Пятая река - Наталия Фишер

Она старалась не смотреть на Артура, который что-то объяснял Алене, задававшей соседу по парте вопрос за вопросом. В груди колыхались бешенство и вдруг возникшая из ниоткуда неприязнь к ученице. «Ревность, – усмехнулась про себя девушка, вспомнив описанные в книгах эмоции. – Точно она. Только этого не хватало».

Артур тоже не смотрел на нее и вообще как будто не замечал Асю. Окажись на его месте любой другой ученик, получил бы десяток замечаний, а ему Ася ничего не могла сказать.

– Ребята, в субботу я смогла раздобыть вам новые книги, вернее – три тома одного огромного романа, – произнесла Ася. – Роман называется «Война и мир».

По комнате прокатился возбужденный гул, даже Артур поднял глаза, и Асины руки сразу затряслись.

– Я начала читать эту книгу в тот же день, но до конца, конечно, еще очень далеко. Сейчас я зачитаю вам пару отрывков, а вы скажете свое мнение.

Ася, стараясь вложить в чтение все свои эмоции и оживить неведомые балы и сражения, с выражением читала кусочки текста, наблюдая, как замерли дети, в восторге глядя на нее. Словно книгу написала она сама, а не писатель прошлого.

– Ну что? – Она решилась на вопрос, и ученики постепенно стали возвращаться в реальность из книжного мира.

– Мне мир понравился, – ответила первой Алена.

– А мне война, – пискнул с первого ряда Сема.

– На самом деле роман хорош целиком. Его нельзя разделять на части, только полностью он раскрывает свой смысл. Без войны нет мира и наоборот.

Весь класс уставился на Артура округлившимися от удивления глазами, а он как ни в чем не бывало продолжал:

– Я читал полный вариант. Для маленьких не подойдет, а вот подросткам стоит познакомиться. Сильное произведение.

– А один человек недавно сказал мне, что книга – ерунда, – прошептала Ася.

– Наверное, наука лишила этого человека умения чувствовать, – парировал Артур, сразу догадавшись, о ком идет речь, и Ася улыбнулась.

Оставшиеся занятия прошли спокойно: Ася, окунувшись в любимое дело, на время забыла и о своей любви, и о гильотине, что нависла над ее головой.

На прощание Артур кинул сухое «до свидания», на что Ася только глубоко вздохнула. Когда она тайком разглядывала парня на уроке, вспоминала их случайные прикосновения и прокручивала в голове диалоги, весь его образ, окутанный загадками, казался привлекательным. Но странные перепады его отношения девушке надоедали, выматывали и раздражали.

Чтобы стряхнуть тянущее за душу послевкусие от урока, Ася решила все же отправиться к Дэну, поделиться последними новостями и ненавязчиво поинтересоваться, возможно ли отправиться с ним в Лахту. Она и сама пока не решила, готова ли пойти на такой шаг: оставить родное Заречье, школу, учеников, свежий воздух и лесную чащу, Артура… Вот от кого действительно лучше сбежать на край света.

Погода наконец вернулась к норме: ослепительное солнце затянули привычные дождевые облака. За время уроков ливень начинался дважды, но быстро стихал. Впрочем, после долгой засухи Заречье радовалось любой небесной влаге.

Она старалась растянуть путь до Древнего Храма, чтобы насладиться капельками воды, оседающими в волосах, но, заметив спину отца Алексия, поспешила скрыться за массивными каменными стенами. Ася не представляла, как будет смотреть в глаза священнику. Он всегда холодно относился к ней, а порой бывал слишком жестоким, и все же она видела в нем близкого человека. А теперь он предал ее. Пусть и по делу, но разве это честно? Почему не мог обсудить все это с Асей прежде, чем патриарх примет решение?

Все утро она ожидала разъяренных родителей, запрещающих детям приближаться к неверной. Но то ли отец Алексий забыл сообщить новость Заречью, то ли решил, что Ася не посмеет остаться и сама сбежит, но пока случившееся оставалось только между ними и патриархом. Конечно, знал еще Артур, и сейчас она твердо вознамерилась поведать обо всем Дэну. Он, как старший и опытный друг, мог что-то подсказать.

– Ты здесь? – спросила Ася у порога, не желая вторгаться в чужое жилище без предупреждения. Храм теперь потерял для нее былое величие и стал просто красивым зданием, где прямо у алтаря развалился заспанный парень.

Дэн сладко потянулся на матрасе и подмигнул девушке. В его исполнении этот жест воспринимался совсем не так, как у Артура. Он присел и потер кулаками глаза.

– Ну ты и соня, – улыбнулась Ася и по-свойски села рядом.

– Я бегал утром, а потом заснул под шум дождя. – Дэн потрепал ее по голове, стряхнув мелкие капли со спутанных волос.

– Бегал? Зачем?

– Спортивную форму поддерживаю, ногу разрабатываю. Конечно, бегом это назвать трудно, но нагрузка помогает хоть немного бороться с хромотой. – Он вытянул обе ноги, как бы напоминая Асе, что и у него есть особенность, с которой он научился жить. – В Лахте только беговые дорожки, а тут можно бежать прямо по лесу. Ты не представляешь, какое это удовольствие!

– Не представляю, – подтвердила Ася. – Я бегала в детстве во время игры в догонялки, а однажды удирала через чащу от волка. Удовольствия не ощутила.

Дэн громко рассмеялся и откинулся спиной на матрас, потянув Асю за собой. Она упала прямо в его руки и ни капли не смутилась. Надо же, как бывает: от случайных прикосновений одного превращается в безвольную лужицу, а в объятиях другого не чувствуешь ровным счетом ничего.

– Надо нам вместе отправиться в Лахту, там много удивительного. Представляешь, никто из жителей Пятиречья не сможет там побывать, кроме тебя!

– Об этом я и хотела поговорить. – Ася снова стала серьезной и села, обхватив колени руками. – Когда ты возвращаешься?

– Послезавтра. – Дэн тоже поднялся и теперь смотрел на девушку с затаенной надеждой.

– Так скоро?

– У меня заканчивается вакцина, нужно успеть добраться до дома, пока остается небольшой запас. Мало ли что может произойти.

– Но… я не готова.

– Я вернусь, ты можешь поплыть со мной в другой раз.

– Если еще буду здесь, – прошептала Ася.

– Что-то случилось? – По лицу Дэна скользнуло недоумение.

– Случилось. Вчера на исповеди в Главном Храме… – Ася смолкла и принялась хрустеть пальцами.

– Не тяни, что произошло? – Нетерпение Дэна показалось девушке подозрительным, но она не стала обращать на это внимание.

– Меня отлучили от Церкви. Из-за тебя, из-за моей особенности, из-за Артура.

– Ты всегда была необычной, почему сейчас?

– Отец Алексий постарался.

– Вот гад! – вскричал Дэн и с ухмылкой покачал головой: – Что тебе за это будет?

– Сама не знаю. Пока ничего, но боюсь, что жить нормально я не смогу.

– Мы можем уехать прямо сейчас! – встрепенулся Дэн.

– Я пока не готова… Я не представляю, как можно бросить дом, людей…

– Артура… – продолжил за нее Дэн.

– Это меньшее из зол. – Ася с трудом сдерживала слезы. Почему-то сейчас боль от предательства стала особенно острой. – Почему отец Алексий так со мной поступил? Ведь я не плохая! Честно!

– Ася, – Дэн взял ее лицо в свои руки и повернул к себе, – ты очень-очень хорошая, просто ваша религия для баранов! Она нечестная и ненастоящая!

– А твоя наука – честная? – резко ответила Ася.

– О чем ты?

– Как твоя хваленая наука объясняет, что мы не можем дышать в Древних Домах? Неужели воздух не перемешивается? Ведь ветер проникает внутрь сквозь щели и окна. Почему, если в Древнем Доме открыть все двери, в нем все равно нельзя будет дышать нормальному человеку?

– Не знаю, – покачал головой Дэн. – Это полностью противоречит физике. Мы так и не смогли найти объяснение.

– Вот видишь. Нет ничего совершенного.

– А ваш Новейший Завет что об этом говорит? – усмехнулся Дэн.

Ася лишь покачала головой.

– Так ты пойдешь со мной? – не унимался парень. – Вдруг с тобой что-то сделают до моего возвращения.

– Не в этот раз, не в этот… – Она мотала головой, и слезы капали на пол. – Я пока не могу. Но я обещаю, что дождусь тебя. А если будет совсем худо, спрячусь. Древние Дома всегда меня выручали.

– Ась, – тихо произнес Дэн после долгой звенящей паузы, – я скажу тебе кое-что. Тогда ты точно меня дождешься.

– Я и так дождусь.

– Погоди. Вот скажи мне, что самое болезненное в предательстве этого мерзкого священника? Тебе так важна Церковь с этим вашим придуманным Спасителем?

– Важна, конечно! – вскипела девушка. – Но дело не в этом, не только в этом… Мне больно, потому что после смерти бабушки я считала его тем, к кому могу обратиться за советом. Еще Сан Саныч, конечно, помогал,