Он вернется до рассвета. Книга 2 - Тэнло Вэйчжи

Нового года Пэй Чуань заранее заполнил все документы, чтобы после праздников получить справку об освобождении и назначение на должность. Чэн Чжэнхай заглянул через плечо юноши в его анкету: «Имя: Пэй Чуань. Пол: мужской. Возраст: 22 года»

Мужчина громко рассмеялся:

– Двадцать два года! Наконец-то возраст вступления в брак![16]

Ручка в руке Пэй Чуаня замерла.

– Скажи мне, считаешь ли ты свою жизнь уникальнейшим примером возрождения из пепла? Выбрав кривую дорожку, ты мог бы выйти из тюрьмы никем, но теперь будешь работать на благо родины! Звучит почетно, не думаешь?

– Старик Чэн, – тихо проговорил Пэй Чуань, – я ведь ни дня не проучился в университете.

– Ну и что? Посмотри на нынешних студентов, кто из них после четырех лет становится ученым или может похвастаться работой над национальными проектами? Ты превзошел их всех! Когда добьешься успеха, не забудь навестить старика!

Лицо Пэй Чуаня оставалось спокойным и непроницаемым. По нему было непонятно, что творилось у юноши в голове.

Старик Чэн продолжал:

– Единственный твой недостаток – ты слишком много думаешь.

Пэй Чуань закончил заполнять анкету, но так ничего и не ответил. Его будут воспринимать по-разному: для одних он станет великим ученым, трудящимся на благо страны, а для других так и останется бывшим заключенным без настоящего образования. Эти годы он провел в тюрьме, среди других преступников. Ему приходилось учиться жизни у старших товарищей.

Пэй Чуань был не робкого десятка: он не боялся осуждения и косых взглядов. Но когда дело касалось Бэй Яо, он не мог оставаться равнодушным. У нее было четыре года, чтобы начать новую жизнь без него, но она не изменила своего решения. Бэй Яо продолжала выбирать мужчину, который не мог дать ей будущего. Когда-то Чжао Чжилань умоляла пощадить их дочь. Теперь же, после тюрьмы, в ее глазах он, несомненно, опустился еще ниже. Пэй Чуань боялся, что, оставшись с ним, любимая будет страдать. Но еще больше он боялся, что она прозреет и оставит его. Он не мог смириться с мыслью, что однажды она испугается и захочет уйти.

Освобождение из тюрьмы должно было стать поводом для праздника. И хотя ни Бэй Яо, ни Цзинь Цзыян еще не знали об этом, все шло по плану Пэй Чуаня.

В канун нового 2013 года Бэй Яо не смогла поехать на свидание: ее бабушка была тяжело больна, почти при смерти. Кто-то сказал, что, как только женщина становится матерью, на первом месте у нее оказывается ребенок, а потом родители. Людям свойственно больше любить следующее поколение. Поэтому, несмотря на печальные новости, Чжао Чжилань не стала сразу сообщать об этом дочери, опасаясь, что та начнет волноваться и не сможет сосредоточиться на экзаменах.

Чжао Чжилань никогда об этом не говорила, но в ее душе жила огромная обида на мать. У бабушки Бэй было двое детей: услужливая дочь и любимый сын. Чжао Чжилань вдоволь наелась упреков матери, ее растили кухаркой и нянькой для младшего брата. Лишь выйдя замуж за Бэй Лицая, женщина смогла избавиться от этих оков. Любимчик Чжао Син вырос никчемным и подлым, за всю жизнь не сделав ничего стоящего. После гибели дедушки Бэй Яо из-за несчастного случая семья получила немалую компенсацию – и всю ее бабушка потратила на Чжао Сина.

С самого рождения мать воспитывала Бэй Яо сама. Бабушка ни дня не помогала ей с ребенком. Только когда родился Бэй Цзюнь, Чжао Чжилань на некоторое время вернулась в родительский дом. К тому времени бабушка уже понимала, что на Чжао Сина полагаться не стоит, и рассчитывала, что в старости заботиться о ней станет дочь. Поэтому она неожиданно хорошо относилась к внучке, рассказывая едва ли не каждому встречному о том, какая та красивая и умная.

Однако Чжао Чжилань знала, что одних слов недостаточно. Все сбережения бабушка спускала на неблагодарного сына, а Яо-Яо приходилось донашивать одежду за двоюродными сестрами. В трудные времена бабушка даже не пыталась быть рядом. Так что с печальными новостями Чжао Чжилань позвонила дочери только по окончании экзаменов.

– Приезжай попрощаться с бабушкой.

Бэй Яо пришлось просить Цзинь Цзыяна объяснить все Пэй Чуаню за нее.

Когда она торопливо вошла в палату, бабушка сжимала руку Чжао Сина. Она смотрела на единственного сына мутными глазами, но из-за слабости не могла произнести ни слова.

В палате слабо пахло мочой, и Чжао Сяоцан, дочь Чжао Сина, стояла у двери, то и дело хватая ртом воздух снаружи. Чжао Чжилань тоже сидела в палате.

– Иди сюда, – позвала Бэй Яо мать. Та послушно подошла и осторожно взяла старушку за руку.

– Бабушка, я пришла тебя навестить.

Морщинистая кисть дрогнула. Старая женщина не сразу поняла, что это ее нелюбимая внучка. И что Чжао Сяоцан, которую она лелеяла с младенчества, с недовольным видом стоит у двери, не в силах стерпеть запах в палате.

Малыш Бэй Цзюнь держался за мамину руку. Он не знал, что происходит, но понимал, что случилось что-то серьезное и важное, а потому смирно стоял и молчал, не жалуясь на вонь. Молчал и Чжао Син. Он ни слова не сказал своей дочери, такой же неблагодарной, как и он сам.

Бабушка оглядела полную палату, и наконец в уголках ее глаз проступили слезы. Она всю жизнь дорожила только сыном, а он оказался неудачником, промотал семейное состояние и вдобавок потащил на дно семью сестры. Она редко вспоминала о дочери, но кто бы мог подумать, что именно Чжао Чжилань будет ухаживать за ней в последние дни ее жизни. А Чжао Сяоцан, которую она растила столько лет, будет морщиться от вони, сбежав в коридор.

Говорить старушка уже не могла. Вся дрожа, она лишь крепко сжала руку Бэй Яо. Чжао Чжилань отвернулась, чтобы никто не увидел ее слез. Она не понимала, почему женщины, выдержавшие страдания прошлого, так сурово обращались с дочерями.

Бабушка умерла той же ночью, не сказав напоследок ни слова. Кто знает, о чем думала пожилая женщина в последние минуты своей жизни. Сожалела ли она о том, что всю жизнь оставалась верной патриархальному строю?

Чжао Чжилань хотела, чтобы ее мать ушла достойно, и стала переодевать ее. Бэй Яо порывалась помочь, но женщина сказала:

– Уведи брата. Здесь я сама справлюсь.

Чжао Чжилань в душе всегда была упрямой, поэтому Бэй Яо ничего не оставалось, кроме как вывести малыша в коридор.

– Сестра, мама не ела весь день, – прошептал Бэй Цзюань.

Бэй Яо нахмурилась и отправилась вместе с братом в магазин. На