Резидент. Часть 4 - Никита Киров

Я ушёл, вытащив у него из кармана часть вещей, убедившись, что там нет радиомаячка. Беретту забрал и спрятал по дороге отдельно от патронов. По пути снял куртку, маску, кепку и очки, а то, что было близко к телу, убрал в пакет. Перчатки тоже не забыл. Сам остался в спортивных штанах и мокрой от пота футболке, вместо ботинок надел лёгкие мокасины, которые были в кармане куртки как раз на такой случай. Ещё прохладно, но многие ровесники уже так ходили.

Убедился, что приехали люди из ФСБ и приняли шпиона. Вскоре здесь будет целая толпа, так что я ушёл. Люди по пути от меня шарахались, так что я глянул в витрину. Ну да, получил по лицу, видны следы и покрасневший нос, да и губы разбиты. Так и менты взять могут.

Так что я убрал это всё влажной салфеткой, как мог, и потом пошёл на секцию. Раньше я в таком виде оттуда и приходил, из-за чего ДПС до меня постоянно докапывались, потом улучшил защиту не без помощи Тумана.

Но по пути сел у кофейни, заказал себе двойной эспрессо и просто выпил, переводя дух. Пытался понять, как всё это случилось, ведь это странное ощущение не уходило. С одной стороны, меня трясло после адреналина, с другой, если бы сейчас началась новая драка, я бы снова стал спокоен и собран.

И всё же, мне было чем гордиться. Такого волка уломал. Надо бы оглядеть его игрушки, которые я забрал, но их я спрятал, чтобы с ними меня не взяли.

Теперь надо отработать легенду. Так что я пришёл на секцию, и во время спарринга пару раз специально подставился под тяжёлую плюху Толика-Анаболика.

— Ты чё пропускаешь? — удивился он, попав мне в лицо перчаткой.

— Лебедев, ты совсем расслабился? — взорвался тренер Руслан Маратыч.

— Мысли в голове мешают, — сказал я, вытирая нос.

— Голова — не жопа, завяжи да дерись, — глубокомысленно заметил тренер. — Давай ещё раунд, без соплей, ты лучше можешь.

А раньше я у него грушей работал. Теперь же Руслан Маратыч уделяет мне времени больше, чем Толику.

Так что после секции моя рожа выглядела естественно и даже как-то привычно. Даже с Наташей по видеосвязи созвонился, чтобы вечером она не пугалась при виде меня. Заодно Наташа сказала, что задержится, и причину я понимал.

Пришёл домой, проверил новости. Об аресте не сообщалось, про аварию из-за неработающих светофоров писали. Десяток машин побилось, несколько человек обратилось в травмпункт. Но обошлось без смертей и тяжёлых увечий. И хорошо, что ослеплённые и оглушённые автоматчики не стали палить во все стороны сослепу. Будь это в час пик, а не в обед, было бы намного хуже.

Ни слова про Техника, но масштаб его деятельности я представлял. Работал по теме Тумана и ещё сказал, что это Ланге сдал старого шпиона. Как сам Туман и опасался. Если это не враньё, конечно.

А теперь… если так подумать, то опасность не в том, что тебя вычислили. Меня не вычислили, или ФСБ бы уже ломилась в мою дверь.

Опасность в том, что в этом деле чем лучше ты скрываешься, тем более серьёзные люди за тебя берутся.

Добро пожаловать в Большую Игру, как сказал Техник.

Посмотрел на часы, написал Наташе, что жду, и начал готовить очень простое и быстрое блюдо, но такое подают в ресторанах за дофига денег. Нужна только ветчина, жирный сыр с отличной плавкостью и обычная картошка. Заодно мысли приведу в порядок, ведь готовка хорошо успокаивала.

Картошку сварил в мундире, но дальше была хитрость. Как сварилось, я разрезал каждую картофелину пополам, внутренности выскоблил, оставив толстые стенки, затем смешал мякоть с зеленью, чесноком, пожаренной ветчиной и маслом, это всё вернул в картофельные лодочки, сверху посыпал сыром и поставил в духовку.

Почти картошка-раклет, но сыра раклет у нас не было, так что справился тем, что было в магазине. Приготовилось как раз к приходу Наташи.

Съели всё быстро, попили чай, она пошла в комнату встать на недавно купленные весы, и вскоре оттуда раздался её разочарованный стон.

— Набрала полкило за неделю!

— Это не страшно, — сказал я.

— Бесит, когда поправилась для роли, — она вернулась на кухню, — а потом вспоминаешь, что ты не актрисса, — девушка засмеялась.

— Ничего ты не набрала, всё так же стройная. Кстати, у меня тут предложение, — начал я.

— Я согласна! — воскликнула Наташа и снова улыбнулась, продолжая свою шутку: — А, ты не про свадьбу? Про что-то другое?

— Вроде того, — я откашлялся. — Скоро же майские праздники, можно будет куда-нибудь съездить.

— Давай в Москву! — оживилась она. — Давно там не была. Посмотришь город, покажу там всё. А если понравится… ну, есть же предложения по работе, и будешь знать, куда ехать.

— Тоже вариант, — я кивнул. — А жить где?

— У меня же там квартира. Стоит пустая.

Съезжу, стоит съездить. Да и думаю, что там дела творятся намного серьёзнее. Ведь этот город для людей Ланге теперь закрыт. Поэтому он будет искать другой путь.

* * *

Москва, на следующий день…

— Снова приехал в Россию? — спросил Епископ, помешивая сахар в кофе.

— Дошли новости, — мрачно сказал Ланге.

— А я тебе говорил, что в тех краях работать нельзя, — Епископ сделал глоток. — Туда привлечено слишком много внимания. Вот твой агент и попался.

— Он жил там год. Профи, а зелёный берет ему дали не за красивые глаза. А ещё он потомок русских эмигрантов, знает русский отлично, и научился на нём говорить раньше, чем на английском. Его сам Туман к нам завербовал, увидел потенциал.

— Ну, значит, у него были слабости. У каждого они есть, — Епископ поставил кружку с кофе на стол.

— Его сдали, — Ланге наклонился вперёд. — Кто-то его вычислил и сдал в ФСБ. А когда Техник ушёл, тот отправился за ним вслед, избил, связал и передал в ФСБ. Вряд ли мой человек будет долго молчать, его расколят. Это провал, заказчик недоволен.

— А кто его мог сдать? — задумался Епископ. — И кто мог избить зелёного берета? Это не так-то просто.

— Есть одна мысль… что если Туман работал на русское правительство? И обучил кого-то? Или… — Ланге замолчал.

—