Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

— Ну и выраженьица у тебя! Обкурились. Как будто мы там чем-то предосудительным занимались! — наигранно возмутился он.

— Не знаю, не знаю, — я добавила в голос недоверия и решила немного его поддразнить. — Выглядело оно именно так. И вообще это какая-то нехорошая тенденция: с драконами ты пьёшь, с драконихами куришь…

— Нашла что вспомнить! Это же Сааша-Ши был, он кого хочешь, на любую авантюру подобьёт. А в последний раз это вообще был творческий процесс передачи фамильных рецептов особо крепких алкогольных напитков. Я ему когда-то обещал показать, чем угощал в первый день нашего знакомства.

— И этот коктейль ему так понравился, — подхватила я, — что он даже на Землю за тобой отправился, чтобы выведать его рецепт.

— Зато Ненни-Ро сама предложила мне состав для улучшения памяти и восприятия, — вернулся Мика к изначальной теме. — Я не оставляю надежды договориться с собственными имплантами. В конце концов, я почти ни чем не рисковал — у солеран накоплена большой массив знаний по нормальной и патологической физиологии людей. Совсем уж ядовитую смесь она бы мне не подсунула.

— И с чего это тебя потянуло на эксперименты?

— А ни с чего. Сидели вдвоём, скучали, потом разговорились на разные темы. Потом она предложила попробовать, а я согласился на эксперимент.

— И ка-ак? — протянула я. Нет, правда, интересно же.

— Занятные ощущения. Словно цвета, запахи и звуки собираются передраться в борьбе за моё внимание к ним, — он вновь помотал головой, словно надеялся с помощью этого нехитрого жеста вытрясти слишком острые ощущения. — И если я хотя бы теоретически могу реже вдыхать, прикрыть глаза и заткнуть уши, то в тепловом зрении никаких вариантов его отключения не предусмотрено, а обострилось оно до того, что я даже теплоту растений начал чувствовать, чего в норме со мной не происходит. О том, чтобы сосредоточиться на загруженной в импланты базе данных, речь не идёт.

— А это не слишком? — забеспокоилась я и, забежав на пару шагов вперёд, испытывающее заглянула в его лицо. Что я там пыталась рассмотреть? Тёмно-карие глаза широко распахнуты и вглядываются в надвигающуюся ночь, тонкие губы расслаблены и чуть приоткрыты, вид имеет в целом… одухотворённый. Как бы он там не описывал своё состояние, похоже, особо неприятных ощущений оно ему не доставляет.

— Нормально. Ненни-Ро предупреждала, что такие побочные эффекты вполне возможны.

— Слушай, а зачем они тебе нужны, такие эксперименты? Неужели нельзя было договориться с родителями, и кто там ещё занимается воспитанием будущих бойцов спецподразделений? и как-нибудь по-быстрому пройти все этапы нормальной активизации имплантов?

— Теоретически можно. Но, во-первых, это процесс длительный, может растянуться на год-полтора, в течение которого мне пришлось бы безвылазно сидеть в Тергойском центре. Во-вторых, делать это подпольно, договариваться и напрягать множество разных людей. Ну и потом, всё это время мне будут потихоньку капать на мозг о том, какую большую пользу я могу принести людям, если мои способности использовать правильно. Не хочу.

— А как-нибудь дистанционно?

Мы сошли с парковой дорожки, которая свернула влево, в сторону одной из гостиниц, предназначенных для инопланетников, и пошли напрямик, прямо по тщательно подобранному цветущему луговому разнотравью в сторону ближайшей стенки гигантского тора, в котором сосредоточены все основные службы пересадочной станции и жилые модули её сотрудников. Здесь было уже довольно людно — в любое время суток общественная жизнь на станции не затихает и пусть на рабочих местах остались только те бедолаги, кому выпало ночное дежурство, зато все возможные увеселительные заведения чаши широко распахнули свои двери. Как никогда начинаю понимать Отшельника, предпочитающего тишину и одиночество.

— Никак не получится, — Мика приостановился, чтобы снять обувь. Я подбила хвостом лютики-колокольчики и не решилась последовать его примеру. Нет, я тоже люблю пройтись босиком по сухим тёплым сосновым иголочкам или песчаному пляжу, но продираться сквозь траву, местами дорастающую до моего колена, рискуя нарваться на усыпанный колючками стебель ползучего малинника или острую, режущую кромку тонкого листа осоки? Нет, такие удовольствия не для меня. — Весь процесс проходит под плотным контролем специалиста. Не говоря уж о том, что на некоторых этапах требуется применять гипноизлучатели — самостоятельно баловаться такими вещами небезопасно. А потому, что само собой всплыло в памяти — то твоё, радуйся и жди, пока ещё чем-нибудь осенит. Слушай, давай о чём-нибудь другом. Ну их, эти мои проблемы. Надоели.

Действительно. Не хочет — и не надо, что нам, в самом деле, поговорить больше не о чем? Вот хотя бы решить, у кого мы сегодня ночуем, у него или у меня? Кстати, ещё один «плюс» в пользу перехода на новое место работы — там можно будет сразу занять два соседних модуля и не бегать из одного в другой, через треть станции. Можно было бы и здесь подать заявку на совмещение жилого пространства, но к ней нужно приложить нечто весомое. Например, свидетельство о регистрации брака. По менее значимому поводу, из пустого баловства, никто не станет беспокоить кучу народа, сдвигая пару отдалённых друг от друга жилых модулей.

Утро получилось поздним. Вчера, заболтавшись, мы дотопали до самой стенки тора и ближайшего вертикального лифта в ней (очень приличное расстояние), а потому домой доползли хорошо за полночь. Да и потом спать легли далеко не сразу. Зато проснулась я бодрой и готовой излучать оптимизм. Почему это вчера мне казалось, что я могу с чем-то там не справиться? Очень даже справлюсь. В конце концов, такой шанс выпадает раз в жизни. Ну да, ответственность и нагрузка приличная, особенно первое время, пока жизнь не войдёт в рабочую колею, но когда я смогу ещё получить такое повышение по службе, не прикладывая к этому никаких усилий?

Я подскочила с постели, готовая немедленно включиться в суматоху дня грядущего, но наткнулась взглядом на своего ненаглядного, и остановилась. Мика сидел на постели, покачиваясь и обхватив голову руками. Кажется, с момента пробуждения он так и не сменил позы.

— Похмелье? — я осторожно потрогала горячий лоб и потянулась за аптечкой, судорожно вспоминая, что из того, что там содержится, может помочь при отравлении куревом неизвестного состава. На то, что это может сделать сам Мика, надежды было мало. Много ли насоображаешь на больную голову?

— Если бы! Это ещё можно было бы пережить, — он помолчал секунду. — Драконье зелье начало действовать.

— Это как? — не поняла я.

— Как и было запланировано. Разблокирован доступ к информации на имплантах. Теперь всё, что там записано, пытается пролезть в активную память, —