Мёртвые души 5. Руины древних - Евгений Аверьянов

Я вздохнул.

— Ладно. Закроем тему. Тридцать ядер пятой ступени и три сотни четвёртой. Соглашаетесь — я выхожу прямо сейчас. Если нет — можете начинать писать завещания.

Главы переглянулись.

— Хорошо. Тридцать и триста, — ответил седовласый. — По факту. Удачи, парень. Ты её не то чтобы заслужил… но она тебе понадобится.

— Лучше молитесь, чтобы я вернулся, — бросил я и вышел, не дожидаясь провожающих.

Я вернулся к лагерю ближе к закату. Монстры тем временем отстроили нечто среднее между военным лагерем и колонией термитов. В центре пульсировала аномалия, из которой продолжали вылезать новые твари, но поток заметно уменьшился — похоже, мелкая шушера там заканчивалась. На поле перед лагерем копошились десятки тысяч. Меньше, чем было утром, но всё ещё чересчур много.

Я приглушил своё энергетическое поле до минимума и создал вокруг себя искажающий пузырь. Почти невидим. Если кто-то не смотрит прямо на меня — не заметит.

Вокруг лагеря, на глубине полуметра, аккуратно разместил семьдесят пять ядер четвёртой ступени. Каждое — активированная артефактная бомба. Работа кропотливая, но за время жизни в руинах я научился терпению. Ядра слегка посерели — признак того, что они близки к разрушению.

Следом — рунная вязь. Огромная, замкнутая по кругу, с резонансными опорами и троекратным переплетением. Пять ядер пятой ступени питали её, стабилизируя контур. Эта вязь — не просто барьер. Она ловушка, суть которой — запереть энергию. Всё, что слабее ядра пятого порядка, не сможет её пробить… некоторое время. Хватит, чтобы я закончил дело.

Работа заняла несколько часов. Пространство немного дрожало от напряжения. Ещё бы — столько концентрированной силы. Я проверил конструкцию — швы плотные, поток энергии идёт стабильно, ядра не перегреваются. Всё должно сработать.

Отошёл чуть в сторону, лег на живот на холме, глядя на то, как копошатся внизу эти обезьяноподобные.

«Посмотрим, как вам понравится сюрприз», — подумал я и позволил себе короткий, хищный оскал.

Я активировал артефактные бомбы, вложив в плетение ключ запуска. Земля вздрогнула — даже в момент активации чувствовалось, сколько мощи я вбухал в этот проект. Не дожидаясь фейерверка, я отпрыгнул в сторону, а потом рванул бегом, уходя на пару километров. На одном из холмов остановился, забрался повыше и уселся поудобнее. Можно было и попкорн навернуть, но я решил не мелочиться — просто наблюдал.

Сначала вспыхнули волны огня, будто кто-то поджёг само пространство. Коллективный щит над ордой мигнул — а потом второй, тот, что охватывал весь лагерь, наложился сверху. Они не разрушились — начали отражать волны друг от друга, как зеркала в бесконечном коридоре. Пламя не утихало. Наоборот. Оно будто накапливало мощь, усиливалось с каждой отражённой волной.

Спустя пару часов — бах.

Не резкий взрыв, а скорее гул, как будто мир содрогнулся. Щиты лопнули одновременно, словно две мыльные плёнки, перегруженные давлением. Волна огня ворвалась внутрь, мгновенно накрывая всё — сгорающие тела, паника, вопли, хаос. Внутри стало светло, как днём. Над самой аномалией медленно поднимался столб огня — правильной формы, почти идеальный… ядерный гриб. Классика. Не уверен, почему, но вышло красиво.

Я сидел и смотрел, пока пламя не начало стихать. Прошло ещё часа два, прежде чем я понял — внутри не осталось никого. Ни одного энергетического следа, ни единого визга боли, даже духи мёртвых не пытались вырваться наружу. Чистая зона. Зона смерти.

Я встал, отряхнулся, хмыкнул.

— Миссия выполнена. Пора идти за деньгами.

И пошёл обратно. Пожалуй, впервые за долгое время с чувством выполненного долга.

Я добрался до города под вечер — ворота всё ещё были закрыты, но стража меня уже узнавала. Пропустили без лишних вопросов, даже взглядов сочувствия не кинули. Видимо, кто-то передал, что я не только вернулся, но и вполне живой.

Первым делом направился к зданию совета. Впустили, но ненадолго.

— Главы заняты, — устало сообщил дежурный. — Сегодня приёмов больше не будет. Приходите завтра с утра.

Я приподнял бровь:

— Уверен, у них найдётся время для того, кто спас город.

— Уверен, найдётся, — кивнул тот. — Завтра.

Я стиснул зубы, но спорить не стал. В конце концов, я тоже был не в лучшей форме. Хоть и не получил ни царапины, но энергетический расход и общее напряжение давали о себе знать. Да и пахну я, наверное, как поле боя. Гостиница казалась разумным выбором.

Пробираясь через толпу, я поймал себя на мысли, что никто из горожан даже не догадывается, насколько близко они были к гибели. Торговцы снова спорят, кричат на площадях, обвешанные побрякушками, а обычные жители тащат ящики и ругаются из-за цен. Всё как обычно. Будто ничего и не произошло.

Добрался до гостиницы. Администратор, как только увидел меня, выпрямился и постарался не показывать удивления. Видимо, моё “исчезновение” не осталось незамеченным. Я просто протянул руку:

— Номер. Потише, без соседей. Желательно с ванной.

Он кивнул так быстро, будто я был его начальником, и через пару минут я уже захлопывал дверь за собой.

Сбросил доспех, улёгся на кровать, даже не раздеваясь. Закрыл глаза и пробормотал:

— Завтра получу своё. Сегодня — спать.

Утром я проснулся не в лучшем настроении. Слишком уж сладка показалась вчерашняя победа, слишком легко далась цена за уничтожение целой орды. А когда что-то даётся слишком просто — это всегда тревожный знак.

Позавтракав, я направился в здание администрации. Те же угрюмые стражи, тот же усталый приёмщик. Меня провели в приёмную, где меня встретил один из глав — тот самый, что ещё вчера договаривался со мной об оплате.

— Доброе утро, — сказал он с выражением равнодушия, как будто я ему вчера гвозди в дверь вбивал. — Цель визита?

— С памятью у тебя всё хорошо? — спросил я, прищурившись. — Мы вчера заключили сделку. Я устраняю угрозу. Вы платите. Всё просто.

Он вздохнул и развёл руками.

— Сделки не было. Подписанных договоров — тоже. Да, ты пришёл, пообещал помочь… и действительно помог. Город благодарен. Но ни о каких сотнях ядер речи не шло. И, пожалуйста, не устраивай сцен. Нам сейчас совсем не до этого.

Я молча уставился на него. Несколько секунд назад у меня ещё были варианты: напомнить детали, попытаться вызвать совесть. Но сейчас я видел — человек просто переобулся. Без капли стыда.

— Это несмешная шутка, — тихо проговорил я.

— Здесь никто не шутит, — сдержанно ответил он. —