Аббарр. Песок и пламя - Хельга Воджик

– Так точно! – Мараг заулыбался, доставая из-за пазухи шнурок с прозрачным, как слеза, камнем омэйро. – Вот! Всегда при мне!

Вечером Карш обходил стойла. Девять гваров – слишком много, чтобы пройти этот небольшой отрезок пути быстро. Гварники Туманника присмотрят за ними.

– Моя хорошая, – Карш почесал лоб Пеструхи. – Ты останешься с Чернушкой, Ярмой, Шати, Валдой и Ойну.

Карш не спеша обошёл всех животных, для каждого нашлось доброе слово, сладкий корешок и порция ласки. Гвары довольно урчали, тыкались мордой в плечо хозяина, жмурились и переминались на толстых, как колонны, ногах. Карш восхищался покорностью и мощью этих созданий, их безоговорочной преданностью. Гвары не только несли тюки и караванщиков, они чуяли воду за много барханов и не раз спасали заплутавший караван, выводя к колодцу. Но к Ахран он возьмёт лишь троих: двух под седло и одну для тюков.

Карш хмыкнул. Да, неприметный выйдет караван с таким сопровождением. Одна надежда, что в Гиблых песках не будет лишних глаз, а в самих шахтах он что-нибудь придумает.

Карш поправил на Золотинке седло, перестегнул сумки и вывел во двор. Там уже ждал его Мараг, держа Краснопёрку, к которой была пристёгнута Дымка с тюками товаров, которые Карш планировал попутно продать шахтёрам. Улыбка светилась на лице однорогого биста, и он то и дело поглаживал меж ушей свою любимицу, названную так за огненные кисточки на ушах и хвосте.

– Не боишься, что кайрин сожрёт твою отраду? – спросил Карш, кивая на Краснопёрку.

– А может? – улыбка сползла с лица Марага.

– Может, но пока не станет, – из сумрака возник кайрин, на спине которого сидела элвинг. – Кого ждём? Двигаем.

Они добрались до места без приключений. Карш даже успел пожалеть, что послушал Ыргыха и нанял девчонку с кайрином. Мог бы сэкономить. Но дело было сделано. А нет большей беды, чем считать упущенное.

Копи Энхар, шахта Ахран, ледяная гробница Мэй – добыча морозного камня посреди раскалённых песков. Небольшое поселение, где обитали те, кто работал в копях и те, кто следил за их работой.

– Это рабы? – Мараг вытянул шею.

Карш заметил, как элвинг нахмурилась. Весь путь она молчала, а сейчас и вовсе вся нахохлилась, ощетинилась. Да и зверь её выглядел как… зверь. Хвост подёргивается, фыркает. Девчонка то и дело гладит его и что-то беззвучно шепчет.

– Да, – кивнул Карш. – В основном преступники: убийцы, изменники, прислужники Гаара.

По обе стороны каменной дороги раскинулись карьеры. Как муравьи в них суетились мужчины и женщины. Где-то были натянуты шкуры и парусиновые отрезы для тени. Под ними сидели те, кто перебирал, шлифовал, очищал пластины камня. От земли шёл холод. Кайрин то и дело удивлённо поджимал когтистые лапы. Ашри сидела сверху, между крыльев, мрачнее колодца Рраббы.

– В основном? – уточнил Мараг.

– Есть и наёмники. Как за любую работу, за эту тоже платят.

– На них нет цепей, и стен у Ахрана нет. Почему они не бегут? – удивление Марага было столь искренним, что Карш невольно подумал, о том, как впервые также расспрашивал об этом Отца.

– Потому что заключённые работают в шахте, а все, кого ты видишь, здесь по своей воле. Им некуда бежать, это их дом. Дети и внуки рабов, они остаются сначала с родителями, а после… Страх и привычка приковывают к месту крепче цепей.

– А самые отпетые преступники, выходит, в шахтах? Мы туда едем?

Карш вздохнул. Неужели и он когда-то был таким? Нет, не может быть.

– Дальше я сам, – Карш кивнул в сторону крытых рядов. – Найди там Живоглота, передай вот эту расписку и сгрузи товар. Как освободишься – жди в «Льдянке». Это единственный трактир в Ахран – мимо не пройдёшь.

Мараг свернул, Карш бросил взгляд на гварника и мысленно простился с четвертью возможной прибыли, а после взглянул на элвинг.

– Надолго мы здесь? – хрипло спросила Ашри и поёжилась. – Дурное место, Сварг волнуется.

– Мне нужно решить дела, а вы пока можете подождать в Морозной долине, – Карш указал в сторону выложенной плитами дорожки, ручейком убегающей к горе. – Держись этой тропы. Обычно в долине тихо. Легенды и суеверия берегут её от тхару.

– Там живут драконы? – усмехнулась элвинг.

– Дартаутиру, – ответил Карш. – Но при свете Орта из руин они не выходят.

При упоминании руин уши элвинг дрогнули, а в глазах блеснула искра.

Кайрин подпрыгнул, повернул и в несколько прыжков оказался на тропе к долине.

– Странная ты, Ашри, – чуть слышно проговорил Карш. – Странная до самых кончиков своих ушей и немного больше.

Карш посмотрел вслед наёмнице и направил Золотинку к самому большому из каменных домов, высеченному прямо в скале. Если верить Сигру, именно там ожидал его Каднир Дол Ахран – наместник Ахрана.

Спешившись у самого крыльца, Карш вынул из торбы Золотинки мешочек с оплатой. Пальцы почувствовали сквозь ткань острые грани рубинов. Кто же будет искать такое сокровище в зерне и слюнях гвара? Довольный собой, караванщик нырнул в низкий проём, прикрытый вытертой шкурой. Впервые он встречался с наместником Ахран и даже Дхару не рассказывал о том, что скрывается в этом доме.

Глаза быстро привыкли к полумраку, пройдя длинным коридором, увешанным потемневшими портретами с неразличимыми лицами и выстланными выцветшими коврами, Карш оказался у двери. Стерегущий резную дверь громила затребовал показать печать и назвать имя. Карш достал конверт, не выпуская из рук, повернул алым сургучом к стражу, и тот пустил его внутрь. В самом центре квадратного зала за длинным каменным столом сидел стройный мужчина.

– Жар не потревожит тебя, тарука, – мягким бархатом проговорил наместник и плавным движением тонкой изящной кисти указал на свободный стул. – Прошу.

– Хранит пустыня твой след, Вэл Каднир, – присаживаясь, ответил Карш.

– Просто Каднир, – мягко поправил наместник Карша. – Здесь нет господ, лишь рабы.

Лёгким жестом мужчина снял белую лайковую перчатку, вызвал огненный шар на кончиках пальцев и отпустил. Пламенная сфера поплыла вверх, зависла над столом и распустилась как цветок, окутывая комнату мягким светом.

– Моё имя лишь благоречивая замена, – развёл руками Каднир. – Оно буквально означает «раб долины Ахран». Все, кто был до меня, и все, кто будет после. Мой отец, мой дед… На мне нет цепей, но это не значит, что я не прикован. Так чем я могу служить?

Карш посмотрел на Каднира. Чистокровный силурийский элвинг – диковинка, сравнимая с кайрином.

– Да, удивительное дело – видеть в песках элвинга, – мягко рассмеялся Каднир. – Но из века в век, пока кирка врезается в морозный камень, мой род наследует должность и теряет имя. Слышишь, Вэл Карш? Так бьётся холодное сердце Мэй.

Карш прислушался, но не услышал ничего, кроме лёгкого скрипа кресла наместника.

– У меня особый заказ, – караванщик протянул письмо.

Каднир принял конверт, взломал печать и пробежался