"Фантастика 2026-178". Компиляция. Книги 1-22 - Екатерина Насута

что было… род большой, богатый. Обижать тебя точно не станут. Оно им ни к чему. Савка, тебя тоже вполне могут под опеку взять. Отправим с Танькой вон, поправлять здоровье… а там…

А они с дедом тут вдвоём останутся и героическую гибель примут.

Я скрутил фигу и сунул Тимохе поднос.

— Невоспитанно… — откликнулся тот.

— Возможно. Но в данном конкретном случае я готова поддержать, — Татьяна встала за мной. — Бросить вас и уехать… и вообще… это подло! Гадко! Это… я не знаю, как!

— А лучше всем вместе помереть? — Тимоха спросил это жёстко и взглядом вперился. Ничего. Взглядами меня давно не напугаешь.

— Лучше, — говорю, — выжить и похоронить этих упырей.

А что? Почти уже план… только мелочи докрутить осталось.

Глава 11

«По сей день нет единого мнения относительно того, следует ли развивать дар у особ женского полу. Устоявшееся мнение о вредности подобного развития для разума и тела женщины, как существа более слабого, всё чаще подвергается критике, ибо нужда Империи в дарниках воистину велика. И с каждым годом всё чаще раздаются голоса, требующие использовать во благо страны всех, кто наделён даром, вне зависимости от половой принадлежности оных. И да, ныне никого уже не удивят прекрасные целительницы, однако поддавшись желанию выбрать сей простой на первый взгляд путь, мы рискуем не столько дать права, каковые уже имеются, сколько возложить на хрупкие женские плечи тяжкую ношу обязанностей…»

Из открытого письма князя Н., обращённого к суфражисткам.

— Если ж говорить о камнях, то… — Тимофей поглядел на сестру. — Скажем так, теперь я уже понимаю, что отец… был не совсем прав.

— Ставил над нами опыты, — Татьяна была куда прямее в выражениях. — Впрочем, не он один. Газету открой. В каждой третьей — объявление о верном способе развития дара. Дыхательные упражнения. Отвары. Что там ещё?

— Массажи?

— Вот-вот… авторские методики и прочее, прочее. Амулетов тоже хватает.

— Рабочих?

— Нет, — Тимоха покачал головой. А Татьяна добавила:

— Ни один дарник в своём уме с такой дрянью не свяжется. Это не то, чтобы незаконно. Опасно очень.

И кивнули оба.

А они похожи. И плевать, что Тимоха огромен, как глыба, а вот Татьяна — хрупкая, что тростиночка. Черты лица. И взгляд. и жесты. И прочее, чего понять не могу. Но похожи ведь.

А я на них?

И почему вдруг это стало волновать? Особенно, когда и без того есть, о чём волноваться.

— Всё это рассчитано на тех, кто мечтает пробудить дар в ребенке. Или, если искра уже имеется, развить её. Сильный дарник всегда место найдёт. На государевой ли службе, к роду ли привяжется, но это шанс.

И в нынешнем мире не только для конкретного дарника. Нет, здесь живут родами. И успех одного — это возможность возвыситься многим.

— Правда в том, что слабый дар можно развить, но им нужно заниматься. Дыхательные упражнения. Медитации, — это уже сказано для меня. Ну да, знаю. Медитации нужны и важны, а спать во время оных — так себе затея. Я ж не нарочно! В тот раз просто вымотался за день, а тут медитация.

Расслабление.

Я и расслабился чуть больше, чем надо.

— Занятия, — продолжил Тимоха. — А для занятий требуются наставники. Те, которые и вправду что-то могут, и просят за услуги изрядно. И далеко не каждый способен такую помощь оплатить. Да и не к каждому, даже способному, они пойдут.

— Кроме того, если дар очень слабый, то как ни старайся, особо его не раскроешь, — Татьяна подхватила за братом. — Ты уже работаешь с тонким телом?

— Вижу. Работать — это слишком громко…

— Да, тебе как раз нельзя пока, — согласилась она. — Но ты видишь энергетические каналы? Они у тебя восстанавливаются, но при этом изначально довольно крепкие и широкие, с хорошей проходимостью. У меня…

Она вытягивает руку и на ней, на коже, расползаются ярко-синие ленточки, этаким повторением сосудов. Две широкие по внутренней стороне предплечья, а от них уже, как от русла, откладываются более тонкие, которые в свою очередь ветвятся.

— И вот, сравни, — Тимоха распрямляет свою руку. Его сеть куда плотнее, она как бы и лежит на коже и уходит внутрь, где каналы переплетаются уже в третьем измерении. На местах, где нити касаются друг друга, появляются мелкие бусины.

— В средостении ещё плотнее и здесь уже формируются ядра, способные накопить некоторое количество энергии, — Тимоха кладёт руку на грудь. — Показывать не стану. Там у меня пока не всё восстановилось.

Меня тянет поглядеть на мои каналы, но сдерживаюсь.

— Видишь, Танины куда тоньше, но и они достаточно широки, чтобы пользоваться даром. У многих нынешних Охотников каналы ещё уже. Думаю, что и у дарников такая проблема есть. Вообще, помнишь, я тебе говорил? У каждого человека есть тонкое тело. И каналы есть. Это его связь с миром. Но вот от того, сколь эти каналы развиты, зависит его возможность использовать силу. Пока считается, что сила дара напрямую связана с силой крови. Поэтому и принято заключать браки с теми, кто равен по силе.

Тимоха позволил рисунку погаснуть.

— Отец, как понимаю, искал способ увеличить силу дара.

Воспоминание снова резануло. Я прямо ощутил тяжесть цепочки на шее, то, как давит она, заставляя склонить голову.

— И нашёл? — не хочу опять проваливаться туда.

— Сложно сказать…

Нашёл.

— А если всё-таки… насколько это знание было бы ценным?

— Могли бы из-за него род вырезать? — перефразировал Тимоха. А Татьяна ответила:

— Вполне. Чем больше дарников, тем сильнее род. А тут фактически… правда, не уверена, сработал бы его способ с другими дарами. Всё же Охотники наособицу стоят. Но и среди них нашлось бы достаточно желающих усилиться.

Особенно, если для того не нужны ни жертвы, ни подвиги, а достаточно полежать с волшебным амулетом на шее. Хотя что-то подсказывает, что не всё так с амулетом просто.

Но работу свою папенька не бросил. Отложил, возможно, а потом снова вернулся.

И вон на Савке опыты ставил.

Пытался.

И если технология не вышла в люди, то что-то с нею было не так. Не в той ли нестабильности, о которой говорил Тимоха, дело? Вон, и у Татьяны она… со мной вообще мало что понятно,