Русская Америка. Голливуд. Том 2 - Михаил Дорохов

— Вместе с монтажом, — спокойно кивнул я.

— Это невозможно! — воскликнул Лео.

— То же самое половина из вас думала, когда мы снимали ролик с Ирен Рич для мэра, но у нас всё получилось! — оборвал его я, — Я в нас верю.

— Как мы будем это делать? — раздался голос Антона Мелентьева.

Я подошёл к большой грифельной доске, которую мы использовали для раскадровок. Взял мел.

— Вот что мы делаем. Во-первых, мы постараемся снова разделить работу. У нас было два «Витафона» в работе и один — на запчасти. Значит, нужно собрать его. И быть максимально осторожными, чтобы не потерять и его. В противном случае у нас нечем будет всё это чинить, пока не придут новые запчасти из Нью-Йорка. Надя!

— Да, мистер Бережной!

— Свяжись с «Вестерн Электрик», с Натаном Левисоном. Нам нужен ещё один комплект «Витафона».

— Хорошо…

— И обзвони все банки, библиотеки и хранилища. Всё, где есть подземные или изолированные помещения. Они должны быть сухими, в них должна быть изоляция. Делай что хочешь, но найди мне такое место!

— Мы будем делать себе второй «павильон»? — изумлённо произнёс Толанд. Он догадался первым — что я задумал.

— Да, — кивнул я, — Надя, позвони в «Джэй Пи Морган». Попроси их дать нам хранилище. В их банковских отделениях, я слышал, прекрасная изоляция. Пообещай, что мы снимем для них рекламу. А они заплатят только за расходники… Если начнут ломить цену — в топку их! Обзванивай все места, которые только возможно. Нам нужно помещение с хорошей изоляцией. Не меньше этого павильона, где мы сейчас сидим…

— Хорошо, я всё сделаю… — шмыгнула носом заплаканная секретарша.

Ничего, это хорошо, что она сейчас будет занята делом. Вроде у них с Владимиром ничего серьёзного не началось. Нужно отвлечь девушку.

— Остальные — тащите любые матрасы, войлок, старые кипы газет. Всё сюда. Я раздобуду машину. Попрошу грузовик у Левина. Он соберёт всё это. Для звукоизоляции. Будем быстро делать её из подручных средств. У нас нет времени ждать, пока рабочие все сделают профессионально.

Я начал рисовать на доске схему, раздавая указания, которые обдумал за утро:

— Далее. Сценаристы. У вас есть время до шести вечера. Вы не пишете новые тексты. Вы поднимаете и режете ВСЕ предыдущие варианты сценариев для этих трёх роликов. Внимание! Мы не ищем визуальный идеал. Ваша задача — дать с операторами новые идеи — в каких декорациях мы сможем всё снять быстрее. Поработайте с текстом, чтобы он был более мелодичен и без больших «волн». Чтобы актёрам было легче его произносить.

— Понятно…

— Я не слышу!

— Понятно, а что по оплате, мистер Бережной? — спросил один из скрипт-мастеров, который временно перешёл ко мне от Уорнеров.

Скрипт-мастер, как помощник с доработкой сценария, пригодился мне, когда я мотался между съёмками и нужно было оставить кого-то со взглядом со стороны в моё отсутствие.

— Тройная ставка у всех, — коротко произнёс я, — Плюс внеурочные.

Это полностью высушивало мой бюджет и даже вгоняло в долги. Причём в ощутимые. Но выбора у меня не было.

Среди людей раздался одобрительный гул. Зал и раньше то не высказывал недовольства, но теперь стал ещё живее. А я сделал себе «зарубку» о скрипт-мастере. Как только закончим — погоню вон с пляжа.

— Второе. Художники и декораторы. Вы идёте на склад «Уорнер Бразерс». Я позвоню им и договорюсь с ними. У Уорнеров должно быть много декораций на любой вкус. Если не найдёте то, что устроит — строите из фанеры за сегодняшнюю ночь. В двадцать ноль-ноль созваниваетесь со мной и сценаристами — корректируем локации. Осветители, вы с ним. Придумываете, как осветить всё это в три раза быстрее. Без изысков. Кстати, художники, не жалейте краски. Свет будет однообразнее и беднее. Так что убьёт часть оттенков. Поэтому делайте всё ярче и контрастнее. Краска сейчас дешевле времени…

Пьер и Барни энергично закивали. Я даже удивился — обычно они были самыми главными скептиками, а тут не проронили ни слова против.

— Третье. Кастинг. У нас нет времени искать актёров. Мы зовём тех же, кто снимался в первый раз. Они уже знают тексты, они уже работали с «Витафоном». Я постараюсь организовать это через Гарри Чендлера. Но на всякий случай — готовьтесь искать замену. Дафни, подумай, кто может быть вместо Клары Боу, Фэрбенкс и Ричарда?

— Боже мой, да кто может заменить Фэрбенкса? — всплеснул руками режиссёр.

— Дафни! — сверкнул я глазами, — Кто может заменить? В данной ситуации — кто угодно, кто будет хорошо смотреться в кадре и выдаст нужный материал с пятого дубля, не ломая нам лампы плохим тембром…

— С пятого? — ахнул Толанд.

— Я погорячился. Старайтесь быстрее. Грегг, ты сегодня до восемнадцати работаешь с Мелентьевым. Сначала — звуки фонов, потом — параллельное включение. Будем делать так, как Антон снимал рекламу для «Вестерн Электрик». С «Нефтью» мы долго возились, потому что пошли другим путём — теперь такого не будет.

— Хорошо…

— Четвёртое и главное. Звук. Мистер Коллинз.

Пожилой инженер, работавший с «Витафоном», вздрогнул и выпрямился. А я продолжал:

— Ваша задача — настроить всё для скоростной работы. Мы не можем тратить по три часа на запись одного дубля, как было. Нужна методика. Быстрая, грязная, но работающая. Просите кого угодно в помощники. Если хотите себе кого-то конкретного, кто у нас не работает — называйте, давайте телефоны — будем нанимать!

Коллинз, человек педантичный и медлительный, побледнел. Но в его глазах мелькнул вызов. Он молча кивнул.

А я гнал дальше:

— Пятое. Съёмки. Мы меняем порядок. Свет полностью не разбираем, стараемся подогнать всё под одну тональность. «Колу» и «Вестерн» снимаем в одном свете. Рекламу «Нефти» придётся настраивать… Если Калифорнийская ассоциация нефтяников не пойдёт нам навстречу и не даст отсрочку, то выезда для съёмок на натуре в этот раз не будет. Основная проблема — именно в этом ролике. На всякий случай закладываем максимум один выезд. Один день! Всё понятно?

— Да, босс!

— Шестое. Монтаж и озвучка. Самое главное внимание — на звук. Аппаратуру для съёмок не разбираем. Лучше переснять кадры. Пусть будет два-три диска с озвучанием. Пусть их переставят в кинотеатрах, но это сэкономит нам время. Лео!

Монтажёр даже вскочил с места, когда я его назвал.

— Есть знакомые,