Фантастика 2026-194 - Мария Геррер

Здание университета было необычным. Нельзя сказать, что оно отличается архитектурными изысками, но спроектировано очень удобно и рационально. Библиотека поражала размерами. Светлые аудитории наполнены светом и воздухом. Жан-Пьер провел девушку по всем интересным помещениям. Наконец они дошли до кафедры истории. Там имелся обширный музей, который им позволили осмотреть, несмотря на то, что он в этот день был закрыт. Служащий музея отлично знал Жан-Пьера и уступил его просьбе открыть для них помещение.

Девушка убедилась, что молодой человек и правда работает здесь – его многие знали, обращались к нему по имени, говорили о занятиях и курсе его лекций.

– Ну вот, теперь, когда вы убедились, что я тот, за кого себя выдаю, вы согласитесь отужинать со мной? – с надеждой улыбнулся молодой человек.

– Мне неудобно, что вы второй день полностью посвящаете мне. У вас наверняка есть дела. Но… Как вам объяснить…

– Не стесняйтесь, говорите, как есть, – вздохнул Жан-Пьер. – Вы мне все равно не верите, и я вам просто не нравлюсь. И вы правы – мы же едва знакомы.

– Нет, нет, совсем не то. Когда вы услышите мою историю, то боюсь, не поверите, или решите, что я не в своем уме… Вы мне очень симпатичны, месье Дюпре. И, повторяю, я вам доверяю.

– Обещаю, что ничего подобного я не подумаю, – решительно заявил молодой человек. – Тогда, может быть, вы не будете возвращаться в гостиницу? Пойдемте в Капитолийский музей. Там выставлена прекрасная коллекция античной бронзы. А потом поужинаем и поговорим. Я буду сама деликатность. Вы расскажете только то, что сами посчитаете нужным. А я постараюсь помочь вам в меру своих сил.

– Ну что, ж, договорились, – девушка подняла на него темные глаза и доверчиво улыбнулась. – Выбор у меня все равно небольшой.

Музей Капитолия очень понравился девушке. Но изобилие прекрасных скульптур, рельефов и мозаик утомили ее. В музее вообще устаешь очень быстро. Так что, когда Жан-Пьер привел ее в парк, где располагался модный и очень дорогой ресторан, она была просто счастлива. Кавалер заказал изысканный ужин и легкое вино. Екатерина не возражала. Некоторое время они молчали. Молодой человек не торопил девушку. Он подпер голову рукой и приготовился слушать. Наконец она заговорила. Сбивчиво и неуверенно.

– Я ничего не помню, – печально начала свой рассказ Екатерина. – Не помню, кто я, где жила раньше, кто мои друзья и родные. Даже имени своего не помню. Я очнулась на роскошной вилле барона фон Берга. Молодой красавец с прекрасными манерами был очень расстроен, когда я не смогла узнать его. Барон утверждает, что мы помолвлены и скоро должна состояться наша свадьба. Горничная показала мне красивый и дорогой подвенечный наряд. Мое имя мне назвал фон Берг – Несвицкая Екатерина Павловна. Якобы на меня напали и оглушили. После этого я потеряла память. Он же рассказал о моей прежней жизни. Но я не могу верить барону, как ни стараюсь. Из его рассказа я узнала, что он очень богат, до встречи со мной имел роскошную и очень красивую любовницу. И вдруг полюбил меня, девушку из разорившейся дворянской семьи, сироту, служащую гувернанткой его младшего брата. Просто так, ни с того, ни с сего. Разве так бывает?

– А почему нет? – удивился Жан-Пьер ее недоверчивости. – Если вы и правда бедны, какой интерес у богача в женитьбе на вас? Разве не может молодой человек просто полюбить вас, красивую, умную, и наверняка добрую девушку?

– А может, все наоборот? Богата я, а он просто аферист?

– Аферист с роскошной виллой, как вы говорите? – усмехнулся Жан-Пьер.

– Возможно, он ее снимает.

– Ну, это легко проверить.

– Вы мне поможете? – она с надеждой и мольбой посмотрела на молодого человека.

– Да, конечно. Завтра же наведу справки об этом бароне. Думаю, о его личности знают соседи по вилле, и в муниципалитете наверняка есть сведения о нем. За небольшое вознаграждение мне все расскажут, даже не сомневайтесь.

– Заранее благодарю вас, – вздохнула девушка и продолжила рассказ. – Вместе с ним на вилле живет человек лет сорока. Он князь и близкий друг барона. Егор Петрович Изварин. Гостит у фон Берга. Должен быть шафером на нашей свадьбе. Здесь вроде бы все похоже на правду. Он тоже ведет себя очень корректно. Я вообще не могу пожаловаться. Меня не оскорбляют, не делают непристойных предложений. Но я жила на вилле как пленница. Нельзя одной выходить в парк, нельзя поехать в город. На многие вопросы барон и его друг отвечают уклончиво или отмалчиваются. Это просто невыносимо!

Девушка склонила голову и по ее щекам потекли слезы. Жан-Пьер протянул ей батистовый платок и осторожно взял за руку.

– Мы можем пойти в полицию.

– Но меня же не обижали. Даже врач несколько раз приходил.

– Значит, можно найти врача. Поговорить с ним. Возможно, он расскажет вам больше, чем эти два господина. Вы не знаете, как его имя?

– Увы, не знаю, – девушка немного успокоилась и перевела дыхание. – Нет, в полицию не надо. А если все, что говорит барон, правда? Возможно, он и правда любит меня и искренне переживает. Вот я и не знаю, как мне поступить.

– А как вы очутились в Трастевере? Одна, без сопровождения?

Легкая усмешка тронула губы девушки:

– Я убежала. Мне надоело сидеть взаперти. Глупо, да?