Обратники - Наташа Эвс

смахнул листок себе в ладонь и пошел к выходу, разглядывая послание, на котором были нарисованы две мужские фигуры, вероятно, мы с ним, и стрелка наверх, где располагалась камера наблюдений. Ниже оставлено имя «Федор».

— Ты что здесь делаешь? — вдруг раздался голос Томаса.

От неожиданности я подскочил, сминая в кулаке записку, и выпалил:

— А ты?

— Хм, — Томас озадаченно дернул бровями, — однако.

— А почему ты задаешь мне такой вопрос? В чем-то проблема?

— Вас отпустили отдыхать, но ты здесь. Что тебя интересует в этом отделении?

— Я подписал контракт, который дает мне право передвигаться по всей территории. Или есть скрытые пункты договора?

Томас замолчал, глядя в мои глаза. И я не знал, как расценивать этот момент, просто стоял и смотрел в ответ.

— Марк, тебе лучше пойти к своим, — сухо произнес Томас. — Иди, отдохни, у вас взяли много крови, нужно набраться сил перед началом подготовки. Что ты прячешь в руке?

— К своим? Ты отправляешь меня к «своим»? — Мне удалось сменить тему. — Может быть, я уже среди своих? Вот прямо сейчас. Тебе не нравится мое присутствие? Давай спросим у Валентина, пойдем вместе, пусть он рассудит. — Я направился по коридору, оглянувшись на опешившего Томаса, конечно, блефуя, но это сработало. — Или не будем портить отношения?

Мой собеседник зло выдохнул и нервно улыбнулся:

— Давай не будем портить. Согласен.

Это было моей маленькой победой, я развернулся и отправился на выход, сжимая записку в кулаке.

По пути в свой корпус мне встретилась Мия, она медленно брела по коридору, заглядывая в каждое окно.

— Ты что-то ищешь? — поинтересовался я.

— Да, — печально ответила Мия. — Свою нормальную счастливую жизнь.

— Можно мне с тобой?

— Тебе можно.

Мы спустились во двор и побрели вокруг института, и когда в зарослях показалось ограждение, направились туда.

Погладив рукой ржавые металлические решетки забора, Мия задумчиво произнесла:

— Это конец.

— Что? — переспросил я. — О чем ты? Что-то случилось?

— Давно случилось. Очень давно… Где-то здесь расположено их место силы. Я чувствую его. Поверь, оно ужасно.

— Мне пока сложно это понять. Но, глядя на тебя, можно представить, насколько все серьезно.

Мия бросила взгляд на мой сжатый кулак.

— Что там у тебя?

— Это оставил мужчина на мое предложение поговорить. Он встречался мне пару раз в лаборатории и все время странно реагировал при виде меня. Я пошел разузнать о нем, но он чего-то боится. Они все боятся, запуганные какие-то. Мужчина не поднимал головы, просто оставил это. — Я расправил смятый листок и продолжил: — Вот, видишь, он указал на видеокамеру, перед которой опасается сделать что-то не так. И вот это имя оставил.

— Это его имя, — предположила Мия. — Он человек. В лаборатории все люди, только некоторые нарушенные.

— Нарушенные? Это как?

— Мне кажется, у них что-то с мозгом. И эта проблема пришла извне.

— То есть, на их мозг намеренно воздействовали?

— Да. Как видишь, здесь это не проблема. Полное лабораторное оборудование в нескольких экземплярах.

Оглядев Мию, я спросил:

— Ты настолько чувствуешь людей?

— Бывает, — пожала плечами она. — Самым трудным теперь будет принять работу, на которую мы подписались.

— Ты какая-то уставшая, или это так выражается грусть?

Мия помолчала, глядя на свою дрожащую руку, которой держалась за ржавую трубу ограждения, и тихо произнесла:

— Что-то произошло. Не могу точно сказать что, но чувствую себя очень скверно.

В следующую секунду ее ноги подкосились, и я успел поймать ослабевшее тело у самой земли.

Нужно было поскорее отнести Мию на наш этаж, потому что не хотелось отдавать ее в руки тех, кто здесь обитает. Торопливо пробираясь сквозь высокую траву и разросшиеся ветки деревьев, я крепко прижимал безвольное тело, в надежде, что ребята мне помогут.

Наконец, пробравшись незамеченным, я пнул ногой дверь в свою комнату и уложил ослабевшую Мию на кровать, затем вышел в коридор и стукнул в комнату Леона. Ответа не последовало, пришлось заглянуть внутрь. Леон лежал на кровати, закрыв глаза, но на все мои оклики и попытки разбудить его — не ответил. Серафим оказался в таком же состоянии, как и все остальные ребята.

В ступоре я остановился, растерянно глядя перед собой. Что произошло? Я видел такое только в страшных фильмах. Почему они не приходят в себя? И если все сражены какой-то штукой, почему я не с ними?

Так, только не паниковать. Я должен быть готов ко всему. Нужно сосредоточиться и подумать.

Время шло, но никакое объяснение не появилось. Ждать, когда поднимутся мои бессознательно существующие друзья, было бессмысленно, и я отправился к Валентину.

По дороге во мне возросла решимость выяснить ситуацию, потребовать объяснений условий работы, чего мы до сих пор не получили. Я кружил по левому корпусу, не встретив никого, кто бы знал, куда мне пройти. Наконец дорога завела на винтовую лестницу в самом конце корпуса, и меня потянуло туда, только почему-то вниз. Сделав пару шагов, я ощутил некую дрожь, исходящую снизу, и неприятное чувство страха.

— Меня ищешь, брат? — раздался голос Валентина, который разрушил всю мою решимость в прах.

Я медленно развернулся, поймав гипнотический взгляд темных глаз. Вот и все. Один только взгляд. У меня нет шансов победить.

— Угадал, — ответил я как можно тверже. — Мне бы хотелось знать, что с моими ребятами?

— Им нужно отдохнуть.

— Это ненормально. Что вы с ними сделали?

— Так нужно, брат, — мягко повторил Валентин. — Доверься мне.

— Я тебе не брат.

В ответ на это Валентин снисходительно улыбнулся.

— Они все в одном состоянии, — я указал рукой в сторону правого корпуса. — Что это?

— Это подготовка к раскрытию способностей, которые наши друзья имеют в избытке.

— Вы сделали это во время сбора наших данных в лаборатории?

— Точно, — Валентин довольно качнул головой.

— И не спросили согласия?

— Этого не требуется. У нас есть договор. Ты не читал его?

— Читал, — солгал я, понимая, что выгляжу глупо. — Тогда почему я не с ними? Почему стою здесь?

— Ты не они, — с ударением произнес Валентин. — На тебя такие методы не действуют. Просто прими это.

Я содрогнулся, ощущая тяжесть от присутствия главы института.

— Ты обещал озвучить наши рабочие моменты. Почему тянешь?

— Вы были не готовы.

— Когда будем готовы?

— После пробуждения наших друзей встретимся и поговорим.

Мне осталось развернуться, чтобы уйти, но Валентин окликнул меня.

— Марк, я очень рад, что мы вместе.

— Уже слышал.

Не сводя с меня глаз, Валентин шагнул ближе.

— Стой, — отрезал я, выставив руку. — Мне нужно вернуться к ребятам.

Когда я шел обратно, не мог поверить в свою смелость. Такое ощущение, что в ту