Главный инженер 2 - Вадим Фарг

нормально и зарабатываешь. Если косячишь, то исправляешь сам. Приходишь на заказ с перегаром, уж прости, вылетаешь. Возьмешь что-то лишнее у клиента сверх оговоренного, то я узнаю, и разговор у нас будет неприятный.

Степаныч посмотрел на меня без своей обычной дворовой иронии. В глазах мелькнуло что-то вроде надежды.

— А если я не потяну? — спросил он тише. — Я тебе сразу скажу, Макс, я не молодой. Спина болит, а сердце шалит, да и давление скачет. Сегодня бодрый, завтра как мешок с картошкой.

— Поэтому тяжёлых работ давать не буду. Никаких демонтажей стен и таскания мешков на пятый этаж, только то, где нужны руки, голова и нормальное отношение к людям, а это ты вроде умеешь.

Он затушил сигарету и бросил окурок в мусорку. Это кстати тоже показатель, не боросил на землю, значит не был свиньей.

— Уважение, значит, — сказал он, будто пробовал слово на вкус. — Давно не слышал это слово на работе.

— Ну темболе. Будешь привыкать

— А Пётр Ильич если узнает?

— Он узнает, — согласился я. — И что с того?

Степаныч хмыкнул, но теперь как-то весело.

— И правда, что с того? — он вопросительно посмотрел на меня, — Максим, вот раньше ты бухал и матерился, а теперь людям раздаёшь, как начальник.

— Ну да, — кивнул я, — надоело матерится и бухать, так что решил изменить свою жизнь. Лучше поздно чем никогда.

— Ладно, — сказал Степаныч и поправил кепку. — Давай попробуем. Только цену ты говори сам, а то я или мало возьму, или потом совесть заест.

— Совесть оставь для проверки качества, — сказал я. — Первый заказ сегодня. Женщина, кран на кухне. Фото скинет, я тебе перешлю. Позвонишь, договоришься и подъедешь. Инструмент есть?

— Есть, — он поморщился. — Старый, но живой, совсем как я.

* * *

В «Луче» сторож выглянул из будки и увидев меня заулыбался. Видимо произвел я в тот раз на здешнего охранника серьезное впечатление.

— Живой, арендатор?

— Пока да, — ответил я останавливаясь у шлагбаума.

— Сегодня то без происшествий? А то в прошлый раз меня полиция достала… то да се… свидетель я типа,

— Надеюсь, что больше такого не будет, — сообщил ему.

— Да ты не думай, такой веселухи я не припомню. Жаль тогда попкорн не купил, — дед скривил губы в улыбке и нажал кнопку. — Если опять разборку какую затевать будешь, ты хоть заранее скажи.

— Если придут, билет продам. — рассмеялся я.

— Во, коммерция пошла, — он покачал головой. — Не зря гараж снял.

Я проехал к своему гаражу.

Денег после закупок и аренды осталось не так много, чтобы устраивать капитальный ремонт, значит, работаем руками используя то, что есть под рукой.

Я переоделся в старые штаны, надел перчатки и начал с мусора. Каждая ходка давалась телу тяжело, но в этой работе было что-то медитативное. Собрал, поднял и вынес… все просто и понятно. На третьей ходке ко мне подошёл сосед по гаражам. Он жевал семечки и с любопытсвом смотрел смотрел на меня.

— Обживаешься? — спросил он.

— Пытаюсь.

— Тут прошлый арендатор тоже пытался, — мужик кивнул на гараж. — Потом жена выгнала, он всё бросил. Хороший мужик был, только водка довела. А ты я слышал мастер какой-то?

— По инженерке, — пояснил я.

— Это сантехник, что ли?

— Если проще, да.

— У меня в боксе кран на рукомойнике течёт, потом глянешь?

Я чуть было не рассмеялся, да сантехники нужны везде.

— Потом, — сказал я. — Сегодня гараж убираю.

— Ну заходи, — он сплюнул семечную шелуху в снег. — мы люди простые.

— Простые люди обычно самые сложные клиенты.

Он хмыкнул, но обиды не показал.

— Ладно, инженер, не буду мешать.

Я вернулся к работе и отскрёб мазутные пятна. Пол не стал чистым, но уже было что-то отдаленно похожее на это.

Трещины в стенах я расшил отвёрткой и шпателем, замешал смесь в старом ведре и замазал. В одном месте бетон крошился сильнее. «Аналитический взор» включился сам и перед глазами подсветились линии напряжения, слабые точки и пустоты под старой штукатуркой. Я отметил участок мелом. Тут позже надо будет усилить, если ставить полки с тяжёлым инструментом. Гараж, как и человек, сначала показывает мелкие трещины. Если игнорируешь их, то потом удивляешься, почему всё рухнуло.

Верстак я собрал из поддонов, которые нашёл возле мусорной площадки кооператива, и листа фанеры, купленного у Скряцкого почти по закупке. Поддоны были кривые, с торчащими гвоздями, но дерево ещё держалось. На середине работы позвонил Степаныч.

— Макс, я у этой женщины, — сказал он вполголоса, будто находился на секретном объекте. — Там кран не кран, а слёзы, но менять всё не надо, можно поджать и одну подводку заменить.

— Фото скинь, — сказал я, прижимая телефон плечом и закручивая саморез.

— Скинул уже. Она спрашивает, сколько.

Я открыл фото. Если взять с неё как с богатой, будет свинство. Если бесплатно, Степаныч не заработает, и система развалится. Я назвал цену, отчего Степаныч хмыкнул.

— После работы сфотографируй сухое место под раковиной. Деньги получишь, мне переведешь тридцать процентов.

— Тридцать процентов? — в голосе Степаныча появилась осторожность.

— За клиента, контроль и ответственность. Хочешь искать клиентов сам, брать риски сам, отвечать сам, бери сто процентов.

Он помолчал, потом буркнул:

— Ладно, справедливо. Женщина нормальная, кстати, чай предлагает.

— Чай после работы попьешь. И бахилы не забудь одеть.

— Да надел я, не ори, начальник, — сказал он, но в голосе было довольство.

* * *

К вечеру гараж изменился. Бетонная коробка всё ещё оставалась бетонной коробкой, но теперь это было место, где можно работать.

После уборки я занялся скутером. Я завёл мотор, прикрыл глаза и прислушался. После гаражной драки новый слух, что появился у меня оказался хорошим подспорьем. Звук работающего мотора моего двухколесного средства передвижения меня удовлетворил

— Нормально, — сказал я пустому гаражу.

Телефон пискнул. Степаныч прислал фото сухой полки под раковиной, чек за подводку и сообщение:

«Сделал. Женщина довольна. Деньги перевела, чаем напоила после работы».

Через минуту пришёл перевод, а следом за ним ещё одно сообщение:

«Спасибо, Макс. Давно так спокойно не работал».

Я посмотрел на экран дольше, чем требовалось.