Фантастика 2026-130 - Ал Коруд

Один из старших учеников, понял глава Эдогава-кай. Меня узнал, но сомневается, пускать ли — поэтому ушёл спрашивать Учителя.

Если вернётся через десять-пятнадцать минут — значит вежливый отказ, если сразу — войти получится.

— Проходите, — дверь раскрылась меньше чем через минуту, человек на полпоколения моложе шагнул в сторону.

Направляясь вслед за провожатым, он чувствовал: здесь о нём всё знают. Борёкудан, конфликт с властью, случившиеся скандалы числом более одного, текущее противостояние.

Партия, которая сейчас создаётся и имеет солидные шансы на выигрыш.

Одновременно с этим, внутри дома этого всего не существует, а есть лишь Миёси Мая — сдержанный мужчина пятидесяти с небольшим, тело которого помнит каратэ, с шестым даном Годзю-рю — только это уважаемо сейчас и тут.

Любому с его багажом изначально ясно: для Куботы решающее — не биография и не «мирские» достижения, а совсем другие вещи.

По этим причинам Миёси Мая не нервничал, не суетился, спокойно шёл за провожатым.

* * *

Почти пустая комната, татами. Алтарь очень простой, без надписей, без украшений, чистый до стерильности — напоминание, что не всё в этом мире принадлежит людям.

Кубота встретил в простой одежде. Мая знал, что патриарх здорово меньше в размерах, но всё равно на мгновение замер.

Кубота не спросил имени — он его уже знал. Не стал спрашивать, зачем гость пришёл — с его высоты и так было понятно. Он лишь посмотрел долго и спокойно, затем произнес:

— Если ты пришёл спросить, правильно ли поступаешь — я не смогу ответить.

Мая вздохнул.

— Но если ты пришёл спросить, сможешь ли ты вынести весь груз — тогда мы можем говорить. — Хозяин указал на низкий японский столик. — Давай попьём чаю.

— Как вы ловко отсекаете моральные самооправдания и оставляете только ответственность, — в другом месте якудза позволил бы себе скупую улыбку, здесь же лишь занял предлагаемое место.

— А ты пришёл за ответом или за одобрением? — парировал патриарх без паузы. — Второе явно не ко мне.

— Да. Я и сам понимаю, всё-таки далеко не мальчик, — видимо, место влияет, подумал борёкудан, последняя фраза вырвалась на автомате. — Я боюсь ошибиться не как лидер, а как человек. Поэтому я здесь исключительно за советом.

— Почему именно здесь? — прожив жизнь, хозяин дома, разумеется, умел задавать правильные вопросы.

Мая коротко задумался:

— Спасибо. Мозги уже становятся на место.

Патриарх молчал, тем самым предлагая говорить дальше.

— Вы правы, Кубота-сэнсэй. Я пришёл не просить индульгенции — это глупо, не искать поддержки — в моём случае это лишнее. — Глава Эдогава-кай размышлял вслух, незаметно принюхиваясь к аромату чая, которого пока не наливали. — Мне не нужно благословение, даже ваше — сейчас я лишь прошу ориентир.

— Повторю свой вопрос, немного перефразировав. Почему именно у меня?

— А я сейчас пришёл не к легендарному инструктору полиции, — бесконечное внутреннее спокойствие наступило неожиданно, как безбрежный океан. Занятные ощущения. — Если свести в одну фразу, Кубота-сэнсэй, я сейчас пришёл к последнему человеку на этой земле, который ещё может сказать мне правду, не выбирая сторону. — Мая резко почувствовал незыблемую уверенность.

— И почему же ты думаешь, что я буду отвечать? — не на лице, лишь на заднем плане интонаций патриарха мелькнула едва заметная усмешка.

Не злая. Поощряющая ученика думать. Усердно размышлять тогда, когда он давным-давно успокоился — поскольку решил, что уже добился всего. Ошибочно начал считать, что большая часть его Пути позади.

— Если ученик пришёл за ориентиром, старый мастер обязан ответить, — уверенно сформулировал Мая.

Семён Афанасьев

Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 12

Глава 1

— … как-то так. — Обладатель шестого дан поднял взгляд на обладателя десятого.

Чашки с чаем к этому моменту уже трижды обновляли своё содержимое.

— Мне кажется, ты передумал задавать вопросы. — Патриарх сидел с закрытыми глазами. — Я прав?

— Да, и это удивительно. — Вроде волшебства не существует, а мозги заработали иначе, думал глава Эдогава-кай — он большей частью молчит, а мне всё становится кристально ясным.

Чем объяснить? Сюда же: интересно, если бы рядом сидел Решетников, что бы он сказал про эти так называемые мыслительные процессы?

— Вы мне очень помогли, сэнсэй.

— Да и нет. Помочь можно лишь тому, кто по своей воле движется вперёд и твёрдо стоит на ногах — ты всё понял самостоятельно и сам себе помог. — Хозяин удовлетворённо кивнул, не открывая глаз.

Он вслепую потянулся к чайнику, безошибочно попал, снова налил в две чашки, не глядя:

— Фудзи-сэнсэй был хорошим наставником, тебе есть чем гордиться.

— Его больше нет, увы. А без вас такого понимания почему-то не наступало, — вздохнул кохай. — Спасибо, что выслушали, Кубота-сэнсэй — иногда людям вроде меня не хватает именно этого, чтоб лучше почувствовать самого себя.

— Заходи ещё, эти двери для тебя всегда открыты.

Ученик привстал и поклонился, затем продолжил рассуждать вслух.

* * *

Выходя через какое-то время из до-дзё, Миёси Мая с благодарностью крутил в голове очевидную, как теперь казалось, мысль (и почему не додумался сам? На поверхности же): он и сам не против известной разработки Mitsubishi, с которой, похоже, всё началось. Он и сам не против, чтобы страна снова стала сильной — вон, хоть и на соседей посмотреть, даже не самых близких.

Тот же Пакистан или их извечный враг, как они сами говорят. Оба их извечных врага, если быть профессионально точным.

Проблема в том, что любое достойное начинание можно легко опорочить недостойными руками с грязными ногтями — личности имеют значение.

Кое-кому во главе масштабных проектов просто не место, думал Мая, шагая к лимузину. Если они не могут договориться даже со своими (уж на что я лоялен к самой Идее), то как они планируют договариваться с чужими? С теми, кому новый статус Японии может не понравиться?

Отсюда вытекает второй закономерный вопрос, который так любит Решетников. Про обезьяну с гранатой — её способность к договорам и компромиссам (что-то я стал часто вспоминать его, к чему бы).

Кто-то куёт меч, чтобы открыть себе новые горизонты — осваивать новое, а кто-то — исключительно из желания насладиться резнёй в собственном исполнении. Пока меч не готов, разница не видна.

Проблема не в инструменте. Мая молча упал на заднее сиденье и захлопнул дверь, машина тут же тронулась.

Проблема в конкретных людях. Даже мастерком каменщика можно и горло вскрыть, и дом построить, а уж тем, что должно