"Фантастика 2026-182". Компиляция. Книги 1-31 - Татьяна Петровна Крылова

— Ну разумеется, о, солнцеликий! — Почувствовав, что опасность миновала, с растянувшейся от уха до уха золотой улыбкой, залепетал торгаш. — Женщины, мужчины, взрослые, дети, мясо самый сок, всех отдам, а после детям рассказывать буду, что лично четырнадцатому принцу товар поставлял!

Эта смуглая рожа умела льстить, да и вблизи предложенные им люди оказались гораздо лучше, чем я думал. Вот только все они по прежнему являлись людьми, а помимо человеческой женщины мне хотелось попробовать и ещё чего-нибудь этакого.

— Скажи мне, добрый друг, — неожиданно взяв того под руку, да так, что мужик чуть из смуглого в полностью белого от волнения не превратился, повернул того к стоявшей напротив нас партии людей. — А есть ли у тебя кто не из людей? К примеру, женщины с длинными ушками, звериными хвостами, или, быть может, крыльями?

— Зверья на каждой рабочей шхуне как де… — Хотел было злобно произнести торгаш, но вспомнив, с кем говорит, улыбнулся и поправился, — как звёзд в ночном небе, о, солнцеликий. В любую нору, или дыру руку засунь, какую-нибудь гадость, да вытянешь. Нет таким места в столице, я законы чту, зверьё в дом родной не тяну, мамой клянусь!

Пытаясь скрыть своё разочарование, улыбнувшись, похвалил торгаша, а после велел вывести весь его товар на наш подиум. К сожалению, к самым жарким торгам мы не успели: сейчас на дворе стоял вечер, а всех самых лучших, трудолюбивых и красивых разбирали ещё по утру. Приметив себе одну смуглую и грудастую, одну светлолицую и даже немного ухоженную, в итоге не заморачиваясь плюнул и сказал, что забираю всех. Как не старался торговец сдержать свои эмоции, одна морщинка да на лице его загорелом всё же нервно дрогнула.

— Сколько я тебе должен? — Стоя всё так же в гордом окружении моей личной стражи, угнетавшей народ одним лишь своим присутствием, что бы все слышали, спросил я.

— О солнцеликий, это подарок от щедрого Зуру Рура, верно служащего великому императору, — вновь спасая свою шкуру, начал юлить и осыпать лестью торговец.

— Хорошо, Зуру, — произнёс я, взглянув на всё так же стоявшую позади нас на коленях толпу, из-под лба наблюдавшую за происходящим. — Тогда скажи, за сколько ты продал своего последнего раба?

— Пять больших серебряных, о, солнцеликий. Тот муж был сильным, крепким. Достойного раба купил достойный господин! — Гордо заявил торговец.

— Тогда скажи мне, Зуру Рура, каждый ли из твоих оставшихся рабов стоит пять серебряных? — Вновь спросил я.

— Нет! — С ходу чётко ответил торговец. — Если бы кто-то брал их всех вместе, то я с гордостью продал бы их по два с половиной серебряных, при чём не глядя! — Понимая к чему я клоню, радостно вскрикнул тот.

— Хорошо, Зуру Рура, тогда слушай меня внимательно. Я, Принц Карл Людвиг Мидчал Четырнадцатый, забираю всех твоих рабов, и за каждого плочу тебе по семь серебряных. Запомни мою доброту, — громко заявил я, а после, чуть тише, для того, чтобы нас не услышали лишние люди, добавил: — и когда будет что-то интересное, приходи ко мне…

От мимолётного хорошего настроения торговца не осталось и следа. Вновь рухнув на колени, тот запел хвалебные серенады. Благо мои уши, порядком подуставшие от чистого рода лести уже его не слышали.

— Советник, светлокожую блондинку, и ту, темнокожую с большими дойками в мою карету, немедленно. — Обратился я к придворному целителю и тот неожиданно возразил.

— Простите ваша светлость, но не по статусу принцу с рабыней в карете ездить. — Его слова меня сильно раззадорили, я купил их именно с этой целью и хотел получить то, собственно ради чего всё это и сделал. — Прошу не гневайтесь и дождитесь, когда мы хотя бы выедем за город.

— С этого и стоило начинать, — кивнув старому в ответ, отдал приказ кучеру двигать в мою собственную резиденцию.

— Эй, стража, ту и ту, на лошадей и за принцем! — Злобно рявкнул маг-целитель, в ответ на что стража весело и созвучно ответила: «Есть»!

Глава 2

То зачем я здесь

Весело стуча колёсами по выложенной камнем дороге, карета в сопровождении пятидесяти конных рыцарей неслась прямиком к моей резиденции. Я нервничал: с минуты на минуту командир стражи должен был отдать приказ о привале, а это означало, что я наконец-то получу свой желанный приз. В прошлой жизни меня бабы к себе даже на пушечный выстрел не подпускали. До двадцати, даря подарки, уделяя внимание и тратя свою жизнь на этих неблагодарных, я в ответ только и слышал: ты такой хороший друг; прости но я слишком плохая для тебя; или вот ещё: тебя достойна девушка получше.

Весь этот парад абсурда, честолюбия и пафоса сломил меня. Двенадцать раз я слышал одно и тоже, тринадцатый стал последним. Запил, выгнали с работы, сел на шею родителям. Нет, в этом всём нет вины тех сук, бегавших за выродками, после встречи с которыми они обратно прибегали ко мне плакаться на «дружеское» плечо. Просто тот мир оказался сильнее меня. Моего понимания, желания бороться и что-то делать. Я никогда и ничего в жизни не пробовавший, и не имевший возможности попробовать, слишком рано сдался. Но теперь, когда в моих руках все необходимые инструменты — я наслажусь жизнью по полной!

Карета постепенно стала сбавлять скорость, а через пару минут после нашей остановки ко мне вновь заглянул старый советник. Поинтересовавшись, когда я желаю принять гостью, прямо сейчас, или после того, как поднимут шатры и ту приведут в порядок?

Сложный вопрос заставил задуматься, всё же это был мой первый раз, пусть и с рабыней. Предположив в каких условиях те содержатся, вдыхать ароматы застывшего на женщине дерьма и мочи как-то не хотелось. Ждал столько лет и ещё с пол часа подожду!

Махнув тому рукой, дал добро на приведение моего главного лакомства в порядок. Взглянув в окно увидел, как один из магов, двигавшихся вместе с нами, под своим личным, чутким присмотром, повёл полностью оголённую, длинноволосую блондинку куда-то к кустам, за которыми резко громыхнуло, а после появилась какая-то маленькая тучка с настоящим водяным потоком, появившимся из неоткуда. Спустя минуту всё та же, белая как смерть блондинка, словно маятником покачивая своей грудью велась в нашу сторону. Трофей, мой, собственный!

От одного лишь