Дело № 1/0. Зеленое пламя - Милана Шторм

– Почему? – скривив губы в презрительной усмешке, поинтересовался Фрост. – Откуда такая уверенность в том, что я не откажусь? Я ведь могу отказаться?

– Можете, – кивнул Шейк, приподняв уголки губ в подобии улыбки. – Но тогда должность капитана уйдет кому-то еще. Мне нужен человек, который соберет особую команду. И я его найду.

Фрост зло рассмеялся.

– Вы забыли, кто я? – подавшись вперед, он прищурился, глядя на Шейка с отвращением.

– Нет, – Джоран казался невозмутимым. – Я знаю о вас даже больше, чем вы представляете.

– И что же?

Шейк вздохнул, положил ладони на стол и уставился в окно, очевидно, избегая смотреть на Фроста.

– В глубине души вы прекрасно понимаете, что война в Унрайле была бессмысленна. Вы потеряли там не только глаз, я прав? Будучи простым наемником, вы поняли, что в этом мире действительно существуют чудовища. Но вернувшись в Рурк, обнаружили, что горожане о них ничего не знают. И решили, что их здесь нет. Или я неправ?

– Неправы, – буркнул Фрост. – Я обнаружил, что все считают, будто Тварей в Рурке не водится. Про остальную империю Вейнер речи никогда не шло.

– И вы в это верите? – Шейк чуть подался вперед. – Вы верите в то, что говорят?

– Я не видел Тварей в Рурке, если вы об этом, – огрызнулся Фрост.

– А сильно искали? – вкрадчиво поинтересовался Шейк.

Фрост вздохнул и опустил глаза.

Не искал. На самом деле, ему просто очень хотелось верить в то, что Тварей в Рурке действительно нет. От его семьи ничего не осталось, дом пришлось оставить и уйти из Верхнего Города… но не потому, что у него недостаточно средств, нет. Потому что легкомыслие и пустота большей части аристократического общества стала его тяготить. Потому что узнав о существовании в Рурке такого места, как Глубь, он больше не мог смотреть на лицемерие бывших приятелей.

А работа в полиции избавила его от остатков иллюзий. Кроме одной. Он действительно не встречал Тварей. И не видел следов их деятельности.

Может, это оттого, что он работал не в том районе?

Сейчас, когда под его началом оказался центральный участок, все может измениться, и Фрост способен найти эти следы. Поэтому Шейк его вызвал?

И почему потенциальные дела, связанные с деятельностью Тварей, должны будут вестись тайно?

Впрочем, на последний вопрос у Фроста ответ был. Потому что в Рурке нет Тварей. И так должно оставаться. Неважно, как все обстоит на самом деле, официально все будет выглядеть именно так. Причины этого Фрост не понимал, но не сомневался, что они есть. А большего и не надо.

Оставалось решить для себя, готов ли он собрать команду, в которой будут не только люди, но и Твари. Такие, кто готов соблюдать законы и жить по-человечески.

А такие вообще существуют?

Шейк определенно уверен, что их большинство. Вот только Фрост ненавидит Тварей. Как он сможет работать с ними бок о бок?

– Почему вы решили, что я подойду для ваших целей? – спросил Фрост. В голову пришло, что его назначение на пост капитана центрального участка было слишком уж внезапным. Не приложил ли к этому руку помощник градоправителя?

– Потому что вы – лорд, ушедший из Верхнего Города, – ответил Шейк. – Потому что ваша деятельность в полиции весьма показательна. Вы прежде всего хотите справедливости. Вы знаете, как выглядит дно этого города, и лишь неготовность видеть очевидное не позволило вам обнаружить следы Тварей, не желающих соблюдать человеческие законы. В Рурке принято приписывать такие вещи культу Смерти. И вы искренне хотите верить в это. И поэтому я хочу задать вам самый главный вопрос: вы готовы открыть глаза? Готовы стать призрачной надеждой для Рурка? Тенью, что будет охранять его покой?

– Призрачной тенью… – пробормотал Фрост.

Готов ли он? В конце концов, люди тоже часто творят зверства с себе подобными.

– Да, – кивнул Шейк. – Призрачной тенью на страже города.

Открыть глаза. Увидеть еще больше скрытого на изнанке Рурка.

Он живет в доме над озером, которого не существует.

Он сходит с ума по женщине, имени которой не знает.

Он уже давно превратился в тень самого себя.

Может, пора придать всему этому больший смысл?

– Хорошо, – произнес Фрост, – Я попробую найти тех, кто мне подойдет. Сколько у меня времени?

Шейк торжествующе улыбнулся, а потом ответил.

– Сколько понадобится. Не торопись, но и не мешкай. Они сами тебя найдут. Я думаю, ты сразу поймешь, когда тебе встретится подходящий человек.

– Или подходящая Тварь? – усмехнулся Фрост.

– Или подходящая Тварь, – серьезно кивнул Шейк. – Я рад, что мы друг друга поняли, капитан Фрост.

Друг друга-то они поняли. Осталось разобраться с самим собой. Поскольку в глубине души Денвер Фрост сомневался в том, что идея собрать смешанную команду из людей и Тварей для расследования «особых» дел будет иметь успех.

***

Чем он занимался дальше, дотого самогодела, после которого его жизнь начала напоминать цирк шапито? Знакомился с новыми подчиненными. Воспитывал молодого заместителя, который так и норовил залезть туда, куда не следует. Вникал в работу. Центральный участок охватывал огромную территорию Спирали и Верхнего Города, а также сюда передавались дела, считающиеся резонансными. Массовые убийства, грабежи банков. И все преступления, в которых, так или иначе, фигурировали представители знати. В связи с этим у Фроста возникал справедливый вопрос: почему Центральный участок не больше остальных? Почему здесь служит столько же людей, что и в пятом или тринадцатом?

Нет, не столько же. Меньше.

Его заместитель, Нор Лайт, сообщил, что стол, стоящий в самом темном углу помещения, где работают детективы, пустует уже полгода. И пояснил, что отбор в центральное отделение очень жесткий, и отнюдь не всякий желающий может его пройти.

Фрост считал это идиотизмом, но бюрократическая машина была неумолима. Бюрократия погребает истину под кучей бумаг и отчетов, оставляя на поверхности лишь часть правды.

Впрочем, насчет того проклятого темного и пустого стола у нового капитана были свои мысли, и он не торопился идти в управление со скандалом.

Если местные ребята справлялись с делами в урезанном составе до этого, справятся и впредь.

Шейк действительно его не торопил, и Фрост через пару недель начал потихоньку забывать о странной просьбе помощника градоправителя и о том, для