Маска дракона - Анастасия Астра

«Воин каждую ночь рискует жизнью ради нашего спасения. Ради людей из чужой ему деревни!»

Яку крепче обхватил холодную рукоять катаны и смелее шагнул вперёд. Онрё заметил его присутствие. В яростных глазах вспыхнул красный отблеск. Юноша вздрогнул от волны ненависти, исходящей от призрака.

Яку ожидал, что онрё сразу набросится на него. Однако призрак мгновенно понял, что этот противник не представляет угрозы. Вместо этого онрё снова переключил внимание на поверженного врага, чтобы довести дело до конца. Но воин воспользовался заминкой. Собрав последние силы, он поднялся с земли и метнул солнечный сюрикен в онрё. С гневным воплем призрак сгорел в солнечных лучах.

И только тогда Яку наконец заметил, что всё это время практически не дышал. Стук сердца звучал громче окружающего шума. Пока Яку оправлялся от оцепенения, воин уже зашагал в сторону леса. Здоровой рукой он придерживал треснувшую маску. Воина шатало при ходьбе, а раненое плечо не переставало кровоточить. Яку всерьёз забеспокоился: сколько ещё их защитник сможет пройти, пока не упадёт без сознания?

– Постой! Я хочу помочь тебе! – окликнул его Яку.

Воин обернулся, но, поколебавшись, скрылся среди деревьев на пути к болоту.

Яку последовал за ним.

Тревога так и норовила развернуть его домой.

«Тебе мало встречи с онрё, где ты запросто мог погибнуть? Теперь идёшь прямо к болоту, с которого начались все напасти!»

Но Яку упрямо игнорировал внутренний голос, потому что знал: сейчас воину гораздо хуже, чем ему. Когда кто-то нуждается в твоей помощи, понимаешь: смелость – это не отсутствие страха, а готовность действовать вопреки ему.

Мрачные предания давно отучили людей ходить к болоту, поэтому никакой тропы на пути к нему не было. Яку пробирался сквозь густые кустарники, которые цеплялись за штанины хакама[4] и тянули назад. Из-за порывистого ветра юноша сильнее закутался в хаори[5]. Поздний ноябрь был особенно холодным в этих краях.

Среди деревьев мелькало красное кимоно воина. Золотые драконьи чешуйки переливались в свете луны. Их блики служили Яку ориентиром, иначе бы он давно заблудился.

Чем ближе они подходили к болоту, тем больше вспоминалось жутких историй, которые Яку слышал от отца: «Мы не знали о существовании онрё до этого года, но болото и без них снискало дурную славу. Ни одно животное, ни одна птица никогда не приближаются к нему. Тоже чувствуют – нечистое место! Вот и ты обходи его стороной».

Яку хмыкнул: получается, за одну ночь он нарушил уже два запрета отца. И это притом, что до утра ещё далеко!

Предчувствие беды возросло, когда юноша заметил, что красное кимоно больше не мелькает впереди. Он сорвался на бег. Над болотом стелился туман. Густые тёмно-зелёные клубы и гнетущая тишина давили на Яку. Закружилась голова, накатила слабость.

Воина он нашёл лежащим без сознания на берегу.

Яку склонился над его неподвижной фигурой. Онрё не просто оставил трещину на драконьей маске – призрак расколол её на две половины. Части маски упали на землю, и Яку впервые увидел, кто за ней прятал своё лицо.

Это оказалась девушка. На вид лет шестнадцати, как и сам Яку. Её чёрные волосы были собраны в высокий хвост. Несмотря на закрытые глаза и бледность лица, грудь девушки мерно вздымалась. Яку с облегчением выдохнул: жива.

Он поднял незнакомку на руки, ощущая трепетную неловкость, когда она прильнула головой к его плечу. Поборов смущение, Яку крепче прижал девушку к себе – будто таким образом мог дать ей понять, что теперь она в безопасности. Он прихватил с собой маску и тем же путём вернулся в деревню. Но на подходе к дому остановился, размышляя.

«Нет, нельзя нести её туда. Родители проснутся и поднимут суматоху. Отец начнёт отчитывать меня за непослушание. А ей сейчас нужны тишина и покой».

Поэтому Яку свернул в кузницу и добрался до маленькой каморки. Здесь располагался склад с готовыми мечами, которые он потом разносил заказчикам.

Яку зажёг свечу и поставил её на низенький стол. На полу среди стеллажей он постелил футон[6], куда бережно уложил девушку.

Яку достал бинты и закатал рукав её кимоно. Перевязал кровоточащее плечо. Рана оказалась серьёзной, но отец учил его справляться со случаями куда тяжелее этого – за время работы в кузнице или в ходе тренировочных боёв всякое бывало.

Выжидая, пока девушка очнётся, Яку осторожно присел возле неё. Он решил получше рассмотреть её маску. Яку точно помнил, что раньше маска была полностью красной. Сейчас на ней появились небольшие чёрные пятна – пока только на одной из половинок. Юноша попытался рукавом стереть эти тёмные отметины, но не получилось. Впрочем, он давно предполагал, что это необычная маска.

Яку с любопытством перевёл взгляд на синий оби[7] девушки. К нему крепились ножны с катаной и несколько кармашков с солнечными сюрикенами.

Кто же она? Почему с таким ранением пошла не к людям, где ей бы помогли, а к гиблому болоту? У Яку до сих пор пробегал мороз по коже от воспоминаний о том жутком месте.

Он положил маску на стол и потянулся за догорающей свечой, чтобы сменить её на новую. В этот момент девушка зашевелилась, приходя в себя. Яку прерывисто задышал, когда встретился с ней взглядом: её серые глаза таили в себе такой же красный отблеск, какой Яку видел у нападавшего на него онрё.

Девушка выглядела человеком, но в то же время не была им.

Яку пробрала дрожь, а в голове метался единственный вопрос: кто она такая?

Глава 3. Личность воина

Девушка не осознавала, где находится и что с ней произошло, но потратила лишь секунды на растерянность. Она быстро считала страх Яку и потянулась к ножнам.

Но от неё не исходила угроза, свойственная онрё. Реакция Яку испугала её так же сильно, как его ошеломила её нечеловеческая сущность. Девушка ожидала, что он достанет катану и будет обороняться. Мысль об этом и правда мелькнула у Яку в голове, но он успел себя одёрнуть. Кем бы ни была эта девушка, она защищает его деревню, а значит, не враг ему.

Как и он ей.

– Я не наврежу тебе! – выпалил Яку.

Ещё немного напряжённой тишины – и девушка бы обратила лезвие в его сторону.