Технарь - Константин Николаевич Муравьев

Всех девушек, что попали в руки к агарцам, сразу, как только их перевели со станции сюда, на планету, стали держать в отдельной камере, и Лея не могла для себя решить, хорошо это или плохо. Она понимала, что не хочет повторения того, что произошло там, в их общей камере на станции, где их держали первоначально. Если будет кто-то убит, она не сможет себе того простить. Они не знали, были ли среди них раненые или погибшие. Последнее, что помнила девушка, это как она падает на пол вниз в том самом отсеке, где их изолировали. Их корабли очень быстро взяли на абордаж. И это неудивительно. Они не ожидали встретить тут в системе боевую агарскую станцию, полностью контролирующую этот сектор. После того, как их схватили и перевели на станцию, то поместили в один большой загон для рабов. Его же тут, похоже, использовали и как камеру для пленных. Девушке, да и остальным, было не понятно, как они смогли так проколоться, но складывалось странное впечатление, будто их тут уже ждали. Они точно знали, что прямо перед их прибытием в сектор через него прошел небольшой торговый караван. Так что они без особых опасении прыгнули сюда по своей обычной схеме проникновения внутрь звездных систем — и так глупо угодили в расставленную ловушку. Среди скопления астероидов их ждали несколько звеньев тяжелых и средних истребителей, а также активированная глушилка, не позволяющая совершить следующий прыжок. Так что в результате они оказались в большом загоне для рабов. Их хоть и разоружили и изъяли все ценное, но не разделили, держали вместе. Они еще не успели толком переговорить между собой и выбрать общую линию поведения перед тем как их поведут на допросы, как к ним в загон ввалилась толпа разгоряченных мужчин. Намерения у них были вполне понятные. Местные вояки явно хотели поразвлечься за их счет. И жертв они выбрали вполне определенных. Вояки, даже не глядя на происходящее вокруг, схватили Лею, Нару и еще нескольких девушек из экипажа второго корабля и потащили их к выходу. Однако дорогу им преградил отец Нары, пытаясь остановить насильников. Но тем было не до разговоров. В него сразу же выстрелили из парализатора или слабого бластера, Лея не разобрала с того места, где она находилась, и Корг мгновенно отключился, свалившись вниз. Ну а дальше уже началась свалка. На вояк со станции напал Сержант и члены абордажных команд с обоих корветов. Импульсивное и необдуманное решение, Лея это понимала сейчас. Но тогда она об этом не подумала. Они хоть и не быстро, но сумели разоружить своих противников и захватили кое-какое их оружие. Но это принесло им только временную победу, на очень короткое время. Во-первых, во время потасовки было ранено несколько членов экипажа, включая и отца Нары. И во-вторых, уже через несколько секунд, видимо, как только информация о бунте среди заключенных дошла до рубки управления, отсек с загонами для рабов изолировали и в помещение закачали какой-то газ. Ну, а дальше Лея уже ничего не помнила. Следующим ее воспоминанием было то, как она и остальные девушки очнулись в этой камере. Тут они провели уже несколько дней. К ним никто не заходил. Из разговоров за дверью, которые они смогли подслушать, выяснилось, что сейчас они находились на какой-то базе на одной из планет в системе. Только вот где, девушки так и не смогли узнать. На все попытки контакта или разговора им никак не отвечали. Кормили только один раз в день через автоматический податчик еды. И вот сейчас этот необычный шум…

Девушка понимала, что для них это могло означать примерно то же, что было и на станции, но она не хотела, чтобы из-за нее опять пострадал кто-то из ее друзей. Лея уже поняла, что церемониться с ними особо не будут. Однако и сдаваться она не собиралась. Девушка решила, что будет сопротивляться до последнего. Благо сейчас ее сопротивление и то, что может последовать за этим, скорее всего, никто не увидит. Правда, с тех пор как они попали сюда, ими почему-то и не интересовался никто особо. Только вот сейчас. Она осторожно подкралась к двери. Хоть двери и были с практически полной звукоизоляцией, но с ее отменным слухом она могла различить разговор, если тот происходил непосредственно перед их камерой.

И вот что она услышала.

— Это здесь? — спросил кто-то.

— Да, — ответил другой, — в одну из камер мы поместили женщин, во вторую мужчин.

— Понятно, — произнес первый, — нам нужны мужчины. Женщины, скорее всего, не подойдут, среди мужчин людей с боевым опытом найти проще.

— Да. Согласен.

Лее почему-то первый услышанный голос показался знакомым. Но из-за того, что он был очень тих, девушка не смогла понять, кому он принадлежит. Какие-то знакомые интонации или нотки в голосе присутствовали, но кто это, она так разобрать и не смогла. Через пару мгновений Лея смогла расслышать, как открылась дверь соседней камеры.

— Эй вы, — раздался первый голос, — мне нужен тот, кто будет говорить от имени всех вас.

Несколько секунд молчания, и потом Лея услышала хоть и достаточно тихий и слабый, но узнаваемый голос дяди.

— Вы можете говорить со мной.

Почему ей показалось, голос Корга прозвучал в это мгновение несколько удивленно, Лея так и не поняла.

— Нара, — тихо прошептала она, — твой отец в порядке, я его слышу. Он с кем-то разговаривает.

Впервые с того времени, как они оказались здесь, на лице ее двоюродной сестры появились хоть какие-то эмоции.

— Спасибо, — так же тихо сказала она Лее.

За что ее благодарила Нара, девушка не поняла, но она взяла ее за ладонь, слегка сжала и стала слушать дальше.

— Мы готовы рассмотреть ваше освобождение в обмен на помощь нам, — сказал тот первый неизвестный.

— Что за помощь? — спросил Корг.

— Нам нужны мужчины, — начал отвечать неизвестный, но почему-то знакомый голос, — имеющие боевой опыт и способные держать оружие в руках.

Немного подумав, этот неизвестный добавил:

— На базу совершено нападение. — Видимо, в этом месте он что-то заметил в глазах Корга, а потому спокойно или даже презрительно произнес: — Не обольщайтесь. Я не так глуп, как вам бы того хотелось. Перед тем, как выдать вам оружие, я надену на вас рабские ошейники. И как только вы захотите напасть на меня, то умрете. Они все будут завязаны именно на меня и мое здоровье. Любой ущерб мне означает вашу смерть. Смерть всех, на кого надеты эти ошейники. Как