Поисковик - Роман Добрый

каждый метр руин. Залезу в каждую щель. Загляну под каждую корягу. Выжму из этой планетки все до капли и, обретя максимальное количество кредитов — вывезу маму и папу в самый шикарный курортный мир, какой только есть в галактике!!

Хватит! На них и так столько всего свалилось — донос, арест, бесконечные часы допросов и дней в тюремной камере. И как финал ссылка сюда. Где отец, талантливый механик, ведущий инженер орбитальной верфи, вынужден горбатиться за гроши в ангаре провинциальной мастерской. В которой из освещения: пара морально скончавшихся еще в прошлом веке постоянно мигающих ламп, а самый совершенный инструмент — самопальный дроид-ремонтник, собранный папой-же, из подручного хлама. И это я молчу про залатанные дыры в проржавевших стенах, сквозь которые все одно изрядно поддувает, а в сильный дождь с кровли низвергаются целые водопады капель. И ведь это считается довольно удачным местом с неплохими условиями. Для первого пояса обороны, естественно. Хотя и во втором тоже не сладко….

Например, у мамы — ползающие под ногами мыши обыденное явление. Как и пованивающая плесень на стенах. Хотя школа Южного тоже вполне респектабельное место. Но для бывшего декана факультета рунного искусства, коим мама была до ссылки, это просто унизительное существование. Не знаю, как они терпят такое. Ведь даже я еще помню теплую и мягкую постель, а не жесткое покрытие тахты, исполненное из лоскутов пришедшей в полную негодность полевой формы рейдеров. А еще помню ароматный запах барбекю из свежего мяса, а не белковую слизь без вкуса и запаха, бултыхающуюся в грубой деревянной плошке. И сделаю все, чтобы выбраться из нищенского существования! А для этого нужно стать рейдером и ходить за периметр. Больше чем эти парни, на планете имеют только служащие космодрома.

Вот корпоранты на фоне остальных царствуют, а не живут и трудятся! Хотя, на самом деле, просто имеют общегалактический социальный минимум. Ну, может чуть больше, чтобы народ в этой дыре с ума не сходил от тоски по цивилизации. Но туда мне точно не попасть, как и родным. Только не с пометкой «ссыльный» в чипе идентификации. Так что предел моих мечтаний — своя команда отчаянных добытчиков. Если… нет! Когда, я этого добьюсь, у нас будет все — натуральные продукты с немногочисленных фермерских подворий, добротный дом за третьим оборонным кольцом, где есть даже несколько кафе и баров, а не их жалкие подобия из второго. А так же вполне осязаемый шанс наполнить банковский счет внушительным количеством нулей после первой девятки. И пусть цены на проживание там сейчас для меня не просто кусаются, но нагло скалят огромные клыки, я знаю, что добьюсь своего. И первым шагом станет оживление Пиявки.

Чтобы понять местные расклады, нужно впитать их в себя с кровью выбитых зубов, разбитых губ и стёсанных, о морду противника, костяшках. Теоретически, попробовать счастья за забором может любой желающий, достигший совершеннолетия. До него, через ворота, поселок не покинуть. Безусловно, есть варианты, как не быть, только я не самоубийца! Да и есть пара нюансов.

Во-первых, за год до восемнадцати, подростков обоих полов вывозит шаттл корпорации. И укрыться еще ни у кого не вышло. Да и не пытался почти никто. Только самые отбросы. Остальным смысла нет. Этот этап, с моей точки зрения, больше благо, чем препятствие. Почему? Да потому, что парней и девок свозят в тренировочный лагерь, где год хоть и плохо, но кормят, поят, одевают, а главное — обучают военному делу, без знания которого за периметром все равно делать совершенного нечего. Только если пойти на мясо хищникам или, при большой удаче добраться до окраины разрушенного города, и быть прихлопнутым первым же Ползуном древних, рыскающих по развалинам.

Однако «Атланты» не страдают благотворительностью, за все требуется платить. И после обучения необходимо отработать затраченные на тебя усилия став наемником. Полтора года. Ровно столько длится стандартный контракт пехотинца. Или два если повезло оказаться достаточно способным чтобы управлять дорогой наземной техникой. А счастливчики, зубами вырвавшие у судьбы право летать — три года должны посвятить всего себя концерну и своей машине. К слову, натаскивать будут матерые волкодавы — ветераны корпоративных конфликтов. Не многие после этого возвращаются обратно на твердь земли, предпочитая заново подписать контакт с частной армией корпов. Но те, кто решили вернуться… о-о-о-о! Это элита рейдеров! Невозможно крутые парни! Только отряд Дорадо чего стоит! Редко когда суровые искатели возвращаются из вылазки и не сдают скупщикам добычи меньше чем на пару сотен тысяч кредитов! Невероятные цифры! Понятно, что почти половина из них уходит на содержание дорогостоящей техники, а остальное расползается по карманам рядовых отряда. Но даже самый маленький оклад позволяет бойцу отряда снимать двухкомнатные апартаменты в третьем круге и гудеть по барам между рейдами. Про самую лучшую экипировку, какую только можно достать за деньги или найти за периметром — даже не заикаюсь. В тех местах. Где промышляют команды такого уровня, без нее шагу не ступить — сожрут, чирикнуть не успеешь. И ведь Дорадо не на первых строчках рейтинга, хотя и в первой десятке.

Есть у такого подхода и обратная сторона, менее приглядная. Хорошо если треть из набора доживает до конца контракта. Бывших курсантов бросают в самое пекло, не щадя. Ведь даже сотня новичков не стоит одного битого старожилы. Но мне плевать! Если не смогу прорваться и выжить на найме, то и за периметром мне делать нечего. Дрожать от каждого шороха, собирая копеечный мусор в давно вычищенном пригороде уничтоженного мегаполиса не собираюсь!

До этого еще целых пять лет, но уже сейчас я готовлюсь к следующему шагу. Заодно постепенно перекидывая прочный мост через два следующих этапа, не выполнив которые, не стать уважаемым искателем, да и рейдером вообще. Первое, очень значимое действие — образование. Да. Как это ни странно. Неумехи никому не нужны, ведь чтобы грамотно обращаться с тем множеством гаджетов и приборов, что жизненно необходимы в каждом выходе не только для выживания тебя лично, но и всей команды, нужно уметь читать, писать и считать. И делать это быстро! Порой лишняя секунда станет решающей. Так что дебилы, не могущие связать двух слов или умножить в голове семь на двадцать, никому и даром не сдались. Этого достаточно для рядового. Что для меня не приемлемо.

А для получения сержантского звания в отряде (рейдеры не стали мудрить и оставили иерархию наемников), нужно уже что-то посерьезнее скорочтения и таблицы умножения. Тут каждый уже обязан знать староимперский язык, уметь