Системный разведчик. Адаптация. Том 3 - Валерий Юрич

— Он не знал, что вы его просто кинете! — воскликнула Маша.

— Мы не собирались его кидать, — жестко отрезал Иван. — План посыпался. Такое бывает на войне.

Я поднял руку:

— Хватит. — Голос прозвучал устало, но твердо. — С этим потом разберемся. Сейчас давай к сути.

Я перевел взгляд на Ивана:

— Ты хочешь, чтобы я принес еще кучу жизней на алтарь ваших «высоких целей». Я, честно говоря, устал от таких раскладов еще в прежнем мире. Поэтому давай так: я озвучу, что меня волнует, а ты скажешь, что конкретно предлагаешь.

Иван кивнул:

— Валяй.

— Первое. — Я загнул палец. — Я не собираюсь становиться твоим ручным псом. У меня есть свои планы, помимо Орлиного гнезда. Если твои приказы будут им противоречить, я их выполнять не буду.

— Не вопрос, — сухо бросил Иван. — Ты не будешь никому присягать. Мне нужны лишь твоя сила и твоя голова там, где они смогут изменить исход боя.

— Второе. — Я загнул еще один палец. — Я не собираюсь умирать за ваши красивые лозунги, пока ты из теплого бункера будешь отдавать приказы. Я видел, как работают такие «революции». Мне нужно точно знать, что ты сам пойдешь туда, куда пошлешь своих людей.

Иван криво усмехнулся:

— Ты уже был со мной у моста. Видел, где я находился, пока мои парни кровью харкали. — Он пожал плечами. — Я не кабинетный вояка. Успокойся.

— Третье. — Я загнул следующий палец. — Маша. — Я почувствовал, как та напряглась. — Она теперь такая же, как я. И, хочешь ты или нет, она влезла в это дерьмо по самую макушку. Я за нее в ответе. Любая попытка использовать ее, как вы использовали Степана, приведет к тому, что я лично приду и спрошу с тебя по полной. Без разговоров про «высокие цели».

Иван чуть приподнял бровь, глянув на Машу. Та стояла, сжавшись в комок, но взгляд был уже не девчачий, а жесткий, взрослый.

— В этом мы даже сходимся, — равнодушно заявил он. — Вы — слишком ценный ресурс, чтобы раскидываться вами, как расходниками. Она будет решать сама, куда ей идти. А ты сама что думаешь? — И он холодно посмотрел на Мари.

Она хмыкнула и негодующе прошипела:

— Спасибо, что спросили. — А потом перевела взгляд на меня. — Алекс, если ты полезешь в это дерьмо, я с тобой. Понял?

— А Прохор что говорит? — не удержался я, попытавшись скрыть иронию в голосе.

Маша на секунду замолчала, прислушиваясь, потом фыркнула, уголки ее губ дернулись:

— Говорит, — она постаралась передразнить чопорного искина, — ситуация крайне неблагоприятна, но перспективна. Рекомендую заключить союз на ваших условиях, но не забывать, что у каждой революции есть привычка пожирать своих творцов. — Она криво усмехнулась. — И добавил, что ты ему не нравишься.

— Взаимно, — буркнула мне на ухо Майя. — Надутый выскочка.

Я кашлянул:

— Передай ему, пусть не борзеет. Мы еще посмотрим, кто кого сожрет.

— Передашь сам, — отмахнулась Маша. — Он уже и с тобой канал наладил. Говорит, если ты будешь формулировать мысли четче, ему будет гораздо проще их воспринимать.

— Охренеть! — выдохнул я. — Осталось для полного счастья только кота завести, и идиотская семейка будет в сборе.

Иван все это время молча слушал, не вмешиваясь. Наконец, он потер пальцами переносицу и сухо спросил:

— Значит, по условиям… Ты отдаешь мне Призрачного охотника после операции в Орлином гнезде. Я помогаю тебе вытащить гладиатора. Взамен ты вступаешь в наши ряды и действуешь с нами заодно, пока с оккупационным режимом на территории Нижегородской губернии не будет окончательно покончено. Так?

— Не совсем, — покачал я головой. — Слово «окончательно» здесь явно лишнее. Я гарантированно помогаю вам только в наступательной фазе операции. Когда вы прогоните врага со своей территории, я умываю руки. Потому что сразу после этого на вас попрет вся мощь Содружества, а вместе с ней и его союзники. На суицид я не подписывался. И если в ваших стратегических планах такое развитие событий не предусмотрено, то примите мои соболезнования.

— Предусмотрено, можешь не сомневаться, — медленно протянул Иван и задумался.

На этот раз — всерьез. Секунды тянулись долго. Вокруг повисла звенящая тишина, только где‑то за домом ухала сова, да ветер продолжал петь свою заунывную песню. Наконец, Иван кивнул:

— Принимается. Ты нам нужен именно сейчас, когда тут все заполыхало. А там… — он пожал плечами. — Там видно будет. Если доживем.

Я, конечно, понимал, что силы восставших будут брать Орлиное гнездо в любом случае. Даже если наша сделка не будет заключена. Оставлять серьезные силы врага у себя тылу никто не будет. Но сейчас передо мной остро стоял вопрос времени. Штурмовать базу надо было прямо сейчас, пока Саньку не успели в очередной раз эвакуировать.

В этот момент вновь активизировалась Майя:

— Аид, напомни товарищу революционеру, что у тебя есть Жало Дорхана. И если он вздумает тебя «случайно» списать, у него могут возникнуть серьезные проблемы со здоровьем.

Я хмыкнул. Мысль была здравая. С единственной поправкой: не следует пока раскрывать все карты и выдавать информацию про Жало.

— И еще. — Глянул я Ивану прямо в глаза. — Если у кого-то из вас возникнет желание кинуть меня, как Степана — ни Призрачного охотника, ни своей головы ты больше не увидишь. Я доберусь до тебя. Чего бы мне это ни стоило.

Он выдержал мой взгляд, потом медленно кивнул:

— Учту. — И неожиданно протянул руку. — Договор, Карамазов?

Я секунду помедлил. Перед глазами вспыхнуло: коридор подвала, Черная метка на ладони Маши, мешок у забора. «Мы долго к этому готовились… Степан знал, на что идет…» Все это никуда не делось.

Но с другой стороны — Орлиное гнездо я один не возьму. Даже с двумя гримлоками и Жалом. А Дозор — наш общий враг. Слишком уж плотно переплетены нити. Либо я буду действовать сам по себе и по собственным правилам, либо — временно с теми, кто эти правила кроит по‑своему.

— Договор, — сказал я и пожал его руку.

Хватка у него была крепкая, сухая, без лишнего мужицкого нажима. Он не пытался доминировать. Просто фиксировал факт.