. Я заметил, как один из этих медиков поднес руки к сломанной ноге мужчины, и его ладони засветились мягким зеленым светом.

Опять колдовство. Самое настоящее. И снова я одновременно не мог поверить своим глазам и чувствовал, будто ничего необычного не происходило. Спасенный мужик махнул рукой в мою сторону, что-то сказав.

И тут я понял, что знаю этого человека. Эта информация просто появилась в моей голове.

Князь Владислав Петрович Милорадович. Начальник Каменоградского отделения Министерства Магических Ресурсов. Пятьдесят пять лет. Потомок древнего рода. Умный, жесткий, но справедливый руководитель. Мой непосредственный начальник.

А я Дмитрий Волконский, его подчиненный, младший советник.

Ко мне подошел один из спасателей. Магическое свечение вокруг него погасло. Он снял шлем, и я увидел обычное лицо мужчины лет сорока, уставшее, покрытое копотью.

— Вы в порядке? Как вас зовут?

Вопрос простой, но я на секунду завис. Кто я? Я открыл рот, чтобы представиться, но вдруг осознал, что фамилия, крутящаяся на языке, была чужой.

Вспышка воспоминаний подсказала мне ответ.

— Волконский. Дмитрий Сергеевич, — произнес я вслух, удивляясь звуку собственного голоса. Он был чужим, хриплым каким-то. Раньше было не до того, а теперь обратил внимание. — Младший советник, Министерство Магических Ресурсов.

Спасатель понимающе кивнул и что-то отметил в своем планшете, который держал в руке.

Да какое, нахрен, министерство? Какие ресурсы? Нет, то есть, я понял, что магические, но какая в жопу магия? Вы что, издеваетесь⁈

— Что произошло, советник?

Да самому хотелось бы знать, и что произошло, и кто я есть, и какой сейчас век…. Но вопросов было много, а ответов никаких.

— Взрыв, — коротко ответил я. Воспоминания были чужими, но четкими. Они просто находились в моей голове, и кто знает, каким образом туда попали. — В пятом секторе, у накопителей. Рвануло знатно. Я был у выхода, меня только волной зацепило.

— Пострадавшие? Кроме князя.

Я постарался вспомнить других лежащих и где они находились. Это важно и могло спасти немало жизней.

— Видел двоих в центральном проходе, — я попытался восстановить картинку. — Инженеры, кажется. Упали, когда все побежали. Их могли затоптать. Еще один выживший был у дальней стены, возле пультов управления. Его скорее всего завалило стеллажами.

Спасатель внимательно выслушал, передал сведения по рации и снова повернулся ко мне.

— Спасибо, советник, эта информация очень поможет. А теперь вам нужно пройти к медикам. Обязательный осмотр.

— Я в порядке, — отмахнулся я. Хотелось просто сесть и попытаться собрать мысли в кучу. — Помогите лучше другим.

— Приказ есть приказ, — он был непреклонен. — Все, кто вышел из очага поражения, проходят осмотр. Прошу.

Спорить не было ни сил, ни желания. Я кивнул и поплелся в указанном направлении. Там, в стороне от основной суеты, был развернут медпункт. Несколько леветирующих носилок, ящики с какими-то склянками и странными приборами. Спасенного мной князя тут не было. Похоже, его куда-то в сторону унесли.

Ко мне подошел врач, пожилой мужчина с седыми усами.

— Присаживайтесь, советник. Жалобы есть?

— Нет. Просто устал.

— Это мы сейчас проверим.

Он не стал меня щупать, слушать стетоскопом, проверять пульс и водить пальцами перед глазами, или что там еще делали медики в таких ситуациях. Просто положил ладонь мне на лоб.

Я ничего не почувствовал, но он, подержав руку секунд десять, кивнул.

— Удивительно. Никаких повреждений. Даже отравления дымом почти нет. Но сердце… Вы будто сердечный приступ перенесли. Но как тогда выбрались? В любом случае стойте спокойно.

Теперь он положил руку мне на грудь и что-то зашептал. Я почувствовал, как боль в груди отступает, сменяясь довольно приятным ощущением. На душе становилось неуместно радостно. Внезапно стало сил и энергии, будто только что проснулся после крепкого, здорового сна.

— Вот так, — подытожил медик. — Что бы там ни было, теперь вам должно стать легче.

— Уже стало! — радостно сообщил я. — Могу идти?

— Можете. Рекомендую отдохнуть как следует.

Как только я собрался уйти, хоть и не осознавал пока, куда именно, ко мне подошел еще один человек.

— Дмитрий Сергеевич, — начал он. Вежливо, учтиво, спокойно, будто и не было вокруг этого бардака. — Его Сиятельство велел осведомиться о вашем состоянии и сопроводить до дома.

Не ожидал я услышать такую речь на серьезных щах. Их Сиятельство, надо же. Как будто в Российскую Империю попал.

Но такого ведь не могло быть. Правда? Так не бывает, даже несмотря на весь происходящий бред, колдовство, взрывы какие-то. Я же точно знал, что никакой империи с ее Величествами и Сиятельствами не осталось.

А может, это будущее, и все колдовство на самом деле технологическое?

Как ни поверни, чистый бред получался.

— Состояние отличное, — я улыбнулся. — А от сопровождения не откажусь.

Не то чтоб мне было влом добираться до дома самому. Просто этот хрен мог знать, где я вообще, блин, живу! Меня проводили к одной из машин — опять же левитирующих — и открыли дверь. Я сел на заднее сиденье, стукнувшись головой о крышу. Я что, подрос? Странно. Или нет? Привычно пристегнул ремень безопасности.

Только сейчас, в момент спокойствия, я наконец-то обратил внимание на себя. Опустил взгляд на свои руки. Крупные, с пухлыми пальцами и обкусанными ногтями.

Не мои. Мои руки были другими — привычными не только к клавиатуре, но и к турнику, и к грифу штанги, с мозолями от гитарных струн на кончиках пальцев левой кисти.

Я задумчиво почесал подбородок. Щетина. Мягкое, рыхлое лицо. Подбородок… не один. Я посмотрел на свое отражение в зеркале заднего вида. Оттуда на меня смотрел незнакомый мужик лет тридцати. Одутловатый, с мешками под глазами и заплывшими щеками. Весь вид его говорил об усталости и совсем не о здоровом образе жизни.

А потом я посмотрел на свое тело. Живот выпирал из-под расстегнутой рубашки. Плечи широкие, грудная клетка солидная,