Шибанут (ая) Алиса и ее любимый Шляпник - Нинель Верон

— Пес… проводи дам! Особо на них не налегай — они сладкие, у тебя будет несварение!

Чешир, обрадовавшись, с рыком поскакал догонять придворных дам. Послышались испуганные визги и крики. Не съест он их, но напугает хорошенько!

Я плюхнулась на стул, положила дубинку на стол, заглянула в вазочки с угощением и придвинула к себе конфеты. Следом — пудинг и вишневое варенье. Сладости высыпала в кармашек рюкзака и, взяв ложку, приступила к поеданию варенья.

Красная королева изогнула тонкие бровки. Она сидела, выпрямившись так, словно палку проглотила, и молча сверлила меня взглядом.

— Зачем приходил Шляпник? О чем вы говорили в последний его визит?

— Это личное… — Она резко поджала губы.

— Меня «личное» не интересует до тех пор, пока это не касается моего мужа и меня, — демонстративно погладила дубинку.

— Ты не посмеешь! — побледнела Королева и отстранилась от стола.

— Да? — пришла моя очередь удивляться. — Нет! Посмею!

Продолжила есть как ни в чем не бывало, зная, что своего все равно добьюсь. Прислушалась к шуму в саду. Пес по-прежнему веселился, охотясь на дам, а заодно не подпуская их к нам. Чтобы не подслушивали!

— Шляпник приходил узнать, где Рафаэль и что случилось с Оракулом, — призналась Королева и посмотрела на меня с вызовом.

Что она хотела этим показать?

Впрочем, любопытно было другое: что их может связывать с Гусеницей? Странно…

Глава 2

Она немного помолчала, а потом с грустью добавила:

— Я не знаю, но он… пропал. Ходят слухи, что сбежал к людям. Книга Оракула подчиняется только ему! Ты ведь знаешь, что вся история страны Чудес пишется только в нем?

— Он тоже пропал?

Я даже есть перестала. Теперь я поняла обеспокоенность Шляпника.

— Да! — вздохнула Королева.

Не знаю, притворялась она или нет, но ее разочарование показалось мне искренним.

— Белая королева говорила, что Гусеница живет у нее в саду, — вдруг засомневалась я в ее словах.

— Жил, — поправила она меня, — но после окукливания Рафаэль не стал бабочкой, как все ожидали, потому что он так захотел. Рафаэль считал, что Гусеница должен остаться для всех сказочным существом. Например, бабочкой, живущей в саду с гигантскими цветами, что вырастила для него сестренка…

— А кем он стал? Не человеком же? — хмыкнула я, пытаясь представить, как он мог выглядеть.

Толстяк? Коротыш? Или, наоборот, длинный и нескладный?

Реакция Красной королевы снова меня поразила. Она внезапно сняла с шеи медальон и, раскрыв его, протянула мне.

— Это Рафаэль?! — Я бросила ложку и, взяв кулон, стала рассматривать портрет весьма привлекательного мужчины с синими волосами. — Вот это, действительно, чудо…

Холеный, в камзоле, точно аристократ, с царской осанкой. И это — бывший Гусеница? Рафаэль?

Я вернула ей украшение и доела пудинг. Думаю, задерживаться здесь не стоит. Мой путь лежит ко дворцу Белой королевы. Может, она знает больше и поможет понять, куда делся Шляпник.

Кто-кто, а Белая королева не будет ничего от меня скрывать!

— Ты найдешь его? — тихо спросила Красная королева.

— Найду, — кивнула я, прекрасно понимая, что она имеет в виду не Шляпника.

Между ней и Рафаэлем явно что-то было… Но меня интересовала лишь пропажа Гусеницы, а не их амурные дела. Возможно, исчезновение из леса монстров также было связано с ним…

Встав из-за стола, взяла дубинку, рюкзак и посмотрела на Королеву, рассматривающую портрет в медальоне.

— Спасибо за прием, было вкусно! — сказала на прощание и сделала книксен.

Она только кивнула, не поднимая головы и продолжая поглаживать пальцем портрет. Вот это новость…

Красная королева влюбилась!

Свистнув Псу, я поспешила покинуть ее сад. Ворота были открыты, и я, миновав стражу, повернула к реке. Там был радужный мост, отныне соединяющий королевства. Сестры, Красная и Белая королевы, перестали воевать друг с другом, разделив страну Чудес на две части.

Нужно спешить…

Меня накрыло чувство, что я опаздываю! Вот только куда?

Я пошла своим ходом — это Королевы могли позволить себе карету с лошадьми. Мы же передвигались по старинке, пешком, но я не была этим огорчена. А что? Вполне надежный способ передвижения!

Шла достаточно быстро, терзаемая воспоминаниями минувших дней. Монстры, которых мы уничтожили последними, были не такими уж страшными. Они напоминали тех, что изображали дети на своих рисунках. Эти существа не имели разума. У них был только один инстинкт — чувство голода. Они пихали в рот камни, грибы, листья, мелкую живность…

Росли монстры в зависимости от скорости поглощения пищи. Они пришли из ниоткуда, и после того, как мы рассекли их на части, исчезли — рассыпались кучей мусора и животными, которых успели поглотить.

Для нас с Кириллом это было развлечение, не более…

К слову, Шляпник странно отнесся к последним монстрам — ему отчего-то стало их жалко. Он назвал их глупыми порождениями тьмы. Добивать пришлось мне.

Он стал слишком мягким…

Погрузившись в мысли, я не заметила, как добралась до ворот парка при дворце Белой королевы. Стражи не было, да и она в ней не нуждалась — кто в здравом уме захочет причинить ей вред? Она же сама доброта! Ее сестрица, Красная королева, — скорее исключение из правил.

Вырвавшийся вперед Пес нашел хозяйку дворца в библиотеке. Я знала, где располагается читальный зал, а потому с легкостью попала в нужное помещение.

— Я немного занята… — натянуто улыбнулась мне она.

Белая королева испытывала ко мне двоякие чувства: сначала она видела во мне лишь забавную девочку, а потом, узнав и даже увидев, кем я на самом деле являюсь и как легко очищаю страну Чудес от монстров, стала меня избегать. Нежная натура!

Но, несмотря на это, она была единственной, кто не боялся меня, да и я бы никогда не стала ей угрожать.

— Мы можем сократить визит до минимума! — сказал я и села на край стола перед ней. — Зачем тебя навещал Шляпник? Куда он ушел? Куда исчез из твоего сада Гусеница?

— Коротко и по делу, да? — Теперь на ее прекрасном лице появилась грустная улыбка. — Рафаэль пропал, а с ним — и Оракул. Шляпник отправился их искать… Куда — я не отвечу, не проследила. Ты уже знаешь, что страна Чудес стала меньше? Бескрайние поля и горы тают, словно лед…

Королева указала на карту, висящую на стене. Это был не обычный бездушный рисунок: я могла рассмотреть все в мельчайших деталях, за исключением живых существ. Даже мой домик был как на ладони!

Границы карты сдвинулись, и теперь пустовало около десяти дюймов полотна. Мир становился меньше на глазах, словно собирался стереть Страну Чудес.

Значит, дела у нас и правда плохи. И что теперь