Мой космический дикарь - Лия Валери

– Ну да, именно поэтому ты обмотал его цепями в три слоя и надел намордник, – не унимается женщина.

– Согласен. Немного придётся его приручить, но вы ведь и цену ещё не знаете. За такую цену можно не пожалеть потратить время на усмирение.

– Цену-то скажи, – кричит кто-то из толпы.

– Всего два пикля. Представляете! Два пикля и этот красавец будет вашим рабом на веки вечные.

Два пикля для такого амбала это, конечно, не много, да и вообще учитывая ценность живой души, очень даже дешёво, – размышляю я. – Но у нас с Пашкой всего на двоих пикль, на еду и воду. Если не учитывать деньги, которые перевёл заказчик. А их трогать нельзя.

– Ты цепи сними, а то может там уже, и живого места нет, – снова голос из толпы.

Вижу, как нервничает торговец, нервно оглядывается на хашийца, сглатывает, но всё же подходит к нему и снимает первый слой цепей.

Из-под ржавого тёмного железа становится видна смуглая кожа пленника. Против воли я засматриваюсь на великолепное тело хашийца.

Красивый. Мускулистые ноги, обтянутые чёрной тканью, плоский рельефный живот, широкая грудь, широченные плечи и злобный ненавидящий взгляд. Я вздрагиваю от этого взгляда, потому что он направлен на меня.

Глава 2

Если ещё секунду назад я хотела его купить, чтобы выпустить его на волю. То сейчас понимаю, что будь у меня хоть сто пиклей, покупка этого дикаря была бы большой ошибкой. Он, конечно, красив, ничего не могу сказать против, но вот нрав у него судя по взгляду…свернёт шею и спасибо не скажет за помощь.

– Нам туда, – показывает Пашка направо, наконец разобравшись с графоном. Он у него иногда барахлит.

Я отвожу взгляд от хашийца и следую за Пашкой. А перед глазами всё ещё вижу недобрый взгляд непокорного раба. Да и не похож он на раба. Слишком гордая осанка, слишком дерзкий взгляд.

Погрузившись в мысли, я не с первого раза обращаю внимания на Пашу, который маякует мне рукой.

– Руся! Я нашёл его.

– Кого?

– Кого, кого. Деседелий.

Не успеваю ничего ответить, как со стороны, откуда мы пришли, слышится лязг железа, крики и топот десятков ног.

Я резко поворачиваюсь. На меня несётся хашиец. Хотя несётся слабо сказано, мчится, поднимая за собой столб пыли, цепи, которые сковывают его руки, громко звенят, а за ним бежит охрана рынка и стражники торговца. Народ , который ещё секунду назад жил, спорил, передвигался, замирает, наблюдая за погоней. И все как один понимают, что у хашийца совсем нет шансов. Хотя бы потому что он в цепях, без оружия и бос. А преследующие его стражники одеты в защитные костюмы с отличной бронёй, а на ногах у них гравиботинки.

– Стой! – орёт стражник.

Но хашиец и не думает останавливаться. Он проносится мимо меня, едва не сбивая с ног. А за ним следом пролетает капсульный разряд, ударяет хашийца в спину, полностью парализуя его.

Дикарь с низким рыком валится на землю, а подбежавшие стражники начинают запинывать непокорного раба.

От ужаса у меня волосы на всём теле встают дыбом. Сама не понимая, что делаю, я подлетаю к стражникам и начинаю распихивать их.

– Что вы делаете? Вы же забьёте его до смерти, – кричу, задыхаясь от возмущения.

– Тебе-то какая разница, землянка? – рявкает один из стражников. – Не лезь не в своё дело.

Он толкает меня, и я отлетаю на несколько метров назад, ударяюсь о стену палатки.

– Да как вы смеете? – вступается за меня Пашка.– Вы только что ударили знатную госпожу. Я заявлю на вас в шарабанский совет.

Стражник, который толкнул меня, перестаёт пинать хашийца только ради того, чтобы расхохотаться в лицо Пашке.

– Кому ты сказки рассказываешь? – слышу сквозь хохот. – Не думал, что землянские богачи носят нищенские комбинезоны, без защитных биополей.

Заставляю себя подняться, хоть голова ещё гудит от удара.

– А ну, отошёл быстро от моего раба, ты мизольская падаль, – говорю спокойно, но голос звенит сталью.

– Твой раб? – переспрашивает стражник, видимо, главный из всех.

– Мой. Потому что я его покупаю. Или твой хозяин уже решил, что ему не нужны два пикля?

– Это надо спрашивать у хозяина. Поднимите это мясо, – командует стражникам и снова обращается ко мне. – Идём. И лучше, если у тебя окажутся твои деньги с собой.

Стражники волокут хашийца почти волоком, тот не подаёт признаков жизни, за ним тянется след из бордовой крови.

Я иду следом, и только когда слышу шёпот Пашки , вспоминаю про него.

– Руся, ты чё творишь? У нас же нет денег.

– Молчи, – шепчу ему в ответ. – У нас есть деньги от заказа. Ими и оплатим.

– Ты что дурная? А на что мы деседелий купим? Мы ведь даже улететь не сможем.

– Что-нибудь придумаем. Молчи, – шикаю на Пашку. Ещё не хватало, чтобы стражники услышали наши препирательства.

Снова возвращаемся. К торговым рядам с рабами. Продавец, похожий на лягушку, слушает своего охранника, который склонился над ним и что-то говорит в ухо. По алчному блеску в глазах понимаю, что сделке быть.

– О дорогая землянская госпожа, я слышал, вы решили купить хашийца.

– Да. Хочу, – вздёргиваю подбородок и надменно смотрю на лягушонка.

– Пять пиклей и он ваш, – елейным до тошноты голосом озвучивает цену продавец.

– Пять? Ещё пять минут назад он стоил два пикля.

– Ну вы же не купили за два, теперь он стоит пять.

– Он избит. Мне его выхаживать придётся, – возмущаюсь я. – Два и не