Императрица. Попала так попала! - Вадим Владимирович Чинцов

заметили активность на нашем НП и заговорила артиллерия, накрывая методично наш квадрат. Увы, но батарея контрбатарейной борьбы была одна на сотни километров фронта и моталась по нему как палочка-выручалочка. Снарядов у наших орудий отчего-то не было (скорее всего все разворовали и распродали налево, возможно и тем же с кем мы и воевали). Поэтому нам оставалось только молиться. Увы, это не помогло и наш НП взлетел на воздух.

Последней мыслью было сожаление умереть одинокой и никому не нужной.

В себя я пришла, не понимая того факта, что осталась жива. Я была вся в поту и мне захотелось пить. Я отбросила с себя похоже пуховое одеяло и поспешила встать. Я была в странной спальне, отделкой и картинами напоминающей комнату дворца. На мне была ночная рубаха с кружевами. Я пошла по пушистому ковру к трельяжу, выполненном в изящном антикварном исполнении. Полная луна освещала большую комнату и я, увидев свое отражение в зеркалах трельяжа, почувствовала себя дурно — это была точно не я. В отражении на меня смотрела худенькая настоящая писаная красавица, высокого роста лет двадцати-двадцати трех, странно, но я держала голову немного вбок и я поправила положение шеи. В улыбке было что-то грустное. В отражении я была очень величественная, очень породистая. Редко можно встретить такую красивую и вместе с тем такую породистую женщину, с таки­ми изящными манерами. Увы, но в той жизни красотой я не блистала, хотя и была привлекательна.

В поисках воды я обнаружила кувшин и фарфоровую чашку. Напившись, я выглянула в окно и увидела набережную Фонтанки и Аничков мост. Кажется я нахожусь во дворце Белосельских-Белозерских! Или как его еще называют, Сергиевском дворце, так как с 1884 года дворец связан с именем великого князя Сергея Александровича — младшего брата Александра III, став в некотором роде свадебным подарком к его браку с Елизаветой Гессен-Дармштадтской. Значит здесь же и покои сестры и ее мужа! Из истории я помнила, что муж сестры с 1891 года стал генерал-губернатором Москвы и дворец пустовал. Пустовал до моего приезда. Сейчас сестра с мужем здесь же, прибыли для участия в свадьбе.

Виски заломило и пред глазами будто промелькнули чужие воспоминания. Едва добравшись до постели, я рухнула в нее и застонала от головной боли.

Алиса Гессен-Дармштадтская — так звали меня на родине в Германии. Я родилась в городе Дармштадт в 1872 году. моя мать Алиса — дочь английской королевы Виктории Великой. Отец — герцог Гессенский Людвиг Четвертый. Кроме Аликс — так называли меня родные — в семье было еще шестеро детей. В жизни Гессенского двора не было никаких излишеств.

В детстве маленькую Александру называли солнышком. Она была очень активным, красивым и жизнерадостным ребёнком. Энергия маленькой девочки настолько заряжала всех вокруг, что даже самые строгие люди, видя меня, ненароком улыбались. Александра очень любила свою семью: маму, братьев и сестер. В возрасте шести лет Александра потеряла почти всю свою семью: брата забрал несчастный случай, а маму и сестренку — эпидемия дифтерии.

Смерть матери и сестры стали настоящим потрясением, что сильно повлияло на мой характер. Я замкнулась, стала стеснительной. Во мне проявились надменность и чопорность. Меня взяла к себе на воспитание бабушка — королева Великобритании Виктория. Для меня были подобраны лучшие учителя, и я прекрасно осваивала все предметы, а так же отлично играла на фортепиано и занималась ездой верхом. Принцесса Гессенская окончила Гейдельбергский университет и получила степень бакалавра философии. Самая старшая сестра Аликс, Виктория Гессен-Дармштадская, вышла замуж за немецкого принца Людвига Баттенберга. Ещё одна сестра Ирена, вышла замуж за своего кузена, принца Генриха Прусского (сына императора Германии Фридриха III). Королева Виктория была недовольна этим союзом: ведь она привыкла всех сватать самостоятельно, а об этой свадьбе ей никто ничего не сказал. Однако брак оказался счастливым. Ещё одна сестра, Мария Гессен-Дармштадтская, прожила лишь 4 года и умерла от дифтерии в 1878 году. Брат Эрнст Людвиг, стал великим герцогом Гессенским, унаследовав престол у своего отца. В апреле этого года он женился на принцессе Виктории-Мелите Саксен-Кобург-Готской и Эдинбургской. Другой брат Аликс, Фридрих, прожил лишь 3 года, так как он болел гемофилией

Я и Николай встретились летом 1884 года на свадьбе князя Сергея Александровича (дяди Николая) и Эллы, моей старшей сестры. Сестра отличалась талантом к рисованию, но настоящим увлечением Эллы была религия. Многие добивались руки Эллы, включая герцога Баденского и будущего кайзера Вильгельма, но она всем отказала, полюбив русского Великого князя, после чего получила имя Елизаветы Фёдоровны и титул великой княгини.

На свадьбе сестры шестнадцатилетний юноша Николай с первого взгляда влюбился в меня, двенадцатилетнюю Аликс Дармштадтскую. По линии своего отца я была Николаю четвероюродной тёткой (общий предок — прусский король Фридрих Вильгельм II). Также по этой линии я была троюродной сестрой Николая (общий предок — Вильгельмина Баденская, через которую приходилась внучатой племянницей бабушке императора).

Наша встреча повторилась через 5 лет, когда я приехала в Петербург в гости к сестре. Тогда Николай просил разрешения у отца на брак. Однако Александр Третий из политических убеждений хотел женить сына на принцессе Орлеанского дома. Между мной и Ники началась переписка. Нам запрещали встречаться в России. Александр Третий уступил сыну, когда состояние его здоровья резко ухудшилось, и дни были сочтены. Правда, чтобы стать женой русского царя, нужно было выучить русский язык и принять православную веру. Мне было трудно решиться на такой шаг, но любовь победила. Так я стала Александрой Федоровной. Наше венчание состоится завтра в этом же Зимнем дворце через 7 дней после похорон Александра Третьего. Весь год Россия и дворцовая жизнь будут в трауре, поэтому никакого торжества у нас не будет.

Придя в себя я с ужасом поняла, что эти воспоминания того тела, в которое я попала. Черт! Завтра я стану женой этого мудака Николая, который просрет всю страну и приведет свою семью к Ипатьевскому подвалу. Я вскочила опять на ковер, покрывающий паркет и задумалась — может ну его нахрен эту свадьбу? Жить у своей сестры. Если это после разрыва ей позволят, а то выпрут вон из России. А может быть попытаться взять возжи власти в свои руки и поменять историю? Что-то не хочется кончить жизнь в Екатеринбурге. Этот император влюблен в нее как лох педальный и вроде как императрица могла настоять на своем. Перспективы довольно интересные! Но как же не хочется ложиться в