Гонец. Том 2 - Григорий Володин

Мастера, переговариваясь между собой, уходят в сторону административного корпуса, а мы с Линой обмениваемся взглядами. В ушах до сих пор стоит каркающий голос красного ворона. Война. Настоящая мясорубка, на которую, если верить приказу, отправят даже зеленых Новиков без активных навыков. Я едва заметно качаю головой, подавая девушке знак: мол, держи язык за зубами, незачем пугать ребят раньше времени. Подготовиться к такому мы всё равно не успеем, так пусть поживут без этой тревоги хотя бы до вечернего собрания.

— Вальд! — раздается возмущенный девичий крик.

К нам быстрым шагом направляется Рита. Ее волосы сейчас рассыпались черным крылом по плечам.

— Ты вообще следишь за своим лосем⁈ — накидывается брюнетка на меня.

— А что не так с Батоном? — напрягаюсь я, мигом забыв про все военные угрозы.

— Я, кстати, его покормил и даже выгулял, пока вас не было, — тут же вклинивается подошедший Тимур.

— Спасибо, выручил, — благодарю я друга.

— Леон, ты посмотри на мои волосы! — не унимается Рита. Глаза ее так и сверкают. — Ничего не видишь странного⁈

Я неуверенно предполагаю:

— Они лезут тебе в рот?

— Тьфу! — Рита сплевывает попавшие на губы кончики прядей. — Твой Батон сжевал все мои запасные ленты для волос! Вытащил и сжевал! Даже любимую розовенькую!

— Какой ужас! — Кира в шоке поднимает ладони к лицу.

— Причем странно, что он начал жевать уже после кормежки, — замечает Тимур. — Ходит, постоянно что-то мусолит во рту. И поскуливает иногда, будто живот болит.

— Хм… — я начинаю всерьез беспокоиться.

— Иди уже, Вальд, — Лина легонько подталкивает меня в плечо. — Иди проверь Батона, потом присоединишься к уборке. Мы пока тут сами.

— Хорошо, — киваю я и быстрым шагом спешу наверх к нашим комнатам.

Тело хоть и устало, но мышцы благодаря зелью Сержа посвежели.

Батон сразу кидается ко мне, поскуливая, и тут же начинает жадно мусолить мои пальцы. Ощущение забавное: поскольку верхних резцов у лосенка нет, он не кусает, а плотно прижимает палец к жесткой верхней десне и скребет по нему нижними зубами. Оглядевшись, замечаю, что он изжевал соломенную подстилку и даже обгрыз деревянные балки в тамбуре.

— Да у тебя никак зубы режутся, сохатыш, — хмыкаю я. Заглядываю ему в рот, после чего подхватываю вертлявую ярко-рыжую тушку на руки и несу в медкрыло.

Внутри застаю Рану.

— Что случилось, Лёня? — она подходит ближе и ласково поглаживает Батона. Лосенок тут же переключается на нее и начинает жадно обсасывать пальцы девушки.

— Да у Батона, похоже, зубы режутся, совсем места себе не находит, — объясняю. — Я не собираюсь просить препараты, сестра. Знаю, что Новикам нельзя давать лекарства без указа мастеров. Но, может, хотя бы советом поможешь?

— Помогу и советом, и не только, — тепло улыбается она, не отнимая руки у лосенка. — Совет такой: давай ему жевать свежий сочный ивовый прутик. Ивовый сок отлично снимает воспаление с десен и обладает легким обезболивающим эффектом.

— Спасибо, сестра, — киваю я и уже собираюсь унести рыжего пастись во двор.

— Постой, брат Лёня, я же сказала, что не только советом помогу, — Рана задерживает меня с хитрой, понимающей улыбкой. — Новикам я, правда, не имею права выдавать лекарства, устав есть устав. Но животным-то зачем страдать? Им наше суровое обучение проходить не нужно.

Рана достает из шкафчика тонкие пластинки, заворачивает их в бинт и передает мне. Вдогонку вручает маленькую склянку.

— Пластинки — это растительное обезболивающее. Будет мучиться — сунешь одну под язык. А в склянке легкое снотворное.

— Снотворное точно можно ему?

— Это можно, — мягко улыбается сестра. — Острая боль после пластинки уйдет, но зуд останется. Если он не уснет, то от стресса разнесет вам весь блок. Капнешь на язык на ночь, и до утра у вас будет тишина, а Батончик отдохнет.

— Спасибо, сестра, спасаешь, — с облегчением киваю я.

— Обращайся, Лёня, — улыбается Рана, напоследок погладив лосенка по голове.

Я перехватываю своего ездового зверя поудобнее и несу его обратно через двор. Батон в это время увлеченно жует мое левое ухо, мерно причмокивая.

Дорогу вдруг перекрывают трое парней из группы Битча. Конопатый Сыкл и еще двое. Имен их я не помню, так что назову-ка их про себя Лопоухий и Сопатый за колоритную внешность.

— Вы вроде не прозрачные, насквозь не пройдешь, — замечаю, крепче придерживая брыкающегося лосенка.

Они не расступаются.

— Почему Битч был связан⁈ — с ходу наезжает Сыкл, агрессивно насупившись. — И куда его увели⁈

— Вечером на общем собрании мастера, может быть, скажут, — я делаю шаг в сторону, пытаясь просто пройти мимо, но мне не дают, перегородив путь.

— Нет, ты нам сейчас скажешь, — цедит Сопатый, надвигаясь на меня. — Где наш напарник?

Я вздыхаю. Какие упертые. Могу ли я им вообще сказать правду? Разрешения от Сержа у меня нет, но, с другой стороны, пускай знают, за какую гниду они сейчас заступаются.

— Думаю, он уже в тюрьме Гильдии, — спокойно отвечаю. — Он предатель. Пытался убить меня и моего одногруппника.

— Что за бред⁈ — багровеет Сыкл, сжимая кулаки. — Ты гонишь! Жирдяй, ты просто подставил его!

— Видимо, Битч — действительно отличный парень, раз вы сами его колотили втихую, — киваю.

— Он наш одногруппник, нам можно его бить, а тебе нет! — рычит Лопоухий и вскидывает руки.

[ПРОТОКОЛ «ЗНАНИЕ ПУТИ»: АНАЛИЗ ОКРУЖЕНИЯ]

Оппоненты приняли стойки для нанесения ударов.

Совет : Немедленно избавиться от ноши и приготовиться к отпору. Поставить руки для блока…

Ну, дальше я системный текст не читаю. Безусловно, полезная инфа, да только избавиться от ноши — значит сбросить Батона на землю, чтобы его затоптали в начавшейся драке. Ну уж нет. Я уже столько молока извел на этого сохатого. Пускай лучше растет большим и сильным, чтобы меня возил.

Поэтому со всех ног припускаю в обратную сторону.

— Держите жирного! — несется мне в спину вопль.

Сзади раздается топот погони.

— М-э-э-э⁈ — крайне удивленно выдает Батон, болтаясь в моих руках на бегу.

Далеко от этих поджарых гопников мне с лосенком на руках не убежать. И, как назло, поблизости нет никого из старших, даже дежурных Бегунов. Да, старшаки наверняка наказали бы нас всех без разбору за драку, но зато по морде я бы не получил.

Залетаю в пустую баню, попавшуюся по пути, и с облегчением опускаю Батона на пол. Лосенок, неловко переминаясь на своих длинных ходулях по деревянным доскам, тут же начинает обегать помещение, с любопытством принюхиваясь к углам. А я тем временем достаю склянку, которую только что дала мне Рана. Выдергиваю пробку и щедро наливаю