Фантастика 2026-134 - Мария Заболотская

Пришлось дежурному звонить САМОМУ и объяснять ситуацию. Девушка уже была готова с чистой совестью повернуть назад - ВАМ она нужна, вот ВЫ и все делайте, как она хочет, но дежурному дали все же отмашку, и он стал выписывать пропуски на всех присутствующих. Так Надя узнала, что у Айгуль фамилия Каримова, по имени деда, а фамилии остальных подруг она уже знала.

У Марксэна фамилия оказалась простой - Кузьмичев, и Надя про себя ухмыльнулась, что в «девичестве» его, скорее всего, звали просто Кузьмой, что вполне сочеталось с фамилией и отчеством - Кузьма Кузьмич Кузьмичев, тройное "КУ!". У Пети фамилия оказалась тоже незамысловатой – Смирнов, вполне ему подходящей, он действительно всегда был смирным.

Переписав данные всех присутствующих в свой гроссбух, выписав пропуска, что потребовало немало времени, в течение которого все скромно сидели на скамеечках при входе, дежурный наконец-то закончил скрипеть пером и поднял разрешающий взгляд, пропустив и чуть ли не пересчитав всех входящих в главное партийное святилище.

И тут бдили, нашей компании не пришлось плутать по многочисленным коридорам, покрытым красной ковровой дорожкой. Небрежно козырнув, их группу возглавил сопровождающий военный, который и привел робко шедших за ним людей на второй этаж, где все встали стайкой около большой двери из красного дерева. Даже Марксэн чувствовал себя неуютно, он явно потерялся в этой серьезной обстановке, а что было говорить про девчат, которые совсем оробели в этом большом помещении.

Надо было срочно всех подбодрить, и Надя подмигнула девчонкам и снова начала речовку, с которой они уже входили в другой, еще больший зал, несколько ее изменив:

- Кто шагает дружно в ряд - это дружный наш отряд.

- Раз в ногу - в ногу раз, нас немного, но мы компания высший класс.

Все действительно встряхнулись, сбросили оцепенение и с этими словами прошли мимо оторопевшего секретаря, зайдя прямо в кабинет к Щербакову, который также немного растерялся, никак не ожидая такого явления. Марксэн и Петя скромно шли позади, они явно уступили лидерство Надежде, главной заводиле всего действия. Все стали группкой возле стола Щербакова, выдвинув Надю на первый план.

Судя по накрытому в сторонке столику, на котором стояли графинчик с чем-то спиртным и тарелки с бутербродами, партийный босс явно настроился на интимный приватный разговор с молоденькой девушкой, которую можно и нужно постараться охмурить, но никак не на появление в его кабинете такого количества людей.

Тут, скорее всего, именно его и будут охмурять, так, по крайней мере, было ясно по решительному виду самой главной из девушек, да и массовка явно должна была подыграть.

Надя, не теряя времени, протянула партийному боссу бумагу, написанную общими усилиями.

- Что это? - в недоумении уставился на нее Щербаков.

- Это список необходимого оборудования для Ленинской комнаты, вы обещали поспособствовать.

- Раз обещал, сделаем, передам в хозяйственный отдел, пусть разбираются, - партиец взял себя в руки - перед таким большим количеством свидетелей он уже не мог ни от чего отказываться.

- Да, еще зайдите в идеологический отдел, они помогут пластинки с вашими песнями записать, я там договорился,- все же не так просто сбить этого человека, видывал он явно всякое.

- Хорошо, только я эти песни уже зарегистрировала, можно как-то узнать, положены ли авторские отчисления за наши выступления? - голос у девушки спокойный, человек не просит униженно, не требует грубо, а ожидает того, что ему положено.

- Это все у идеологов выясняйте, - голос партийца тоже сухой, безэмоциональный.

- И зачем вам деньги, вот мы раньше за революцию жизней не жалели, а вы тут все о материальном! - все же не выдержал Щербаков, поглядев на Марксэна, как на сверстника по возрасту, а тот только голову опустил.

- Кто бы говорил, вы-то себя никогда не обидите, - промелькнуло в голове у девушки, и она в очередной раз стала объяснять, для чего и кому она эти деньги предназначает.

- Детдому помочь, что же, это дело хорошее. Погоди, тогда сделаем так, раз вы в партийной конференции участвовали, сейчас я напишу постановление горкома, заплатят вам из наших премиальных средств, зайдите потом к хозяйственникам.

- Тем более, выступление всем нашим товарищам понравилось, инициатива похвальная, это вы отлично придумали, сразу настрой на работу создали, - и он посмотрел на уже несколько приободрившегося Марксэна.

- Возможно, до САМОГО дойдет, и песни многие забрали, это вы хорошо придумали, их размножить, - Щербаков еще раз одобрительно всех осмотрел и сунул в руки побледневшей девушке какую-то бумажку, которую до этого быстро начеркал небрежно.

Все искренне радовались похвале высокого начальника, одна Надя была испугана не на шутку:

- Ой, пипец котеночку, допелись девочки! Интерес Самого, а так называли Сталина, никак нам сейчас не нужен. Надо как-то тушить пожар,- промелькнуло в одно мгновение в голове девушки.

И по завету Штирлица, который недаром говорил, что запоминаются последние слова, Надя стала разливаться соловьем:

- Да что вы, Александр Сергеевич, без вас и помощи других участников конференции ничего бы не получилось. Нас ведь не так и много, а зал большой, голоса совсем бы потерялись, а вы все нам так дружно помогли. Так что это ваш успех в большей степени, - в принципе, она говорила правду, а сказанная именно ею эта правда была сейчас очень своевременной и ценной.

- И песни я по просьбе нашей партийной и комсомольской организации сочинила, уж не знаю, как они такими получились, но сами понимаете, какое время, такие и песни, я очень старалась не подвести старших товарищей,- и опять искренне звучит, вполне в духе времени и этого кабинета.

- Так что спасибо большое, но это слишком большая для нас честь, это заслуга Партии в большей степени, - и она, покивав на скромно стоявшего Марксэна, как на застрельщика всех этих действий, подошла поближе, позволив Щербакову приобнять себя, правда, быстро отойдя затем в сторонку.

Основные мысли были сказаны:

- "Партия - наш рулевой!" "Партия сказала - надо, Комсомол ответил - есть!" - и прочие трескучие лозунги прозвучали. Вся честь отдается высоким партийным начальникам, а их хор лишь помог воплотить их мысли и идеи в жизнь, озвучить их, - вполне неплохо получилось.

И Щербаков это оценил, подхватив абсолютно искренне:

- Да, ты права, пели все партийцы дружно, да и вы неплохо