Младший сын Небесного демона. Том 1 - Андрей Сергеевич Ткачев

— Десять тысяч, — припечатал стальным тоном демон.

От услышанного у меня аж дыхание перехватило. Мне было слишком трудно осознать такое количество сражений.

— И знаешь, что самое досадное? — поморщился старший демон.

— Что?..

— Ты даже не воин, — он приблизился чуть ближе. — Такого, как ты, тут даже быть не должно. А если такие чудом и попадают из-за нечестивых ритуалов, то обычно уходят после первой же битвы. Но не ты. Ты вцепился в это место, не желая очищаться. Я могу с этим покончить, могу силой очистить тебя, пользуясь своей силой, — демон протянул руку, и в ней возник сияющий белоснежный меч, так контрастирующий с его алыми глазами и черно-красным нарядом.

Впрочем, я уже давно убедился, что-то, что называют Нараком, не в полной мере является адом. Для кого-то это место, действительно, самое ужасное, а для кого-то — возможность провести тысячи спаррингов на грани жизни и смерти.

Мгновение демон оценивающе смотрел на меня, а затем испарил меч.

— Это была твоя десятитысячная битва. Никто за всё время существования этого измерения не набирал такое количество сражений. Мне самому не верится в их реальность, и я не могу просто так проигнорировать столь сильную волю. Чего ты желаешь, человек?

— Мести, — глухо ответил я.

— Секте Безумного тысячелетнего дракона? — предвкушающе улыбнулся демон.

— Да.

— Я могу отправиться туда, вторгнуться в ваш мир и уничтожить каждого, кто носит их знамена. Каждого, кто промолчал или отвернулся, когда уничтожали секту Небесного демона. Тогда ты готов будешь уйти?

Мгновение подумав, я покачал головой.

— Месть должна быть совершена моими руками и никак иначе.

— И каким же образом ты собираешься её свершить? — рассмеялся демон, обходя меня по кругу. — Ты, без сомнения, научился сражаться, но не стал воином, не обрел способность управлять Эссенцией. Ты лишь человек, который умеет махать мечом, против бога секты ты будешь таким же ничтожным, как и сейчас передо мной. Тебя испепелит от одного лишь его взгляда, как с такими никчемными силами ты собираешься ему противостоять? Что ты скажешь, человек?

— Буду делать то же, что и тут. Сражаться, используя все, что имею. А если умру снова, что ж, буду вновь сражаться десять тысяч раз.

— И ведь ты не врешь, — задумчиво проговорил мой собеседник, будто сканируя меня взглядом, — я бы почувствовал, если бы твой дух дрогнул. Твоя решимость так сильна, что… Хорошо! Будь по-твоему! — демон внезапно рассмеялся и хлопнул в ладони. — По рукам, человек. Это сделка. Я исполню твое желание, ты получишь свой шанс отомстить и даже более, но если ты попадешь сюда ещё раз, то знай, твоим противником буду я, и будет всего одна схватка перед тем, как ты уйдешь.

В его руке вновь возник тот самый меч, и демон с самодовольной улыбкой вонзил его мне в грудь. Вначале я ощутил растекающийся в ране жар, сжигающий душу, но затем тот обернулся невероятным холодом.

— Не подведи меня, я слишком много на тебя поставил…

* * *

Я дернулся всем телом, жадно глотая воздух и пытаясь прийти в себя. Грудь все ещё холодило так, словно мне вскрыли грудную клетку и запихнули туда здоровенный кусок льда, но с каждым вздохом этот незримый кусок становился всё меньше и меньше. И вот наконец наступил момент, когда это неприятное чувство отступило, и я смог наконец-то расслабиться.

Как странно… Я смотрел на потолок и совершенно его не узнавал.

Или… узнавал?

Это было похоже на странный и немного злой сон, потому что когда я приподнялся, то понял, что нахожусь в довольно приятной на вид, просторной и светлой комнате. Комнате, в которой я не был с того момента, как была уничтожена моя секта Небесного демона.

Почему я тут?

Могло ли всё то время, что я провел в схватке с демонами, быть просто сном? Долгим, кажущимся бесконечным сном? Я сел, опершись рукой о кровать, и машинально провел ладонью по груди, нащупывая то место, в которое демон вонзил свой меч. Там не осталось ни следа. Но чувство, оно же было настоящим?

Я потер лицо ладонями, пытаясь собрать мысли.

Десять тысяч боев в Нараке, и вот я сижу на кровати, словно проснулся после обычной ночи.

Бред какой-то. Может, я всё-таки сдох и это такая издевка? Демон решил поиздеваться надо мной, прежде чем душа, действительно, пройдет через очищение.

Рука наткнулась на что-то твердое у подушки. Телефон. Старый, в потертом чехле, с маленькой царапиной на экране, которую я сам оставил, уронив его на лестнице. Даже странно, что я это помню. Я столько лет пробыл вдали от этого места, но разум невольно цепляется за такие мелочи.

Я нажал на кнопку, экран загорелся, и первое, что я увидел, это дата.

Четырнадцатое марта, шесть тысяч тринадцатый год от Великого исхода.

Стоп!

Я моргнул, тряхнул головой и ещё раз пробежался взглядом по дате. Тринадцатый год? Но ведь мою секту уничтожили в двадцать третьем году. Причем именно в этот день, четырнадцатого марта. Получается, что до этого события ещё десять лет?.. Целых десять лет…

Я откинулся на подушку и уставился в потолок. От всей этой ситуации голова шла кругом, но если то, что сказал демон, правда, и мы заключили сделку, то выходит, он не просто вернул меня к жизни, но и отправил в прошлое на десять лет.

Это звучит настолько фантастично, что я… нет, даже думать об этом не хочется.

Полежав так ещё пару минут, я наконец поднялся и отправился в ванную комнату. Умылся, посмотрел на себя в зеркало и криво усмехнулся. Если верить дате, то мне сейчас… лет девятнадцать вроде. Да, точно, девятнадцать. Двадцать стукнет через четыре месяца, восьмого июля.

Ещё пацан. Хилый и совсем не производящий впечатление.

Ничего удивительного, ведь, в отличие от моих братьев и сестер по секте, я был «позором семьи». Нет, так в моей семье обычно не выражались, у нас были довольно мягкие порядки, за что некоторые другие представители нашей секты могли считать нас слабыми, но нужно смотреть в лицо фактам.

Я не воин. Я так и не создал сосуд Эссенции в прошлой жизни, из-за чего для семьи я был обузой. Даже чтобы просто жить в обители семьи, Духовном узле, мне приходилось использовать особый артефакт, какие носят слуги. И вот именно это и было большим позором для представителя семьи воинов.

Перестав таращиться на себя в зеркало, я вернулся обратно в комнату и замер в