"Фантастика 2026-77". Компиляция. Книги 1-19 - Виктория Богачева

* * *

Когда Леолия вошла в гостиную, Отама сидела у ног Эйда и рассказывала какую-то сказочку, баюкая на коленях малышку.

—… у вас есть ещё третья дочка. Пусть придёт и примерит туфельку… — донеслось до королевы.

Девушка увидела её первой и смущённо замолчала. В серых глазах задрожал испуг. Эйд обернулся, безошибочно отгадала, чьи слышит шаги, и его лицо вдруг осветилось такой радостью, что сердце Леолии сжалось. Медвежий герцог всегда был скуп на выражение эмоций.

— Отама, — мягко попросил Эйд, — сходи, пожалуйста, на кухню и поторопи повара с обедом. Пусть дополнительно приготовит яичницу с беконом.

Он поднялся из кресла. Девушка, подхватив ребёнка, поспешно выскользнула за дверь, низко склонив голову.

— Разве уже наступил вечер? — тихо спросил Эйд.

Лео, не отвечая, скинула туфельки, подбежала к нему и обняла.

— Нет, — прошептала, запрокинув голову. — Уль отпустил меня, любезно взяв на себя сегодняшние хлопоты. Я так соскучилась! Эйд, я так соскучилась по тебе…

Она потянулась к его губам, он наклонился и поцеловал первым. Как Эйд понял её желание, Леолия не знала, но…

— Представляешь, — прошептала она, когда муж, подхватив её на руки, уверенно, словно не был слеп, нёс в спальню, — Джайри пропала… Уль сказал, что герцогиня ездила в Шёлковый щит по его поручению, и её похитили…

Эйд замер. Недоверчиво нахмурился.

— Кто похитил?

— Это пока не известно. Внуки Шёлкового щита ищут, но… А ещё, Альдо сошёл с ума и напал на Уля, обвинив его в адюльтере с супругой… Он разбил нос принцу. Я даже не знаю, что там предписывают законы за подобное…

Медведь задумался.

— Я бы предположил, что это месть Ульвара, — честно признался он. — Но не припомню, чтобы Альдо когда-либо его оскорблял. До этого случая, разумеется. И не припомню, чтобы их интересы как-либо пересекались. А Ульвар точно не спал с его женой?

Леолия вздохнула:

— В том-то и дело, что нет. Эйд, я перестаю понимать, что происходит. Ювина ужасно расстроится. И я представляю реакцию Ларана… Альдо ведь ему практически как сын…

— Ульвар не хочет просто простить обидчика?

Королева нервно хихикнула:

— В том-то и дело, что хочет. Но всё это произошло публично, понимаешь?

Медведь внёс жену в спальню и закрыл дверь. Поставил её на ковёр, но вместо страстного продолжения отошёл к окну и, наклонив голову, коснулся холодного стекла лбом.

— Эйд? — тихо позвала Леолия. Подошла, обняла и прижалась к могучей спине. — Мне кажется, я старею… Я перестаю понимать, что происходит в этом мире… С тех пор, как ты…

Эйдэрд вдруг обернулся, взял её лицо в ладони, поцеловал лоб и спросил:

— Лео, ты не хочешь передать престол сыну?

Королева поперхнулась.

— Но… он ещё так юн, и… Признаться, я хотела… со временем… Почему ты…

— Мне тебя не хватает, — мягко сказал Медведь. — Очень. Без тебя в этом мире так пусто и холодно.

Леолия вздрогнула, коснулась пальцами его щеки. Из слепых глаз мужа на неё смотрела тревога. Тревога? У Эйда? Королеве стало страшно.

— Ульвар говорил, что ты… как в каменном мешке… Это правда?

— Да.

— Раньше ты говорил, что нет…

— Я лгал. Не хотел вынуждать тебя жертвовать ради меня троном. И вообще жертвовать. Но сейчас я понял, насколько мне без тебя плохо.

— Я… подумаю, — растерялась Леолия. — И… и что мы будем делать, если я… отрекусь от престола?

— Уедем к Яру в Медвежий щит. Ты толком там и не была. Сейчас наступает весна, а горы весной особенно прекрасны. Я покажу тебе озеро Эйс. Оно величественно и огромно, как кусок неба, упавший между гор. Ты же знаешь, что название династии Медвежьих королей, моих предков — Шумейсы — как раз и образовано от Шума, как называют у нас реку Шуггу, и озера Эйс?

Королева с всё возрастающим изумлением смотрела на мужа.

— Эйд, — прошептала она, — я тебя не узнаю!

— Я ослеп и стал слаб. И каждый раз, когда ты уезжаешь во дворец, я не нахожу себе места, понимая, что, если что-то случится, я не смогу тебя защитить. И да, Лео, мне как никогда сейчас страшно за тебя.

Она молча и потрясённо смотрела на мужа, не в силах произнести ни слова. Если бы земля разверзлась под её ногами, оттуда бы вышел довольный король Эстарм, а покойный Америс расцеловал бы сестрёнку в обе щечки, Леолия не удивилась бы настолько сильно.

— Эйд, — прошептала она мягко. — Спасибо, что ты сказал это… Я… подумаю. Честно. Я не могу вот так быстро решиться на такое… Не я выбирала это ярмо, и…

— Решайся быстрее, женщина моя, — мягко перебил Эйд. — Потому что я уезжаю. Мне тяжек воздух столицы. Я соскучился по моему щиту. У тебя три дня, чтобы принять решение. Поутру третьего я уеду. Один или с тобой.

Леолия не нашлась, что ответить ему.

Глава 19

Эйдис наносит удар

Риг метался по камере, заламывая руки. Всё вот это — тюрьма, стражники, закрытая дверь и отсутствие окна — пугало до безумия. «Почему это происходит со мной? Почему я?» — рыдал несчастный.

Сегодня жена приготовила утку в яблоках. Сегодня по дороге с казни ужасного разбойника, Риг купил детишкам леденцов, а старшей дочке — разноцветных ленточек. И именно сегодня они с женой разговаривали о том, что колесование ужасно, но необходимо. Что преступник сам виноват в расплате за грехи.

— Потому что надо быть честным человеком! — вещал Риг, а милая жёнушка кивала.

И вдруг — грохот в запертые двери особняка. Стража. И грозное: «именем короля вы арестованы».

— Я не виноват! — заорал Риг, в сотый раз забарабанив в дверь, а потом сполз и разрыдался.

Змея ужаса шевелилась в его груди.

Внезапно дверь открылась, и стражник пнул распластавшееся тело бывшего дворецкого Южных герцогов.

— Пшёл, — рыкнул, закинув в камеру ещё одного несчастного.

Дверь грохнула, лишая злополучного Рига последней надежды.

Новенький — грузный мужчина с брюшком и с одутловатым лицом пьяницы — прошёл и присел на простую деревянную кровать.

— Допрашивали уже? — спросил сочувственно. — Первые пытки, да, братан?

Риг сглотнул неожиданно появившийся в горле ком.

— П-пытки? — дрожавшим голосом пролепетал он. — Но я не виновен! Я не виновен!

Сокамерник вздохнул, нагнулся и растёр опухшие лодыжки.

— Да кому твоя невиновность сдалась, — произнёс с тоской. — Когда большие лорды дерутся, их меньше всего интересует наша невиновность.

Он растянулся на кровати, глядя в потолок.

— Большие лорды? — дрожащим голосом уточнил дворецкий.

— Ну а кто ещё? Ты ж не разбойник? Не вор? Небось из слуг.

— Я — д-дворецкий, — пролепетал Риг.

— Собачья должность, — тяжко вздохнул незнакомец. — Ты как собачка бегаешь, облизываешь господ снизу доверху, а когда они прогневали короля, то все плети достаются тебе.

— К-короля?

— Ну, королеву.

Риг тихонько завыл от ужаса. Мужик посмотрел на него и вздохнул.

— Не реви. Жалко мне тебя. Я уж, так и быть, тебя научу, что говорить, чтобы тебя через колесо не продёрнули. Или чего похуже.

Дворецкий вспомнил сегодняшнюю казнь и затрясся от ужаса, представив самого себя на колесе.

— Посмотри на меня, — кивнул ему сокамерник. — Меня к тебе из нижних камер перевели. А потом на свободу выпустят и даже наградят. И знаешь почему?

Риг перестал выть и внимательно посмотрел на учителя.

— Почему? — послушно спросил он.

— Да потому что я говорю то, что им хочется услышать. Они мне: «мил человек, и кто тебя надоумил такую подлянку сделать?». А я что? Думаешь, отпираюсь? Да не вжисть. Всё одно не поверят в мою невинную душу. Потому как виноватого ищут. И не меня, совсем не меня. Как тебя зовут?

— Риг.

— Вот, Риг. Нравится мне твоё лицо — сразу видно честного человека. Не ты им нужен. Вот спросят тебя, положим, кто велел то-то и то-то, а ты и говоришь — кто.

— А кто?

Мужик ухмыльнулся.

— Твой лорд, конечно. Этим палачам позарез нужно обнаружить заговор.

— Заговор?

— Ну конечно! Так ты им и подсоби. Вали всё на своего лорда — тот всё одно откупится. На него, на его дружков. Побольше именитых имён. Палач, предположим, спрашивает тебя: «Слышал ли ты, собака, в стенах дома господина твоего речи крамольные против королевы и королевской семьи?». А ты: «Да, ваша милость. Постоянно сговаривались как бы отравить королеву и наследника».

Риг задрожал от ужаса:

— А если… если они поймут,