"Фантастика 2026-181. Компиляция. Книги 1-28 - Маргарита Блинова

Внезапно эфирный канал ожил, и Лир, лёгок на помине, написал:

– Тут занятие есть как раз для тебя. Приходи вот в это место.

За сообщением тянулась карта. Маркиз оживился. Конечно, Лир мог и издеваться, но вдруг всё-таки нет?

Оказалось – да.

– Ты хочешь, чтобы я всяким старьём на рынке торговал, как… как нищенка какая-то?! – возмущался Маркиз, застыв посреди заброшенного сада, в который Лир выносил стопку за стопкой коробки с никому не нужным хламом.

– Поори мне ещё, – спокойно сказал Лир, ставя очередную сумку на скатерть. – Давно в мурлы не получал?

Маркиз втянул голову в плечи и воровато огляделся.

– Зачем тебе это? – спросил он уже намного тише.

Лир потряс ухом, а потом почесал его. Маркиз едва удержался, чтобы не скривиться: это было так по-лаймовски, что аж воротило.

– Нам с тобой, – сказал Лир, – нужно зарабатывать репутацию среди здешних жителей. И зарабатывать её тем, чем мы умеем. Я вот могу разбирать хлам. А ты можешь помочь пожилой человечке получить немножко денег. Заодно покажешься покупателям, произведёшь хорошее впечатление, тебя запомнят. А потом, когда откроешь сервис, они уже будут знать, что это не какой-то неизвестный иностранец, а «вот тот милый мальчик, у которого я купил что-то для кухни». Понимаешь?

Маркиз понимал. Этот проклятый Лайм каким-то образом в очередной раз умудрился вывернуть всё так, чтобы Маркиз делал то, что надо Лиру. И ведь не поспоришь!

Он тяжело вздохнул и оглядел выцветшие пыльные коробки. Он уже изучил все доски объявлений в районном эфире и сразу мог прикинуть, куда что вывесить. Но столько бессмысленной работы ради какой-то репутации…

– А это точно совсем всё нужно продать?

– Лучше уточни у Джея, – задумчиво сказал Лир. – Он там вишни собирает, чуть дальше.

Маркиз поплёлся к вишням. Джей с его странными историями о волшебных котах не вызывал у него большого доверия. А ещё Джей не хотел делиться задачами, которые вовсе не подходили для Лайма, и это тоже раздражало. Но что делать…

– О, Марк! – радостно окликнул его Джей откуда-то из кроны дерева. – Ты тоже пришёл вишни собирать?

– Нет, я насчёт, э-э, вещей, – вовремя поправился Маркиз, заметив хозяйку дома. Она сама как будто только что вылезла из бака с вишнями. В корпорации он таких не видал. – Их все надо продать?

Человечка тут же всплеснула руками и чуть не выронила корзинку с ягодами, которую держала.

– Ой, там же и полезное есть! Например, соковыжималка, вот сейчас бы пригодилась! И форма для пирога где-то была. И-и… кажется, крышки для банок…

Она подняла глаза к небу и приложила скрюченный палец к губам, явно что-то вспоминая. Маркиз снова тяжело вздохнул: похоже, будет сложно.

Джей спрыгнул с дерева и подошёл к человечке, тут же бесцеремонно схватив её за плечи. Вот эти Лаймы небрезгливые, а!

– Виллемика, давай сделаем так: вы сейчас сядете и напишете список всех вещей, которые вам хотелось бы оставить. Мы тогда их не тронем, а остальное продадим.

– Так это мне надо идти и смотреть, я ж так не помню, – растерялась человечка. – Там столько всего, кое-что уже лет пятнадцать лежит, наверное…

Джей хитро прищурился.

– А если вы посмотрите, вы хоть что-нибудь разрешите продать?

Она задумалась.

– Ну-у, только если что-нибудь ненужное…

Маркиз наконец понял, к чему ведёт Джей. А он соображает! Вообще Маркизу никогда раньше не приходила мысль, что Лаймы могут соображать. Потом он встретил Лира и решил, что тот какой-то особенный, но теперь он задумался вот о чём: все Лаймы, которых он раньше знал, были под контролем. А что если без контроля они все на самом деле соображают?..

– Так получится, что почти все вещи останутся, – поцокал языком Джей. – А мы же хотим дом освободить. Чтобы Лир смог там поселиться.

Виллемика начала что-то возражать, но Джей продолжал:

– А ещё чтобы ваш внук мог приехать в гости, м?

Человечка захлопнула рот и одарила Джея странным взглядом – сначала возмущённым, потом растерянным, а потом и вовсе несчастным.

– Да он… он же… Да я…

– Да вы хотите мастерскую, где можно каждый день рисовать и ничего не убирать на ночь, – продолжал ласково увещевать Джей.

Человечка дёргано кивнула.

– А для всего этого нужно место. – Лайм бережно подвёл её к стулу и усадил, после чего налил в маленькую фарфоровую чашечку какого-то напитка. – Так что важнее, вещи, о которых вы даже не помните, или внук и мастерская?

Человечка шмыгнула носом и кивнула.

– Я напишу список, да.

Маркиз, наблюдавший всю эту сцену как будто из зрительного зала, внезапно понял, что вообще ничего не знает. Ни о Лаймах, ни о людях. То есть он знал о людях массу всего – например, сто самых обычных паролей от леденцов или типичные ошибки в расчёте выгоды. Но он никогда не задумывался, что где-то там, за циферками и буковками, на другом конце его анализа находится живая личность.

А меж тем его функция заключалась в том, чтобы помогать людям, а не в том, чтобы считать циферки. И вот прямо сейчас он мог помочь этой человечке. И оба Лайма это понимали всю дорогу. А он, сложный, дорогой, непревзойдённый Юдзу с кучей аур – нет.

Ну уж нет, решил Маркиз, он не даст себя обскакать двум ушастым! Где там эти доски объявлений? Маркиз провернёт такую кампанию, что Концеречье вздрогнет!

***

Лир никогда раньше не видал настолько захламлённых домов. Он и вообще-то частных домов почти не видал, особенно изнутри. Так что ему всё было интересно.

В завалах вещей явно выделялись слои. Например, самые свежие покупки в основном относились к артефактам или простым приспособлениям для домашнего хозяйства. Что-то запекающее, чистящее, режущее, стирающее и так далее. Из них Виллемика вспомнила соковыжималку и бак для закруток, так что их Джей ей торжественно перенёс на кухню. После чего так и остался на той кухне – как выяснилось, она тоже нуждалась и в расхламлении, и в уборке.

Вторым слоем Лир стал выкапывать одежду. Та и попала сюда не новой, и полежала лет десять, что не пошло ей на пользу. Поначалу Лир её сортировал, но потом понял, что смысла в этом нет – всё нужно выбрасывать. Маркиз, который сначала куда-то учесал, как раз вернулся, и подтвердил, что продать это не получится.

На Маркизе теперь красовались стильные тёмные очки в золотистой оправе. На взгляд эстетической ауры Лира они плохо