Чернокнижник #1 - Александр Евгеньевич Сухов

со звериными головами, Олимпийцы или многочисленные ассирийские божества имели значительно большее влияние на умы людей. Путем ряда немудреных манипуляций этому хитроумному товарищу удалось заронить в души людей весьма удобную для правящего класса философию взаимной любви смирения и непротивления злу насилием. Вскоре данный подход принес щедрые плоды столь предприимчивой высшей сущности — людская энергия потекла в его Горние Выси бурным потоком. Тот факт, что христианство на Земле раздроблено на множество религиозных течений, является, по всей видимости, отголоском дележа так называемыми Высшими энергии, поступающей с Земли от приверженцев данного культа. Кстати, появление разного рода новоявленных богов типа Кузи, Грабового, Рона Хаббарда и еще множества подобных им деятелей, на мой взгляд, также попытки отщипнуть частичку духовной энергии землян кем-то из обитателей высших планов. А что, народищу для довольно скромного по площади мира хренова туча, почему бы не утвердиться для начала на малом пятачке, потом захватить побольше и начать «доить» адептов нового культа по полной программе. На Танторе настырных богов не привечают, кроме легендарного Создателя, коему от разумных в принципе ничего не нужно, своих энергетических вампиров предостаточно, однако попытки прорывов божественных сущностей в виде разного рода аватаров и там отмечается регулярно. Следует заметить, безуспешные попытки, ибо маги там бдят неусыпно и ни с кем из пришлецов «ниву» делить не желают. Две такие сущности до моего бегства с Тантора томились в подвалах Вардха-Нархала и со стопроцентной вероятностью были развеяны мощным взрывом. Интересно, сколько Светляков там погибло? Надеюсь, немало. Теперь наверняка всем своим кагалом поминают Илема Этанарского недобрым словом. А мне-таки бальзам на душу — сделал Светлым гадость на сердце радость.

За подобного рода размышлениями не заметил как подкатил к вычурной чугунной ограде, опоясывающей храм и какие-то подсобные постройки рядом с церковью. Кладбище находится чуть в стороне огорожено простенькими стальными пиками, изготовленными из обычной арматуры. Из-под облупившейся краски на ней повсеместно заметны потеки ржавчины. Помимо общей кладбищенской изгороди вокруг могилок по православному обычаю с распахнутой дверцей невысокая оградка, обозначающая родовую принадлежность захоронений. Внутри чаще всего покосившиеся кресты, но попадаются новомодные надгробия из камня с фотографиями покойников. Бригада гастарбайтеров восточной наружности уселась по лавкам у одноэтажного кирпичного строения, что-то оживленно обсуждают. На мощеной квадратной плиткой площадке перед зданием образчики стел, подставок под них, цветников и развалы искусственных цветов и венков, выставленных на продажу.

Для начала решил посетить церковь. Снаружи всё благопристойно. Насколько мне известно, церквушку реставрировали силами местных энтузиастов в середине девяностых еще до моего переезда в Дымово. Интересно взглянуть, что там внутри, лишь потом пройдусь между могилами под предлогом присмотреть для себя местечко, где будет уютно лежать после упокоения. Хе-хе-хе! Покойникам вообще-то все равно, где лежать. Мои же родственники, скорее всего, заберут тело в Киров, сожгут в крематории, прах поместят в колумбарий. И правильно, нечего землю захламлять могилами, скоро для живых места не останется. Я бы еще отметил в завещании, чтобы пепел развеяли над каким-нибудь лесом, чтобы какой ушлый некромант не смог воспользоваться моей энергоинформационной матрицей и не припахал после смерти. Однако помирать пока не собираюсь, поэтому никаких завещаний. На крайний случай, детишки Трофима Афанасьевича и без моего участия добро поделят, чай не горы злата из хранилищ темного властелина.

Демоны Низших планов! Не о том я думаю. Какие к чертям собачьим похороны⁈ Илем Этанарский еще не готов к уходу из жизни и вряд ли когда-нибудь будет готов к этому.

Внутри церквушки как в песне Высоцкого — смрад и полумрак, дьяки курят ладан. Вообще-то, насколько мне известно, правильно нужно говорить — воскуряют, ибо курят табак и прочие травы-отравы. Но поэту для рифмы всяко дозволено, бывает словечко перекрутят так, что сходу и не догадаешься, чего оно означает.

В притворе группа деятельных старушек ревниво визуально оценивает всякого входящего. Там же лавка торгует свечами, иконками, крестиками и прочими религиозными атрибутами. На меня местные стражи порядка в юбках не обратили никакого внимания. Похоже благообразный вид моих седин им пришелся по душе. А вот заглянувшего в храм, насколько я понимаю, любопытства ради уроженца Средней Азии так шуганули, что тот рванул на выход со всей возможной прытью. Зря они так кардинально с ним, может быть, человеку стало тесно в рамках магометанства, может, пришел приобщиться к православной благодати, а эти церберши всё испортили. Здешнему батюшке неплохо бы прочистить мозги своей чересчур бравой гвардии, насколько мне известно, представителям других религий и конфессий находиться в пределах притвора не возбраняется. Впрочем, мне все эти «танцы с бубнами» абсолютно по барабану, ибо хоть дед Трофим и атеист, заботами его отца и матери крещен. По случаю посещения храма у меня даже крестик наперсный под рубахой имеется.

Вошел в среднюю часть церкви, собственно Храм, перекрестился, как полагается на образа, дабы не вызвать на себя гнев старушек. И тут же буквально обомлел — из меня попытались вытянуть те крохи магической энергии, что были в моем внутреннем хранилище. А вот и хренушки вам местные Высшие Силы. Я не простой обыватель и ко всякого рода подобным проявлениям привычный. За всю долгую не только по местным меркам жизнь Илема Этанарского, его не раз и не два пытались ограбить маги, демоны, ангелы, в этом списке даже шаман троллов имеется. В результате все неудачники, примкнули к моему темному воинству в виде поднятых умертвий. Закрыться от сторонних воздействий для меня проще простого, даже имея незначительный запас магии, что, собственно, я тут же и сделал.

Осмотрелся, прислушался к окружающей обстановке. Вроде бы всё спокойно. Стороннего подозрительного внимания не ощущаю иных воздействий также. Утренняя служба завершена. Главный жрец отдыхает. В помещении пара служек наблюдают за порядком. С десяток прихожан истово молятся ликам святых. Вне всякого сомнения, какая-то беда приключилась либо с ними, либо с близкими им людьми, потому и усердствуют сверх всякой меры. Кстати, дьяки кадилами не машут, без того запаха фимиама предостаточно. По стенам образа. Амвон небольшое возвышение, с которого батюшка осуществляет окормление паствы. Далее алтарная перегородка, иными словами, иконостас. Освещение слабое, из-за игры колеблющегося света от лампадок и свечей плоские иконописные лики приобретают объем и кажутся живыми. На психику действует даже мне темному колдуну и некроманту. Неплохо православные священнослужители обустроились. Мои продвинутые внуки сказали бы: «Креативненько».

Сюда ходят либо по привычке, либо с большой бедой. Не даром говорят: «Гром не грянет, мужик не перекрестится». Человек в расстроенных чувствах, попав под легкое наркотическое воздействие сгорающего на углях ладана,