Фантастика 2026-194 - Мария Геррер

Под ногами захрустела иссохшая желтая трава, будто на дворе не червень-месяц, а свадебник. Адриан глянул на лица сотоварищей. Не боятся ли? Не жалеют ли? По Марчуку, как всегда, ничего нельзя было прочесть, абсолютно непроницаемое лицо. Паника явно потряхивало, он то и дело оглядывался, совал руку за пазуху, словно там был какой-то сильный оберег, но шёл.

Когда до крайнего дома оставалось несколько десятков шагов, маг остановился.

— Чуете? Сильно тянет!

Адриан медленно вдохнул, но никаких необычных запахов не услышал. Марчук же вынул орденский знак.

— Что-то забирает магию?

— Не магию, а питание для нее! Энергию! Некоторые попаданцы называли ее маной. Из амулетов ману высосать проще, там она в чистом виде сидит.

Карницкий вытащил сначала орденский амулет, потом отцовский. Пусто! Оба пусты. Камни поблекли и стали серыми. Столько денег — псу под хвост! Даже если купленный амулет и можно наполнить заново, это выйдет едва ли дешевле покупки нового. Самое ценное в них — та самая энергия!

— Видишь, куда тянет?

— Вроде бы в первый же дом, но надо обойти, посмотреть. Вдруг сзади откуда-то?

И всё. У Паника страх как водой смыло, осталось лишь любопытство и охотничий азарт. А Карницкого затрясло еще сильнее. Прежде он был уверен в своей неуязвимости, а теперь… Нет, не бывать ему Стрелой. Даже если каким-то чудом выживет, сразу попросит перевести в чернильники. Не нужны ему такие страсти!

Вблизи Хлюстовка выглядела как картинка из книжки с самыми страшными сказками. Ни души не видать. Вся трава иссохла, деревья облетели и пугали голыми ветками, на которых кое-где еще висели почерневшие вишни, скукоженные сливы и сморщенные коричневые яблоки. Одно такое яблоко сорвалось и звучно ударилось о крышу дома. Адриан с трудом сдержал испуганный крик. И дома… даже они потемнели и слегка искривились. Ни кудахтанья, ни лая брехливых собак, ни мычания коров, и даже мертвых тел не было видно. Тишина.

— Всё-таки отсюда, — прошептал Паник, указывая на крайний дом. — Вам лучше отойти, оно сильно тянет. Как бы и нам дурно не стало.

Марчук ответил обычным голосом:

— Вместе пойдем, мало ли что.

Вынул арбалет из заплечной сумки, неспешно взвел тетиву, наложил болт и с оружием в одной руке направился к калитке. Во дворе лежал издохший пес, и от него даже не воняло мертвечиной, настолько он иссох. Лишь шкура да кости остались.

В доме с единственной комнатой внезапно оказалось тепло, даже душновато. Карницкий пригнулся при входе, а когда распрямился, увидел и всё семейство Игошки. Дети вповалку лежали на полатях под толстым одеялом, из-под которого торчали лишь их растрепанные макушки. Казалось, что они в любой момент могут вскочить и попросить молока или каши. Мать и отец сидели на лавке, прислонившись друг к другу, и вот с ними невозможно было обмануться: слишком хорошо видны их лица с ввалившимися щеками и запавшими глазами. Черепа, обтянутые желтоватой кожей, больше похожей на пергамент.

— Вот! Вот оно! — громким шепотом провозгласил Паник. — Это оно тянет!

И указал на изящную вещицу, похожую на небольшую жаровню на трех изогнутых ножках. Впрочем, и без мага было понятно, что именно она всему виной, настолько вещица смотрелась чужеродно на грубоватом столе в небогатом крестьянском доме. Рядом с ней стоял чугунок с неведомой гущей, вокруг лежали закаменевшие куски хлеба, кривобокая глиняная миска с крупой еще больше подчеркивала тонкость и красоту иномирной поделки.

— Теплая, — сказал Марчук, протянув к ней руку.

— Надо остановить ее! Иначе она и из нас все соки вытянет! — воскликнул маг.

— Знаешь как?

— Надо посмотреть, подумать. Я же не знаток амулетов, просто вижу магические потоки, и всё. Но это вряд ли сложно! Иначе как бы неграмотные сельчане с ней управились?

Впервые с момента вступления в деревню заговорил Карницкий:

— С чего вы взяли, что они умели с этим управляться?

— Ну как же? — Паник нехотя отвел взгляд от иномирного творения. — Видно ведь, что она делает.

— Мне не видно, — грубовато сказал Карницкий. — Я ж не маг!

— Так она же и сейчас действует! Тепло чувствуешь? Это она греет. Вроде печки, только без дров, на одной мане.

— А зачем им греться? Червень же, жара и днем, и ночью.

Марчук перебил мага и ответил сам:

— Глаза-то разуй! Баба же стряпать собиралась. И тот, в застенках, говорил, что у них дым из печи не шел несколько дней. Видать, эта мажья штуковина заместо печи может жаром исходить.

— На два-три раза ей хватило магии, принесенной из чужого мира, а потом мана кончилась, и она начала тянуть ее отовсюду, куда дотянется, — пояснил Паник. — Из людей и из зверей сложнее забрать, чем из амулетов, потому она делает это медленно. Непонятно только, что будет, когда она высосет