Миры Доставки 1-14 - Юрий Иванович

Вот там её и нашли, скрюченной на кровати. Первое впечатление - скоропостижный инфаркт. При вскрытии отыскали след от укола на икре правой ноги, а потом и сам колющий предмет в виде небольшой ампулы с иголкой. Причём уколоть себя женщина могла только сама. Как и почему она это сделала, оставалось лишь гадать. Но по всем понятиям она специально покончила жизнь самоубийством. И почему, спрашивается? Ведь преспокойно могла уйти в город, а потом и скрыться в неизвестном направлении. Ведь отпросилась она из замка ещё задолго до поднятия переполоха.

Некоторые идеи по этому поводу выдвинула опять всё та же Лидия Шелди:

- Взгляните на эту ампулу. Подобные применяют для введения дозы мощного стимулятора, которые имеет с собой почти каждый воин на поле боя. Вредная вещь, но для последнего рывка и для собственного спасения все средства хорошо. Мне кажется, исполнителя могли элементарно обмануть. Дескать вколешь себе вот это возбуждающее средство и никто тебя уже не догонит. Два часа бодрости и максимальной сообразительности тебе обеспечено. Вот эта несчастная дурочка и повелась на мякину.

Парадорский на это глубокомысленно кивнул:

- За неимением лучшего, и такая версия для работы подойдёт. Но тогда, - он повернулся к барону, и уже вместе с ним, прогулочным шагом отправился по пустынному коридору, стараясь, чтобы дальнейшие слова были услышаны только одним человеком. - В твоём окружении остаётся кто-то весьма страшный и подлый. И мне кажется, нам здесь отдыхать или расслабляться, тоже не придётся.

Как это ни тяжело было признавать правителю, но пришлось с такими доводами согласиться:

- Увы! Рано я обрадовался и поверил в полный порядок, рано… Так что пока тебя не отозвали с Оилтона, майор Парадорский, принимай под своё командование все охранные службы моего дворца. Хоть я и восторгался твоей сообразительностью и незаурядным мышлением, при осмотре комнаты допустил непростительную слабость и позволил себе насмешки в твой адрес. Сейчас каюсь и приношу глубочайшие извинения.

Хорошо, что в тот момент рядом с ними никого не было. Но и так молодой герой несколько стушевался:

- Да ладно тебе, какие могут быть извинения. Здесь вся заслуга принадлежит нашей сообразительной Шелди. Ну а с твоими орлами разберёмся. Где надо подтянем, где надо подскажем и научим. Всё-таки хоть оборудование у тебя и более дорогостоящее, но курс обучения наших воинов несоразмерно выше.

- Согласен на все сто! Ну, раз уже всё так сложилось и так благополучно окончилось, то теперь надо и пообедать, - барон хлопнул в ладони и жестом дал знать стоящему чуть дальше слуге о своём решении. - Ну и сразу приступим к священной дегустации самых лучших сортов коньяка. А потом…, потом я тебе покажу свой "медвежатник".

- С медведями, что ли?

- Пока секрет. Только сразу заверяю: тебе там понравится.

Глава двадцать третья

3595 г. апрель, вотчина барона Аристронга

Всё-таки в первый день прибытия расслабиться, как следует, не удалось. Да и Парадорский, при всём своём желании не стал налегать на дегустацию редкостных, всемирно известных коньяков. Ведь все его подчинённые сразу включились в круговерть следствия, многочисленных допросов и тщательной проверки всего остального дворца. Ну а двоим, так сказать в дежурном режиме пришлось не отходить от молодого баронета, совмещая при этом сразу два дела: и охрану и усиленные тренировки с непрекращающимся курсом общего обучения.

На следующий день хлопот не убавилось, и он пролетел в хаосе новых впечатлений и интенсивной работе. Но следовало особо отметить участие самого барона в совместной утренней тренировке всего подразделения. Причём он не только во все глаза присматривался и оценивал явные успехи собственного сына, как довольно ревниво наблюдал за уверенными действиями офицеров на его личном тренировочном кругу. Именно так он называл некое подобие полосы препятствий, которая расположилась между основным каменным забором, пролегающим вокруг парка и вторым забором с внутренней стороны из колючей проволоки и энергетических щитов. Сам он довольно лихо проходил хорошо знакомые участки, но ему явно не верилось, что будущие воины Дивизиона раньше не тренировались на подобной копии.

- Мне ведь тут построили по индивидуальному проекту, - не выдержал он на финише. - И обещали о полном сохранении тайны. Так что признавайтесь…

Как раз ближе всех к барону оказался Гарольд:

- Ха! Да эту полосу даже разминочной назвать трудно. На Кафедре, земля ей пухом, у нас была с троекратной сложностью, ну а на полигонах самого Дивизиона ещё в два раза сложней.

- Чего-то даже представить не могу…

- А только вдумайтесь над тем, что там иногда бывают несчастные случаи со смертельным исходом. И это среди тех, кто тренируется там постоянно.

Дальше уже и Парадорский подошёл ближе:

- Но увеличение сложности - дело поправимое. Мы тут может внести пару десятков усовершенствований, и через пару недель можем начать прогонку твоего полка охраны.

Зел двинул бровями, ещё вчера майор так смело о ближайшем будущем не рассуждал:

- Какие-то конкретные новости?

- На рассвете имел разговор с полковником Капочи и он дал разрешение пока всё оставить на своих местах. От Кафедры всё равно ничего не осталось, продолжают раскапывать бункер, зато хоть нет пострадавших. По краберу доложили, что успели эвакуироваться вниз все поголовно. Ну а наша задача по охране твоего сына, в любом случае приравнивается к боевому заданию. Что котируется ещё выше, чем просто интеллектуальная стажировка. Так что два, а то и три месяца нас никто отзывать не будет.

- Отличная новость! Теперь-то вы уж точно наведёте полный порядок во дворце. Ни одна мышь к Артуру не проскользнёт.

- Нет, так нельзя, - несколько неожиданно заявил Тантоитан. - Если мы будем вместе с Артуром сидеть на одном месте, то нам в любом случае не поздоровится. Как говорится: под лежачий камень вода не течёт, но если принести тяжеленную кувалду, да парочку раз приложиться ею по этому камешку, то…