Ленинград-61 (Книга первая) - Игорь Яр

- Так это же детектор лжи!

- Технически не совсем так, но в принципе верно. Не волнуйся, такая аппаратура не запрещена к частному использованию, главное, Ваше согласие.

После всех обследований мне бояться нечего, соглашаюсь, не задумываясь. Контраст современной техники и старинной обстановки не тревожит, скорее, успокаивает. Доктор присаживается перед экраном, всматривается в цифры показаний моего состояния.

Сначала просто рассказал, уже привычно, все, что произошло, начиная со встречи в метро, ничего не скрывая. Затем последовала просьба оценить случившееся, здесь тоже без особых фантазий. Некоторые вопросы озадачивали, другие заставляли задуматься, не выкинул ли деньги на ветер? Психолог вел свой допрос долго и нудно, не раз возвращаюсь обратно. Порой казалось, говорим ни о чем, но поторопился, выводы по результатам беседы едва не ввели в ступор.

- Сергей Михайлович, Вас удивит мое заключение, но пришли ко мне зря, погодите возмущаться!

От обиды едва не рванулся из кресла, но Лев Соломонович предупреждающе поднял ладони, останавливая меня. Пришлось укротить накатившее разочарование и слушать дальше.

- Если ожидали получить рецепт излечения, сильно ошиблись, Вы абсолютно здоровы, лечить вас не от чего.

- То есть, хотите сказать, что верите каждому моему слову?

- Допустим не каждому, например, то, что не изменяли супруге, не совсем верно.

- Наверное, Вы правы, Лев Соломонович, но посчитал, поскольку жена поступила со мной так, то и мне глупо хранить верность. Тем более, уже не собираюсь продолжать эти отношения...

- Скажите, супруга действительно Вам изменила, вряд ли она попалась «на месте преступления». Может, она действительно у своих родителей?

- Не знаю как ответить… Во-первых, о родителях, окажись она у них, незамедлительно бы последовал звонок от любимой тещи. Затем тесть, он человек рассудительный, с ним неплохие отношения. Как-то раз, давно, случилось размолвка, помог разложил все «по полочкам», больше у нас с Натальей не повторялось.

- В принципе, информации достаточно.

- Нет, доктор, все же скажу, вчера ненароком открыл ящик в комоде…

- Не продолжайте, в конце концов, консультирую не по поводу семейных отношений. И так мой гонорар достаточно высок. – резюмировал врач после моей заминки.

Обескураженно молчал, не зная, что и думать, но не может доктор так издеваться? Неожиданно удивление от встречи со Светой прошлой ночью, обернулось идиотской мыслью, вдруг и правда, расстался с ней совсем недавно?

- Скажите, доктор, точно не мог прогулять неделю со знакомой прежде женщиной?

- Исключается, в Вашем сознании остался бы хоть какой-то след, - Лев Соломонович на этот раз даже не посмотрел на экран.

- Жаль, тогда можно было бы все забыть и начать сначала.

- Понимаю Вас, но вернемся к прежней теме, о доверии Вашим словам. Если бы рассказали что-то одно, имелись бы основания прописать курс терапии, лекарственной и психологической, продолжительный отдых в нейтральной среде. Может, посоветовал бы сменить работу, очень похоже на переутомление и перегрузку. Но если смотреть на проблему комплексно...

Судите сами, налицо явное выпадение из реальности на неделю. За это время Вас никто не видел, Вы нигде не «проявились», даже телефон отсутствовал в сети, судя по детализации счета. Не удивляйтесь, возможность получать разнообразную информацию имеется не только у спецслужб.

При этом Ваши физические показатели в норме, свежих травм не имеется, давних тоже, застарелых болезней не видно.

- Неужели ничего подобного до меня не происходило?

- Классика психиатрии, человек получает сильную физическую или моральную травму, защитная реакция организма проявляется в отключении восприятия окружающей действительности при сохранении мозговой деятельности.

- Но ведь сами сказали, что я не пострадал!

- В моей практике чудеса не встречались, чаще оказывалось самое банальное, например, попытка скрыть супружескую неверность, как самый легкий случай. Или уйти от финансовых проблем, что происходит гораздо чаще.

- Но у меня нет таких проблем, по крайней мере, до происшествия!

- Вот поэтому Вы оказались у меня на консультации. Я не адвокат, не священник, но, сами понимаете, пациенты доверяют мне сокровенное. Обычно так случается, если человек доходит до крайней точки и ценности в его жизни меняются.

- И что же меня довело до такого состояния?

- Не считаю себя гениальным специалистом, разве что обширная практика позволяет собрать статистику. Настоящих больных не так много, большинство пациентов выбито из колеи нынешними реалиями. Не все способны переносить тяжелые жизненные ситуации, моральная закалка поколения двухтысячных никакая. Уровень психологической устойчивости чрезвычайно низкий и с каждым годом становится хуже. Там, где когда-то просто били морду, теперь начинают переживать, изводить себя комплексами. В этом приближаемся и к Европе, и к Америке.

- Я тоже психологически неустойчив?

- На общем фоне выглядите весьма прилично, кроме этого, имеются вещественные доказательства, что случается крайне редко. Почему-то сохранили не только монетку, но и билет. Это уже говорит о Вашем здравомыслии, будь обычным сумасшедшим, даже не обратили бы внимания на такие мелочи. Может, постарались от них избавиться. Между прочим, похожие билеты застал в детстве.

- Он настоящий?

- Был бы музейный экспонат, или коллекционная вещь, бумага по-другому выглядела, этот совсем свежий. Впрочем, мог пролежать много лет, например, в книге, но от него еще пахнет типографской краской. С монетой сложнее, явно подверглась внешнему воздействию, но даже по ней понятно, не была в обороте десятки лет. У нумизматов такие не найти, предпочитают более качественные экземпляры.

Почему то упоминание о нумизматах придало бодрости.

- Но