Восхождение Морна. Том 8 - Сергей Сергеевич Орлов

— Артём, — сказала Роза за спиной. — Я тоже могу…

— Отойди. — Я даже не оглянулся. — Отойди к окну и не мешайся. Хватит с тебя на сегодня.

— Артём, — голос у неё дрогнул. — За что ты так со мной?

Я скрипнул зубами. Только этого мне сейчас не хватало.

— Я думал, что мы с тобой договорились, Роза. Ты не должна была приближаться к Алисе. Но, как оказалось, доверять твоему слову бессмысленно. А сейчас отойди и не отвлекай меня от дела. Нашу с тобой проблему мы обсудим позже.

Она не ответила. Я слышал, как у неё за спиной мягко зашуршала ткань — Роза отошла к окну. Хорошо. Одним источником раздражения за спиной меньше, мне сейчас и без неё было чем голову занять.

«Господин Морн, действуйте сейчас. Заглушка на верхнюю точку, та, что под безымянным пальцем. Пускайте».

Я положил ладонь точно над тёмным пятном на главном канале и придавил. Через зеркало кота было видно, как моя «заглушка» легла ровно на нужное место.

Кажется, получилось…

Поток внутри Феликса дрогнул, споткнулся, ударился в плотную пробку, которую я ему поставил, и замер. Жар у меня под ладонью на мгновение приостановился, и всего на мгновение я успел выдохнуть и подумать, что всё закончилось.

В этот момент в комнату вернулась Алиса. Она тащила в обеих руках тяжёлый таз с водой, расплёскивая его на ходу, и опустила на пол у кровати с глухим стуком. Села на колени с другой стороны от меня, отжала тряпку и осторожно положила её Феликсу на лоб. Потом взяла вторую и провела по шее, по ключицам. Двигалась быстро и аккуратно, как будто всю жизнь только и делала, что обтирала больных. От холодной воды у Феликса на коже сразу пошёл пар.

— Артём, — сказала она тихо, не отрываясь от работы, — с ним же всё будет в порядке, да?

Я почувствовал под ладонью, как поток внутри Феликса начал понемногу спадать, упираясь в мою заглушку. Стало чуть полегче.

— Скорее всего. Надеюсь, что худшее позади.

Алиса коротко выдохнула, как будто всё это время не дышала, и провела тряпкой по его груди.

— Спасибо тебе, Артём. Я не знаю, что бы я без тебя…

Она не договорила, так как в этот момент Феликс выгнулся дугой, как будто его кто-то рванул за невидимую верёвку, привязанную к груди.

Голова запрокинулась, шея натянулась струной, рот распахнулся в беззвучном крике. И тут же его начало трясти. Не лихорадочной дрожью, а крупной рваной судорогой, как у человека, через которого пропустили ток. Мокрая тряпка слетела со лба и шлёпнулась обратно в таз. Алиса вскрикнула и схватила его за плечи, попыталась прижать к подушке, но его било так, что она едва удерживала.

Заглушку прорвало…

Огонь у Феликса не пошёл назад в ядро, как утром у меня. Он рванул в сторону, нашёл боковое ответвление, нырнул туда, и через секунду я почувствовал, как вся эта раскалённая дрянь несётся вверх, прямо к точке под моей ладонью. Если сейчас она пробьёт кожу и выйдет наружу, мне прожжёт ладонь до кости, а от этой комнаты, вместе со всеми, кто в ней находится, через пару минут ничего не останется.

Себастьян резко отпрыгнул в сторону и выгнулся дугой.

«Господин Морн!» — в голосе фамильяра послышались панические нотки. — «Надо уходить! Это всё очень плохо!»

Уходить? Прости, Себастьян, но ты связался не с тем пришельцем из другого мира. Если где-то поблизости намечается смертельная опасность, я просто обязан оказаться в самом её эпицентре. Как недавно выяснилось, без этого мне нормально не живётся. Организм требует вечных вызовов, мать его!

Я мысленно усмехнулся. Ладно, Артём, юмор юмором, а решать что-то надо. И желательно вотпрямщас, потому что адское пламя у братца под кожей дожидаться меня точно не будет.

Думай!

Итак, что мы имеем. Быстро.

Через зеркало Себастьяна я видел всё, что происходило внутри Феликса. Каналы, ядро, точку перегрузки, угол, под которым огонь рвался вверх. Оценка ткнула меня в самое узкое место, туда, где через секунду всё лопнет.

А мой собственный огонь, проснувшийся во мне сегодня утром, поднимался изнутри и был по ощущениям точно такой же, как у Феликса. Один в один. Будто мы оба черпали пламя из одного и того же источника, что, в общем-то, было недалеко от истины. Родовой огонь Морнов как никак.

Снаружи заглушить его дар я уже попробовал, и это не сработало. Огонь Феликса от моей заглушки не унялся, а просто увернулся в сторону, как норовистая лошадь уворачивается от чужой ладони.

Я попытался собрать в голове что-то осмысленное, но получалось плохо.

«Себастьян, у тебя есть идеи?»

«Господин Морн, снаружи никак. Этот огонь не примет постороннего вмешательства, и будет уходить от любой чужой силы. Должно быть совпадение по природе, иначе никак».

Совпадение по природе.

И вот тут до меня дошло.

Раз огонь у нас с Феликсом одной природы, значит, он должен сработать. Не снаружи — там моя сила всё равно для его потока чужая, оттого он от заглушки и увернулся. А изнутри, через нашу общую родовую кровь. Если пустить мой огонь не сверху, через ладонь, а через мой собственный канал прямо в его канал, то на прорыв он выйдет уже не как чужое вмешательство, а как встречный поток той же породы. И встретится с его огнём в самой узкой точке.

Встречный пал. У пожарных и степняков, когда идёт большой пожар, навстречу ему пускают свой, маленький и управляемый. Большому огню становится нечем гореть, и он сам собой гаснет. Здесь должно сработать так же. Если, конечно, я не сожгу нас обоих в процессе.

Потушить огонь огнём…

Я в две короткие фразы изложил Себастьяну план. Без подробностей, без объяснений, только суть: пустить свой огонь по своему каналу в его канал и встретить прорыв изнутри. Кот слушал молча, и в эти секунды я физически чувствовал, как он прокручивает у себя в голове все возможные исходы.

«Это может сработать?»

«Сработает, господин Морн. Только это очень опасно. Если потеряете контроль над своим потоком хотя бы на мгновение, оба канала лопнут одновременно. Ваш и его. И тогда уже никто никого не вытащит».

— Понял.

Других вариантов всё равно не было. Грубо, на ходу, без обучения, потому что если ждать ещё хотя бы минуту, начинать уже будет поздно.

Я перевёл