Обменный фонд. Том 2 - Сергей Линник

Я молча вытащил замок из двери и положил на стол. Разобрать его — дело минутное. Сразу запахло металлом, и совсем немного — деревом.

— Как я и говорил — пружина сломана. Кто-то неверно поддел её. Сейчас заменим — и всё. А теперь, если у вас есть под рукой лупа, я покажу вам следы взлома.

Увеличительное стекло появилось от того же безмолвного дворецкого, и я продолжил демонстрацию.

— Видите, сэр, это след от моей отмычки. Он тоньше и без зазубрин. А рядом — то, что нам оставил неизвестный. Царапины более грубые, и на краю инструмента явно имелся изъян.

Старик откинулся в кресле и замолчал. Снова взял лупу и посмотрел на следы. Заговорил он после долгой паузы.

— Спасибо. Это было очень… поучительно. Чините замок, мистер…

— Морган.

— Я запомню. Вы и правда, лучший, как мне сказали?

— Не знаю, как во всей стране, но в этом городе — да. Это могут подтвердить мои конкуренты. Я справлялся там, где отступали они.

— Мне бы хотелось, чтобы об этой истории…

— Не стоит упоминания, сэр. Я надёжнее врача, священника и адвоката вместе взятых.

— Вы проверите остальные замки?

— Конечно, мистер Компсон. Я пришлю своих специалистов…

— Нет. Только вы один. Сейчас.

— Мне надо позвонить в офис, чтобы не ждали. Вы позволите?

* * *

Мы сошли на берег в Нью-Йорке, на девяностом пирсе. Таможня дала добро нашим дружественным британским паспортам почти без проверки — чиновник мельком посмотрел на мою физиономию, вежливо попросил открыть чемодан, заглянул туда буквально одним глазом и махнул рукой. Точно так же быстро выяснилось, что ни я, ни напарник не страдаем никакими заразными заболеваниями: последствия контузии в Дюнкерке у мистера Моргана в счёт не шли.

Такси ждало всех желающих прямо у причала, под здоровенной рекламой «Кока-колы» и киноафишей, призывающей посмотреть фильм со словом «табак» в названии. Миша выразил желание попасть в очень хороший отель и побыстрее. На место мы попали минут через десять, и то, мне показалось, что таксер, рыжий ирландец с красной рожей, возил нас кругами.

— Что такое «инк»? — спросил я, глядя на вывеску.

— Чернила, — тихо ответил Миша. — Сорок восемь — номер улицы. Пойдём заселяться.

Да, тут вам не персидские караван-сараи. И не клоповник в кейптаунском порту. Ковры, хлопчик в смешной шляпке, который сразу схватил наши чемоданы, портье, улыбающийся так приветливо, будто ждал твои деньги с рождения, лифт, электричество на каждом шагу и собственная ванная комната в номере на одного. Я обществом напарника наелся за последнее время выше крыши. Подозреваю, что и он моим — тоже.

Первым делом Михаил полез осматривать пространства за шторами, шкафами и прочие потайные места. Не поленился даже заглянуть в вентиляцию. Поддерживаю. Бережёного бог бережёт. А пофигиста — конвой стережёт.

Мы заказали лёгкий завтрак и бутылку шампанского ко мне. Пошло, конечно, но конец такого путешествия по-другому и не отметишь. Официант вкатил тележку минут через десять, получил свой доллар, и скрылся. Налили по первой, и вот тогда Михаил озвучил, ради чего мы припёрлись в колыбель демократии и оплот всего свободного мира. Сказать, что я охренел — мало. Предложение звучало как смесь бреда сумасшедшего и сюжета фантастического романа.

— Миша, может, мама в детстве тебе не говорила, что связываться с государством не стоит ни при каких условиях? Так я постараюсь сейчас восполнить этот пробел. Любого, кто решит хотя бы подумать в этом направлении, кончат быстро и бесповоротно. Кстати, смерть не будет лёгкой, если у тебя и были какие-то сомнения.

— Лёня, ты когда нервничаешь, начинаешь много говорить. Замечал? Хочу тебе напомнить о цене за работу. Четыре миллиона американских долларов. Если не разводить костры из денег, жизни не хватит, чтобы их потратить. Да, об этом не напишешь в мемуарах, но до самой смерти тебя будет греть чувство, что систему победить можно. В конце концов, ты уже здесь. Хочешь провести остаток жизни за взломом американских замков? Или совершить то, на что никто и замахнуться не мог?

— И что мне надо будет сделать?

— Что хочешь. Важен результат. Всё честно. Оформим договор, выполняешь условия до первого сентября сорок пятого — на следующий день получаешь оплату.

— Стрёмное дело, Миша, — я взял с тарелки ломтик сыра, неспешно пожевал. — Но раз обещал, назад отыгрывать не стану. Будем! — и стукнул бокалом о соседний.

* * *

Мистер Компсон работой остался доволен. А мне что: походил, посмотрел, парочку замков снял и почистил, на некоторые ткнул пальцем и приговорил на замену. И даже не предлагал услуги по приобретению и установке. Оно мне надо? Фирма «Морган локсмит энд хардвеа» на мелочи не разменивается. Наш негласный лозунг: «Дорого, но надёжно». Клиенты ценят.

С дворецким мы познакомились. Хороший мужик, этот Сатпен. Спокойный и не любитель потрындеть. Ходил за мной как тень и что-то писал в блокнотик время от времени. То ли объём работ отмечал, то ли ценные указания от меня фиксировал. Я же не просто говорил, что замок на кладовой на последнем издыхании, а давал рекомендации. Ну, и помог он пару раз: отвёртку подал, капельку масла со стола вытер.

Кстати, за проверку я денег не взял. Мне отношение дороже.

Старик показался в самом конце, пожелал узнать результаты лично. Осчастливил рукопожатием и устным выражением благодарности.

— Я доволен, мистер Морган, — медленно, будто каждое его слово требовало усилий, молвил он. — Буду рекомендовать вас.

Другой бы спорил, я не буду. Смотришь, и ещё заказы пойдут. Времена тяжёлые, идёт война, каждый доллар на счету.

— Благодарю, мистер Компсон, — безо всякой угодливости в голосе ответил я. — Рад, что моя работа нашла у вас должную оценку.

Вышел из дома, погрузил саквояж в багажник, да и выехал на улицу. Возвращаться в офис не хотелось. Всё, что нужно, я уже сделал. Повернул направо и поехал на запад, к реке. На мосту через Рио-Гранде остановился, благо полицейских поблизости не было, потянулся и опустил стекло на пассажирской двери. Потом вытащил из бардачка дешёвенькую отмычку с зазубриной на краю, покрутил её пару секунд, размахнулся и выбросил в реку. Постоял ещё минутку, не глядя на недовольные рожи тех, кому приходилось меня объезжать, и двинулся дальше.

* * *

На следующий день мы пошли в поход по магазинам и оделись в местную одёжку.