Мангака 5 - Александр Гаврилов

даже можно так назвать, — как-то печально улыбнулась она, глядя в сторону, — Чтобы кого-то бросить, надо чтобы до того были какие-то отношения, но были ли они у нас? Мы же даже не целовались ни разу. Не признавались друг другу в любви. Ты ни разу не спрашивал — а хочу ли я с тобой встречаться? Не скрою, какое-то время ты мне даже нравился, потому я и не стала спорить, когда ты назвал меня своей девушкой, но потом я всё больше и больше думала о том, что у нас за отношения, и хочу ли я их, и в какой-то момент поняла, что нет, не хочу. Извини. Я очень благодарна тебе за всё, что ты для меня сделал, но одной благодарности всё же недостаточно для того, чтобы встречаться с человеком. Думаю, в этом ты со мной согласишься.

— Это да, — тяжело вздохнул я, наблюдая за вырвавшимся из моего рта облачком пара. Был ли я расстроен её словами? Конечно, да. Стало ли это для меня трагедией? Нет. Я и сам чувствовал, что у нас странные отношения, и уже думал о том, к чему они приведут. Да, Ханако мне безусловно нравилась, но любил ли я её? Надо быть честным перед самим собой. Скорее всего, нет. Да и есть ли она вообще, эта любовь, или это просто чей-то миф и вымысел? Не знаю… В том виде, в котором её описывают в книгах, я и не чувствовал никогда ни в той ни в этой жизни.

Вряд ли то чувство, которое у меня когда-то было в прошлой жизни, можно было назвать любовью. Там какая-то всепоглащающая страсть была, напрочь отключающая мозг, и она очень быстро прошла.

Так что никакой обиды у меня на девушку не было. Я даже благодарен был ей за её честность. Каждая вторая девушка в моей прежней жизни в России на её месте, зная, что я далеко не бедный человек, со своим домом, с хорошим доходом, который только растёт, при этом, ещё снимаюсь в кино, ни за что в жизни меня не бросила бы. Тянула бы из меня деньги и подарки, если бы я, конечно, сам это всё не прекратил. Ей же было плевать на моё материальное положение, и главным были чувства, и уже только за это её можно было уважать.

Ханако вдруг остановилась, и склонилась передо мной в низком поклоне. Настолько глубоком, что шапка упала с её головы, и освободившиеся волосы упали на землю, и рассыпались чёрным веером на белоснежном покрывале.

— Прости меня, если я причинила тебе боль. И мне очень хотелось бы, если бы мы всё же смогли остаться с тобой друзьями…

— Одень шапку, замёрзнешь, — проворчал я, — И мне на за что тебя прощать. Как говорят в России, насильно мил не будешь. Наши отношения ещё не перешли к той стадии, когда твой поступок можно было бы расценить как предательство. Ты правильно сделала, что решила поговорить об этом. Странно, конечно, что ты решила поговорить со мной об этом в мой день рождения, ну, да что уж теперь…

— Сегодня твой день рождения? — удивлённо уставилась она на меня, — Но почему ты не сказал мне об этом раньше? Я и понятия не имела, что сегодня — твой день рождения! Прости, я такая дура… Испортила тебе праздник.

— Я думал, ты видела в Микси дату моего рождения. Да и приложение должно было тебе подсказать об этом, — озадаченно почесал затылок я, припоминая, что действительно ещё не говорил ей, когда у меня днюха.

— Я не заходила сегодня в Микси, и не видела сообщения, — покачала она головой, — Бака! О таких вещах надо заранее предупреждать! У меня ведь для тебя даже подарка нет!

— Можешь по дороге купить чего-нибудь к чаю, это и будет подарком, — пожал я плечами, — А сейчас идём уже домой, я тоже замёрз. Мне тут друзья во всю написывают, собираются в гости нагрянуть, а у меня их даже угостить нечем.

— Пошли, — кивнула она, робко глянув на меня, — У меня, правда, денег мало, но, думаю, на какие-нибудь печеньки хватит.

Я лишь усмехнулся в ответ, и мы двинулись к дому.

После выхода из парка заглянули в небольшой сетевой магазинчик, где я купил большой торт и конфет, Ханако взяла каких-то имбирных печенек, и минут через пятнадцать мы были у моего дома, у которого как раз в этот момент из такси вылезла стройная женщина в светлой шубе, и при виде её моё сердце вдруг замерло, и через секунду забилось в несколько раз быстрее.

Только через несколько секунд я сообразил, что это приехала мама Сайто, которая бросила взгляд в мою сторону, и замерла, словно превратилась в статую…

Глава 2

— Здравствуй, сынок, — отмерла она через несколько секунд, дёрнулась было ко мне, но тут же замерла, видимо, поняв неуместность того, что хотела сделать. Или просто не знала, как себя вести со мной.

— Привет, — буркнул я в ответ, и пошёл к дому, обойдя её по дуге. Не хватало ещё, чтобы она обниматься ко мне кинулась. Будет не очень красиво отдирать её от себя на улице, на глазах у прохожих.

— Я понимаю, что ты не очень рад меня видеть. Заслужила, не спорю. Но, может, ты всё же поможешь мне с вещами? — нервно попросила она меня, — У меня два чемодана с собой, и самой мне тяжело с ними справляться.

— Так и не доставай их, — пожал я плечами, подойдя к двери, — Это — мой дом. Тебе здесь делать нечего. Езжай в гостиницу, и живи там. Какие проблемы?

— Даже так? — удивлённо подняла она тонкую бровь, — Хорошо. Вот только есть один момент. Согласно решению органов опеки, ты должен жить со мной. Не хочешь пускать меня в свой дом? Твоё право. В таком случае, собирай вещи, поедешь с нами в гостиницу. Снимем себе большой номер на троих.

Я аж зубами заскрипел от подобной перспективы, но придётся всё же признаться в своём поражении в этой битве. В гостинице жить я точно не собирался. Вот только…

— Почему — втроём? — зацепился я за её оговорку, — Кто ещё с нами будет?

Мать подошла к машине, и открыла заднюю дверь.

— Мичико! Вылезай, и поздоровайся с братом, — скомандовала она, и через несколько секунд оттуда кое-как выбралась маленькая девочка, лет трёх — четырёх на вид, в тёплой розовой куртке с капюшоном, и в розовой же вязаной шапке.

— Здлавствуй, — робко