Покорительница дворца - Райан Гродин

Храбрая девочка еще не успела опустить руку и теперь помахала Фэй:

– Если это будешь рассказывать ты, то и голова кругом не пойдет.

Ученики посмотрели на Фэй. Сыновья пекарей и дочери фермеров. Живые доспехи – похожие на рыцаря, но на самом деле просто живое железо – расположившиеся за задней партой. И Пак – его взгляд был таким же, как на портретах всех волшебников Западов. Желтые кошачьи глаза светились электрическим светом задолго до изобретения лампочек.

Его глаза ничем не отличались от глаз Фэй, а еще у девочки имелись пара ушей и хвост – совсем как у Пака.

– Потому что я кошка?

– Потому что ты первая законная ведьма Солума! – тихо сказала ученица.

– Просто ведьма, – поправил ее Пак. Слово «ведьма» он будто произнес с маленькой буквы. – Фэй пока еще не законная. Если бы ты прочла Устав Равновесия, страницу триста пятьдесят два, то знала бы, что Фэй требуется одобрение трех волшебников. Она должна пройти испытания, разработанные каждым из них, а после Север, Восток и Юг одобрят ее назначение. Единогласно. Обычно это всего лишь формальность, но…

В случае с Фэй формальностей вообще было мало.

Она выросла в домике на дереве. Ее детский смех запечатали в бутылку и добавляли в зелья. В раннем детстве Фэй забиралась на шею дракону и, словно с горки, скатывалась с нее. Она дочь садовника, и этим все сказано. Пусть сейчас ее сапоги и платье стали намного чище, Фэй все равно не променяла бы их на другой наряд. И сумку она носила старую. Ее карманы были набиты листьями и порошками – или, как называл их Пак, выручалочками. Пока девочку не выбрали преемницей волшебника Запада, кота ее магия особо не интересовала.

Впрочем, формальности его тоже не заботили.

– Фэй спасла Селурдур! Она спасла весь Солум! В том числе и трех других волшебников! – серьезно сказала поднявшая руку ученица. – Отказать ей они не могут. Особенно если король Максимиллиан будет на этом настаивать.

Хвост Пака дернулся.

– Вас что, Торн с утра варить «Оптимизмус» заставил? – И кот потянул носом воздух, как будто пытаясь уловить аромат четырехлистного клевера и утреннего солнца.

– На занятиях мастера Гарднера мы сегодня еще не были, – сказал мальчик в первом ряду.

Интересно, как отец Фэй относится к тому, что его называют мастером? Преподавать садовнику, безусловно, нравилось, и ученики выходили с его занятий с улыбкой на лице и с распахнутыми от удивления глазами.

– Мы уже целых пять минут как должны быть в зельеварительном сарае.

Пак сердито нахмурился:

– Разве?

– Да, – встряла Фэй, – папа… то есть мастер Гарднер… послал меня вас искать.

– Ты их нашла, – раздраженно заявил черный кот, – но никто не уйдет, пока я не получу алмаз.

Фэй моргнула:

– Как это?

– Мастер Пак держит нас в заложниках, – объяснила поднявшая руку ученица.

– Я пытаюсь обучить вас заклинанию кальцификации! – выпалил Пак. – Это необходимо! Это основы! Если вы не способны превратить кусок угля в бесценный драгоценный камень, разве можно доверять вам преобразование чего-либо органического? И тем более живого?

Значит, тяжелые черные камни на студенческих тетрадях – вовсе не камни.

– Да, но вы еще не показали нам, как произносить заклинание! – запротестовал другой ученик.

Кот закатил свои мерцающие глаза:

– Потому что мы изучаем его историю! Если вам лень изучать прошлое какого-либо явления, вы не способны нести ответственность за его будущее!

По классу прокатился стон. Несколько учеников с тоской посмотрели в окна башни – вниз, туда, где светились окна зельеварительного сарая. Девочка с поднятой рукой наконец опустила ее и взяла кусок угля.

– Мисс Фэй, вы покажете нам, как произносить заклинание кальцификации? – С горящими от нетерпения глазами девочка протянула ей черный комок.

Фэй положила его на ладонь, и на коже остался черный след.

Превратить уголь в алмазную пыль вряд ли сложно. Как сказал Пак, кальцификация – заклинание базовое. Фэй освоила его несколько месяцев назад, и теперь у нее в спальне стоял целый ящик, набитый драгоценными камнями и всяческими окаменелостями. Когда Фэй занималась один на один со своим ворчливым призраком-наставником, заклинания давались ей легко. Однако всякий раз, когда произнести заклинание просил кто-то, кроме волшебника Запада, Фэй чувствовала, как ее магия начинает давать сбой. «В этом нет ничего удивительного, – сказал отец Фэй, когда дочка призналась ему в том, что магия ее не слушается, – ты почти всю жизнь прятала свою магию! И ничего страшного, что перед зрителями ты волнуешься».

Обычно папа бывал прав.

Но теперь, когда на Фэй смотрел весь класс, она снова оцепенела. Под ее сжимающими уголь пальцами должна быть магия, вот только Фэй ее не чувствовала.

Грязная ладонь вспотела, а затылок покалывало от страха.

– Я… я боюсь, у нас время закончилось, – сказала она. – Вас внизу мастер Гарднер ждет! А алмазы сдадите Паку на следующем уроке.

– Ладно! – Пак оскалил зубы. – Но домашнее задание я буду проверять строго! Если кто-то скажет, что его сожрал гигантский таракан, я ВАС САМИХ СОЖРУ! – Шерсть вздыбилась, и теперь Пак походил не на кота, а на того, кем он был на самом деле – древнего духа, который, когда хотел, делался могущественным и страшным.

– Вряд ли они понимают, что ты шутишь, – сказала Фэй, когда ученики поспешно покинули класс.

– Шучу? – Глаза Пака следили за девушкой – фанаткой Фэй. Ее черные волосы были уложены в два пучка, похожих на кошачьи уши. Такую же прическу носили несколько других девушек.

Эти ученики ничем не походили на тех, что явились сюда три месяца назад, когда волшебник Запада подыскивал себе преемника. Хуже всех был Вэнс Грейвсворт – он язвительно подзывал Фэй «кис-кис-кис». Когда Вэнс, расстроенный из-за поражения в турнире, сложил свой огромный чемодан и убрался домой, Фэй облегченно выдохнула. Став новой хозяйкой Селурдура, Фэй решила открыть двери волшебного замка для всех желающих изучать магию. Для мальчиков и девочек, молодых и стариков. Какая разница, кто ты. – Добро пожаловать в ученики Фэй. На протяжении столетий здесь учились только мужчины, которые теперь смотрели с пыльных масляных портретов, так что идея Фэй была и впрямь невероятной.

– Знаю, мой подход отличается от того, к которому ты привык… – начала Фэй, – но я считаю, Селурдуру это пойдет на пользу! Когда власть распределена между многими, мы сильнее!

– Это ты так думаешь, – пробормотал Пак, дергая хвостом.

– Ты же сам там был, Пак! Когда мы накладывали заклятье фундамента, чтобы спасти Селурдур! Ты сам видел! Равновесие можно улучшить, если…

Кот зашипел:

– Потише!