Тренировочный День 16 - Виталий Хонихоев

бить по ним прицельно и в полную силу. На самом деле я думаю, что ваши парни сейчас еще осторожнее станут. Просто… начнут стараться. Стараться делать вид что они серьезны. Даже так это хорошая тренировка…

— Ха. А ты на редкость коварный тип, Полищук. Я как-то и не подумал…

— Вы, Геннадий Валерьевич, мужчин тренируете, у вас там чуть попроще. Девушки — это совсем другой коленкор. Они сильны по-другому.

— Значит ты использовал мою команду чтобы сплотить свою? Нарочно отстранился от решения проблемы, дал капитану и команде принять решение и воплотить в жизнь самостоятельно? А ты понимаешь, что противопоставил себя команде? На время этого матча — ты для них враг. Нельзя с таким играть, Вить. У вас впереди сложные матчи, команда не должна сомневаться в своем тренере. Это ты их лидер, а не капитан.

— Вот в этом разница между мужской командой и женской, — вздыхает Виктор: — я бы и сам был бы рад, если бы у меня мужчины в команде все были… с ними проще. Есть лидер, все слушаются. Субординация, все дела. А в моей команде… у нас нет лидера как такового. Нет порядка и субординации.

— Это неправильно. Девчата талантливые, с немалым потенциалом, но если не будет порядка в команде, то этот потенциал будет истрачен впустую. Мой тебе совет, Полищук — начинай наводить порядок. Прекращай этот балаган на скамейках, разговоры только по делу, никакой самодеятельности… и увеличь время тренировок.

— Эх, Геннадий Валерьевич… вы бы знали как вы неправы. Эта команда только так и может весь свой потенциал открыть. Когда каждый — личность и знает, что его ценят. Когда свои взаимоотношения выстраиваются. Бергштейн и Синицына играли за гормолзавод и капитаном у них там была Кондрашова. Вот там пытались вертикаль власти устроить… потому ни Лиля, ни Юля свой полный потенциал там так никогда и не раскрыли. К сожалению, дикие цветы не растут в неволе…

— Витька, это тебе не ботаника, а спорт!

— А спорим мы у вас выиграем?

Глава 9

Глава 9

Алена Маслова, номер на футболке «6», либеро

прозвище в команде ' Вазелинчик'

Она повела плечом, развернула корпус в сторону, растягивая мышцы спины. Обернулась. Позади, за белой линией — стояла Юлька Синицына, подбрасывая мяч, ловя его в раскрытую ладонь и снова подбрасывая. Лицо у Синицыной ничего не выражало, ни страха, ни радости, ни раздражения, ничего. Впрочем, Юлька всегда такой была, она лицом никогда ничего не показывала, а что у нее внутри творилось — никто не мог сказать.

Наша подача, подумала Алена, после технического перерыва, после восемь-ноль и капитанского демарша к команде соперников, после того как «Медведи» пообещали играть серьезно — первая подача. Она перевела взгляд на ту половину площадке, где обитали Гиганты.

Гиганты были сосредоточены и серьезны, пожалуй, в первый раз за все время их совместного матча и она моргнула. Видеть номер пятый серьезным… это было неожиданно. Почему-то ей остро захотелось поделиться своим чувством, потянуть кого-нибудь… ту же Айгулю за руку и сказать ей, что пятый номер — все же красавчик, а когда у него лицо такое сосредоточенное и серьезное, то он еще привлекательней становится, есть все-таки в парнях что-то вот такое… когда они очень сильно чем-то увлечены, да? Лица меняются, в глазах как будто кто-то маленькую лампочку включает, освещая их изнутри. Вот, например тот же Димка Сарычев, одноклассник ее бывший, рохля рохлей, а когда про свои марки начинает рассказывать — весь преображается! Потому она его в восьмом классе за гаражами и поцеловала…

— Будет подача в Князева. Он поменяется с Зуевым на этот мяч. Потом будет быстрая атака с задней линии к нам. — звучит голос этой раздражающей Дуськи Кривотяпкиной: — Маслова — будет сильный мяч, смотри осторожно, он может в аут идти, думай перед тем, как брать.

— Да поняла я. — ворчит в ответ Алена, наклоняется потянуть наколенник и бросает взгляд за пределы площадке. Тренера команд, крепкий пожилой мужчина с седеющими волосами и Витька — стояли рядом и о чем-то разговаривали. Судья тоже о чем-то говорил с подошедшим к нему помощником, свистка на начало матча и подачу еще пока не было. Она сделала шаг в сторону и потянула Айгулю за руку.

— Гулька! Смотри, какой пятый номер серьезный! И…

— Свали в туман, Вазелинчик, — отвечает ей Салчакова: — я на игре сосредотачиваюсь, не до тебя мне.

— … ну и ладно. — она делает шаг в другую сторону и шепчет: — Лилька! А Лилька! Смотри какой номер пятый серьезный и сосредоточенный! Скажи-ка, не правда ли, он на молодого Тихонова похож? Парни, когда серьезные — они чем-то привлекают, а?

— Пятый номер? — Лиля поворачивается: — А, Дюша! У Дюши одна девушка в Таганроге, Людой зовут, она стоматолог и у нее двое детей. И две в Свердловске, одна Наташа, работает в школе, учительница начальных классов, а вторая Анжела, та библиотекарь. Говорят, что он бабник, но как по мне Витька больше бабник. А ты чего, Алена, тебе бабники нравятся? Наверное когда он по своим девушкам ходит, у него как раз такое лицо — сосредоточенное.

— Ой, да ну тебя, Бергштейн, вечно ты все испортишь. Может он… случайно? Может он — заблудший бабник? Ну то есть никогда прежде он не встречал такой девушки как я и все это время — искал? А как он мог искать иначе? Но теперь, когда он встретил меня, когда мы увидели друг друга через сетку, будучи соперниками на площадке, наши сердца — дрогнули! И моя любовь исправит его! Он станет верным семьянином…

— Никто не становится верным семьянином внезапно. Думать, что ты можешь исправить человека — несусветная глупость, Вазелинчик. — подает голос Айгуля Салчакова.

— Отставить. Все по местам, сет начинается. — говорит Дуся и все замолкают. Алена делает шаг в сторону и назад, занимая свое место. Все сразу специалисты и семейные психологи, думает она, ничего они не понимают. Этот пятый номер, Андрей Лавров… он же такой симпатичный! А то, что у него две девушки в Свердловске и одна в Таганроге, ну и что? Это потому, что он — запутался. Ему нужна такая как она и он сразу же поймет, что надо хранить друг другу верность и что глубокие, настоящие отношения намного лучше, чем