Молодая госпожа с Лисьей горы - Мо Юэсинь

Глаза юноши расширились от испуга. Я коварно усмехнулась и придавила его к стене. Сквозь несколько слоев одежды прощупывалось чрезмерно худое тело.

– Слушай, муженек, тебя что, совсем не кормят? Даже подержаться не за что.

– Бесстыжая, – прошипел юноша. Мое внимание ему совсем не нравилось. – Ты что творишь?

– Собираюсь тебя осчастливить, – произнесла я, медленно смакуя вид его ошарашенного лица. Парнишка-то хорош. Несмотря на болезненный вид, выглядел симпатично. Большие миндалевидные глаза, белая кожа, красивые розовые губы. Даже жаль, что ему оставалось так недолго жить.

– Я сейчас закричу! – пригрозил он.

– Кричи, – согласно кивнула я. – Так даже лучше.

Схватив его за полы халата, я рывком сдернула с его плеч одежду, оставив лишь в нижней рубахе и штанах. Юноша икнул и попытался прикрыться, но я пригрозила ему ножом.

– Делай, что я говорю, и все будет хорошо, обещаю. Я тебя не обижу.

– Не буду! – возмутился он и опять начал прикрываться руками. Его щеки и шея расцвели пятнами румянца. Я отступила от него на шаг и окинула взглядом стройную фигуру. Так и есть, худой как щепка. Хозяйка сказала, что юноша болен и слаб, и в этом была абсолютно права. Интересно, сколько он протянет? В ближайшие полгода мне нужно, чтобы он оставался жив, а дальше…

Поджав губы, я начала скидывать с себя одежду. Дальше решу по ходу дела, а сейчас нужно закончить начатое. Скоро матушка сюда явится. Надо сделать все как следует, иначе мой план провалится. На пол полетели пояс и верхний халат, затем второй слой одежды. Я вынула из волос все шпильки и заколки и бросила на низкий столик. Юноша, увидев, как я раздеваюсь, выпучил глаза.

– Ч-что ты делаешь? – дрожащим голосом спросил он.

– А ты не видишь? – Я стянула нижний халат с плеч и несколько раз больно ущипнула себя за шею и около ключиц. Интересно, будет ли похоже на засос? Выудила из кармана маленький флакончик и, откупорив, пролила несколько капель сначала себе на нижние штаны, а затем на кровать. На белоснежной ткани расплылись капли крови. – Совращаю тебя! Да ты не стесняйся! Смотреть я разрешаю. Мы же почти муж и жена.

– Сумасшедшая! – завопил он.

– Да-да! Считай, тебе повезло! С такой, как я, не соскучишься. – Я выкинула флакон в окно. Полдела сделано. Осталось самое интересное.

Краем уха я услышала отдаленные голоса на улице и широко улыбнулась. Начинается! Хорошо иметь острый слух. Очень помогает, когда надо что-нибудь провернуть.

Схватив юношу за грудки, потащила его к кровати. Он пытался сопротивляться, но я была гораздо сильнее, чем слабый, болезненный мальчишка. Толкнув его на кровать, я залезла следом за ним. Он хотел отползти от меня, но я придавила его телом и прижала палец к губам.

– Будешь молчать, проживешь дольше, – пригрозила ему шепотом. Оттянув край его рубашки, я слегка взлохматила ему волосы.

В коридоре раздались шаги, они с каждой секундой все приближались. Пора!

Обхватив шею юноши руками, я перевернулась и оказалась под ним. Его глаза широко раскрылись от удивления. Лицо, тронутое румянцем, слегка вытянулось. Он так забавно реагировал. Милашка.

– Это здесь, госпожа! – услышала я голос одной из служанок.

– Хун Нян! – закричали за дверью. Юноша испуганно повернул голову к входу, но я схватила его за щеки и заставила посмотреть на себя.

– Больно не будет, обещаю, – прошептала я и крепко поцеловала его. Он хотел отпрянуть, но я вновь обхватила его шею и прижалась всем телом.

– Хун Нян! – опять закричали за дверью. – Открой! Немедленно!

Юноша замер в моих руках, не зная, что делать, его тело напряглось, как у зверька, загнанного в угол. Он явно не понимал, что происходит, и его паника только играла мне на руку. Тем временем стук в дверь становился все громче, а голоса – настойчивее.

– Хун Нян! Мы знаем, что ты там! Открой немедленно, иначе мы взломаем дверь!

Я улыбнулась сквозь поцелуй, не прекращая держать юношу под контролем. Ему явно было страшно, но, если он запаникует сейчас, все пойдет насмарку.

– Давай, – шепнула я ему на ухо, оторвавшись лишь на мгновение, – подыграй мне, если хочешь выжить.

Он посмотрел на меня с диким ужасом в глазах, но, видимо, понял, что другого выхода у него нет. Рубашка слегка соскользнула с его плеч, и я увидела, как он сжался, сдерживая дрожь. За дверью послышались тяжелые шаги, и кто-то явно готовился выбить ее.

Неожиданно раздался звук взлома замка, и дверь с грохотом распахнулась. На пороге стояла разъяренная женщина, сопровождаемая несколькими стражниками. Она метнула взгляд на нас двоих, лежащих на кровати, и замерла от шока. Лицо ее побледнело, но глаза горели гневом.

– Что это такое?! – взвизгнула она. – Хун Нян, ты что натворила?!

Я притворилась, будто ужасно напугана.

– Матушка! – Я приподнялась и, прикрыв грудь, уставилась на старшую госпожу Лисьей горы. – Матушка! Прости! Просто я люблю его… – мой голос дрожал, как и положено в таких ситуациях, но взгляд оставался внимательным, просчитывающим. – Поэтому поддалась страсти. Пожалуйста, не наказывай его!

Я умоляюще посмотрела на юношу, который лежал рядом. Его лицо покраснело от стыда и страха, а губы беззвучно двигались, как будто он пытался что-то сказать, но слова застряли в горле.

– Что?! – взревела старшая госпожа, ее глаза сверкали огнем. Матушка сильно гневалась. И я ее отчасти понимала. Она застала свою любимую дочку в такой недвусмысленной ситуации. – Любишь?! Его? Ты с ума сошла? Да он же… Хун Нян!

Она перевела взгляд с меня на юношу.

– Ты… Ты околдовал мою дочь?! Да я тебя!..

– Матушка! – воскликнула я, закрывая его собой.

Юноша, понимая, что его молчание только усугубляет положение, попытался было встать с кровати, но я быстро ухватила его за руку, удерживая на месте.

Старшая госпожа шагнула вперед, указывая на юношу, который замер, словно окаменев.

– Я с тебя шкуру спущу! А кости отдам диким зверям Лисьей горы на закуску!

– Н-нет! Это не так! Я не… – попытался он оправдаться, но я перебила его, притворяясь все более отчаявшейся.

– Не трогай его, матушка! Я возьму на себя ответственность!

– Казню! – На голос матушки из других комнат городской гостиницы начали стекаться постояльцы. Они пытались заглянуть внутрь, но стража не пропускала их. Я слышала только голоса. Они перешептывались, обсуждая происходящее. Гости наверняка уже поняли, кто находится внутри. Догадались об этом, увидев стражу, принадлежащую нашей семье. Да и голос матушки