Хогвартс по ГОСТу - Сералай

«Схлопывайся!», — я нажал на спуск.

КЛАЦ!

Звук был такой, будто захлопнулся сейф в Госбанке. Мощнейшие магниты притянули челюсти друг к другу с такой силой, что клыки василиска просто раскрошились, а сама пасть теперь была запечатана намертво.

Но я не остановился. Я схватил газету «Чебоксарский Рабочий», свернул её в тугой жгут и… засунул её прямо в ноздрю оцепеневшей твари.

«Это тебе за Миссис Норрис, — прохрипел я. — «Смерть от избытка информации!»

Я активировал вторую часть ловушки — стальной трос, закреплённый на колонне, натянулся. Я выбил подпорку, и огромная чугунная раковина, которую я заранее подпилил, рухнула прямо на затылок змеюки.

ХРУСТЬ!

Василиск рухнул на пол, окончательно превращаясь в груду безжизненного мяса. Всё. Спидран завершён.

Я вытер пот со лба полой шинели и посмотрел на Локонса, который всё ещё сидел в шпагате, прижимая к груди газету.

Когда пыль от рухнувшей раковины начала потихоньку оседать, в туалете Плаксы Миртл повисла такая тишина, что было слышно, как у Локонса в голове шевелятся остатки извилин, пытающиеся осознать масштаб катастрофы. Василиск лежал огромной, изломанной горой изумрудной чешуи. Его хвост, который ещё минуту назад крушил кабинки, теперь лишь мелко подрагивал, выбивая дробь по кафелю, как хвост дохлой рыбы на прилавке чебоксарского рынка.

Я стоял, опираясь на верную швабру, и чувствовал, как по спине стекает пот, смешанный с пылью веков. Миссис Норрис, эта героическая шерстяная душа, вылезла из-под стального каркаса зеркала и начала методично вылизывать лапку, будто не она только что была в шаге от превращения в садовую статую.

«Ну что, Гилдерой», — я сплюнул, чувствуя на языке вкус победы и штукатурки. — «Напишешь в мемуарах, как мы с тобой на "скользкой дорожке" зверя валили? Только про штаны свои не забудь упомянуть, для реализма. Читатель, он ведь правду любит, со всеми подробностями».

Локонс не ответил. Он сидел в своём нелепом шпагате, вцепившись в «Чебоксарский Рабочий» так, что костяшки пальцев побелели. Его зубы, которые обычно сияли ярче маяка, теперь были плотно сжаты, а берет с пером съехал набок, придавая ему вид побитого петуха.

И тут за дверью началось. Звук крушения, который я устроил, был сопоставим с падением башенного крана на стройке соцобъекта. Весь Хогвартс сорвался с места.

«Алохомора Максима!» — рявкнул чей-то голос снаружи, и остатки двери, которые я так старательно запер, просто испарились в облаке искр».

В проём влетел Дамблдор. Я впервые видел директора таким — мантия всклокочена, палочка в руке горит яростным белым светом, а в глазах за очками-половинками плещется такая мощь, что воздух вокруг него начал вибрировать. За ним, едва не сбивая друг друга, неслись Макгонагалл с перекошенным лицом и Снейп, который, несмотря на свою хромоту, двигался быстро и бесшумно, как тень.

«Аргус!» — вскрикнула Минерва, прижимая руки к груди. — «Вы живы?! Что здесь… О Мерлин…»

Она осеклась, увидев тушу василиска. Вся делегация замерла на пороге, превратившись в живую картину «Удивление профессуры». Дамблдор медленно опустил палочку. Он перевёл взгляд с огромного мёртвого змея на Локонса, а потом на меня. Я в это время как раз невозмутимо доставал из кармана шинели «Приму» и чиркал спичкой о стену, которая ещё не успела развалиться.

«Аргус…» — голос Дамблдора был тихим, но он вибрировал от скрытого напряжения. — «Я полагаю, вы нашли то, что Салазар Слизерин так тщательно прятал целую тысячу лет. И, судя по состоянию помещения, вы провели… хм… очень тщательную инспекцию».

«Да вот, Альбус, — я выпустил густую струю дыма, которая лениво поплыла в сторону офигевших студентов, толпящихся в коридоре. — Профессор Локонс тут затеял проверку легенд на прочность. Ну, я как завхоз не мог остаться в стороне. Гилдерой у нас, оказывается, мастер по работе с прессой. Видишь? Змеюка так впечатлилась новостями из Чебоксар, что аж пасть закрыла. Навсегда».

Снейп подошёл к василиску. Он двигался осторожно, будто боялся, что тварь сейчас оживёт. Он наклонился над головой монстра, разглядывая мои магнитные ловушки, которые намертво стянули челюсти гадины.

«Что это за варварство, Филч?» — прошипел Сёверус, и в его голосе слышалась смесь ярости и профессионального интереса зельевара. «Это магловские устройства? Вы запечатали пасть василиска… магнитами? И что это в его ноздре?» Он кончиком своей палочки брезгливо коснулся газеты «Чебоксарский Рабочий», которая торчала из носа, змеи как флаг поверженного государства. Снейп прищурился, пытаясь прочесть заголовок про удой коров, и на его лице на долю секунды отразилось такое страдание, будто он разом выпил литр зелья из сушеных тараканов.

«Это, Сёва, называется "сила печатного слова"», — я подошёл ближе, нависая над ним всей мощью своего "Ревизорского" удостоверения, которое в этот момент выдало максимум пафоса. — «Пока ты там свои зелья в подвалах мешаешь, мир прогрессирует. Мы с профессором Локонсом применили комплексный подход: смазка, зеркальный рикошет и физическое давление инфраструктурой. Всё по ГОСТу». Снейп только скрипнул зубами, но возразить не решился — аргумент в виде дохлого василиска был слишком весомым.

Локонс, почувствовав внимание руководства, начал приходить в себя. Он икнул, поправил берет и, пошатываясь, поднялся на ноги.

«Да… да!» — пискнул он, стараясь придать голосу привычную бархатистость. — «Это была… невероятная схватка! Я применил своё секретное заклинание "Пресса"! Мой бесценный опыт борьбы с гигантскими червями в пустыне Гоби помог мне направить энергию мистера Филча в нужное русло!»

Макгонагалл посмотрела на Локонса, потом на его штаны, которые явно намекали на то, что «энергия» была направлена не совсем туда, и брезгливо поджала губы.

«Мистер Локонс», — ледяным тоном произнесла она. — «Вам следует немедленно отправиться в больничное крыло. А вам, Аргус… вы хоть понимаете, что вы сделали? Вы в одиночку… ну, почти в одиночку… уничтожили Ужас Хогвартса!»

«Работа такая, Минерва», — я пожал плечами. — «Сегодня змея, завтра засор в мужском туалете. Масштабы разные, суть одна — чистота должна быть во всём. А эту селёдку… Сёва, забирай. Только магниты мне верни, когда тушу на куски резать будешь. Они мне ещё в третьем фильме… тьфу, в смысле, в следующем году пригодятся».

Дамблдор подошёл к василиску и коснулся его чешуи.

«Поразительно», — прошептал он. — «Древняя магия, побеждённая… раковиной и газетой. Аргус, вы никогда не перестанете меня удивлять. Я думаю, школа должна знать своих героев. Хотя я вижу, вы предпочли бы оставить славу профессору Локонсу?»

«Мне слава не нужна, Альбус», — я сплюнул на пол, который теперь блестел от вэдэшки. — «Мне нужна премия за вредность, повышение