Химия кошек - Павел Ткачев

Но вот открылся шкаф, и послышалось это милое, желанное, томительное шуршание. Я вздрогнула. Тут уж не до гордости, не до кошачьей чести. Не прошло и секунды – я была на кухне. От голода, что уж греха таить, я была готова тереться об ноги своего человека. Долгожданный завтрак, ням!

– Боже, ты так смешно пьешь водичку! – опять этот сюсюкающий тон. – Своим милым язычком. Хлюп-хлюп делаешь.

Я чуть не подавилась и посмотрела на Яну глазами, полными недоумения, пару раз облизнувшись. Скажи, ты дура? С кем я живу! Не взялась бы утверждать, что завершение трапезы мне понравилось. Отойдя от миски, я гордо прошла к себе в комнату. Пришла пора отдохнуть от этого безумного начала дня.

Я решила заняться своим любимым делом и немного подремать после еды. Наверное, нужно рассказать о себе. Я обзавелась этой милой квартиркой относительно недавно. Со мной, как вы поняли, живет Яна. Честно говоря, она хорошая девушка. Достойный человек, образец, который должен быть примером для других из ее рода. Вообще, мне с ней хорошо, особенно когда она не лезет обниматься. Нет-нет, не подумайте, что я ханжа и недотрога. Позволяю ей иногда гладить и чесать меня. И, признаюсь, порой ночью забираюсь на ее бок и мну, словно маму.

Видите ли, я не помню свою настоящую маму. Первые более или менее сознательные воспоминания у меня начинаются с Яны. Как я подобрала ее на улице. Мои губы растянулись в улыбке сквозь дрему, вспомнился смешной случай, как, будучи котенком, я насикала своему человеку на голову.

Яна всегда говорит, что это она подобрала меня на улице, вытащила из-под машины. Люди часто тешат себя иллюзией, будто они главные. Тем не менее с машины наша совместная история и началась. Я была довольно молода, чтобы завести человека. Но пришлось нести ответственность с юных лет и съехать от семьи, поэтому-то воспоминаний о маме-кошке у меня не сохранилось. Мы не виделись с того самого дня, как я встретила Яну. Может быть, моя мама умерла – такое часто случается с кошками на улице. Судьбы других своих родных я не знаю, да и нужно ли? Мы должны ценить то, что у нас есть.

У меня есть Яна. Да, любить ее непросто. Ей, наверное, меня тоже. У всех есть недостатки. А ведь любовь – это еще и умение уживаться с недостатками друг друга. Любовь – это работа, и мы уже несколько лет учимся уважать друг друга. Хотя… Яне нужно стараться лучше. Только один из нас идеален, и это, конечно же, я.

Такие мысли бродили в моей светлой голове, пока я покоилась на границе грез и яви, но вдруг колыхание воздуха заставило меня приоткрыть глаза. Надо мной нависало улыбающееся лицо моего человека. Перед собой Яна держала телефон. Опять эти дурацкие фото, которые она закидывает в человеческий интернет. До сих пор не могу поверить, что люди освоили технологии.

– Ртуть, ты так смешно во сне хрюкаешь, – умиленно зашептала Яна.

Я тут же поднялась, потянулась и собралась уходить. Ну, знаете ли, хрюкаю. Это ты хрюкаешь! Тебя что, голуби поклевали? Просто вопиющее хамство. Ладно, нужно осмотреть свою квартиру.

Двигаясь неспешно, я обошла комнату, затем заглянула под стол. Потом вышла в коридор. Надо бы понюхать ботинки Яны. Вроде бы с ними все в порядке. На кухне я уже была. В спальне тоже… Возможно, стоит все же посмотреть, что там за окном. Хотя… Думаю, это не обязательно. И не из-за происшествия с голубями! Они тут совершенно ни при чем.

Вдруг я услышала шум воды. Опять, что ли?! Подбежала к ванной. Слава Бастет, дверь не заперта. Кое-как поддев ее лапой, я протиснулась внутрь. Яна была в ванне и закрылась шторкой, включив душ. Ну что ты лезешь в эту воду? Смерти моей хочешь, да?! Ни секунды не думая о себе, я запрыгнула на край, почувствовав носом маленькие капельки воды. Невзирая на страх и отвращение, я прошла по сырому тонкому бортику у стены и заглянула за шторку.

Каждый раз я готовилась к худшему. Ее тело уносится в темные глубины стока, рука в последний раз вскидывается над водой в отчаянной мольбе о помощи, а я ничегошеньки не могу поделать. Яна! Я не смогу тебя спасти, у меня же лапки.

Но в этот раз вроде бы все хорошо. Яна моется как ни в чем не бывало. Но я здесь. Проявляю бдительность, слежу до тех пор, пока вентиль крана не опустится и вредоносная вода не перестанет течь на голову моему человеку. Дальше уже не так интересно. Яна выбирается наружу, вытираясь полотенцем, одевается, водит вокруг своей головы пылесосом, который работает наоборот. Надевает ботинки и уходит. Куда? Да мне все равно. Дома становится спокойно, и можно заняться своими кошачьими делами.

Глава вторая, в которой я хлопочу по дому

Мне, как и другим кошкам, никогда не было интересно, куда наши люди каждое утро уходят. Некоторые говорят, что они просто стоят под дверью, другие считают, будто двуногие ходят в некое место под названием «работа». Но в основном мы – кошки – эту тему не обсуждаем. Пока люди возвращаются обратно с шелестелками, полными разных вкусностей, они могут прохлаждаться где угодно.

Но знаете ли вы, что делают кошки, когда человека нет дома?

Кошки слышат лучше людей и видят тоже. Особенно хорошо мы улавливаем недоступное человеческому глазу.

Существует мир, который нельзя так просто потрогать лапой, но он все равно тесно связан с людьми. Одним из проявлений этого мира являются призраки прошлого. Это фантомы воспоминаний и чувств, которые остаются после того, как человек их переживет. Часто они похожи на вещи, но иногда и на самих людей.

Вы часто сталкиваетесь с призраками прошлого, сами того не замечая. Например, делаете перестановку в квартире. Вот лежал в одном ящике чай, а теперь там что-то другое. Но вы некоторое время все равно тянетесь за чаем на старое место. Это происходит, потому что призрак пачки чая все еще находится в прежнем ящике. Вы чувствуете его и инстинктивно тянетесь за ним.

Что же делаем мы, кошки? Наводим за вами порядок, вы– искиваем и развеиваем призраков прошлого, чтобы они не тревожили наших людей и не отнимали силы.

Когда за Яной захлопнулась дверь,