Фантастика 2026-76 - Константин Николаевич Буланов

Гоша перестал стрелять. В кабинете повисла тишина, наполненная запахом пороха и горелой лепнины.

Якуб сидел на полу, раскинув ноги. Взгляд расфокусированный, пустой. С уголка губ потекла слюна. Он пошевелил пальцами. Посмотрел на них. Удивлённо.

— Дача… — пробормотал он, обращаясь не то ко мне, не то к стене. — Там комары… и маковый пирог… Мама обещала маковый пирог…

Почти как с Жыгой. Или тем бандитом в Бургасе. Вырви у человека астральное тело — и наружу полезет всё, что он прятал под слоями должностей, званий и печатей. Самый первый слой. Детство. Каша. Мамин пирог.

Гоша подошёл ближе к нему, волоча за собой шинель. Выкинул экстрактором пустые гильзы из барабана.

— Шеф… — прошептал он, покосившись на меня. — Эт как с Жыгой? Ты ему башку рихтанул и подплавил?

— Угу, — кивнул я. — Сбросил до заводских настроек.

Арина дёрнулась первой. Вытащила телефон, поднесла к лицу, ткнула в экран. Быстро. Привычно. Медийщик, у которого на руках золотой материал, а камера не пашет.

Экран остался чёрным. Она нажала ещё раз. Подержала кнопку дольше. Ничего.

Посмотрела на меня так, будто я лично отвечал за законы электроники в параллельных мирах.

— Здесь даже совесть не работает, — буркнул я. — Чего ты от телефона хочешь.

Якуб у стены зашевелился. Встал на четвереньки. Пополз к окну.

— Воздуху… — бубнил он, цепляясь за стену и поднимаясь. — Душно. Открой форточку, мама…

Он подтянулся. Отодвинул портьеру. Дёрнул шпингалет. И распахнул окно. В кабинет ворвался холодный воздух и шум чужого города.

Якуб перегнулся через подоконник. Слишком сильно. Опасно, я бы сказал.

В следующую секунду из-под стола вылетела Анюта. Прям натуральной, сука, молнией.

Рубашка распахнута — видна грудь вытащенная из плотного «бабушкиного» белья. Тушь потекла. Помада размазана. На плече, где сползла ткань, темнели синяки. Старые. Много. Ненависти в её глазах хватило бы, чтобы спалить пару городов.

Она подскочила к окну в три шага. Наклонилась. Подхватила Второго секретаря за ноги. И вышвырнула. Просто вцепилась в щиколотки и резко выпрямилась, отправив его в полёт.

Мелькнули подошвы дорогих ботинок. Где-то внизу послышался совсем слабый удар.

Гоша, по-прежнему закутанный в генеральскую шинель, защёлкнул барабан револьвера. Поправил фуражку.

— Вот это я понимаю, — уважительно глянул он на секретаршу. — Кадровые перестановки.

Эльфийка выпрямилась. Тяжело дыша, поправила рубашку. Машинальным движением пригладила волосы. Повернулась к нам, окинув абсолютно безумным взглядом.

— Уволился, — сказала она хрипло. — По собственному желанию.

Потом осела на пол и закрыла лицо руками.

Пожалуй, пора сваливать. Обратно через наш нарнийский проход, который, хотелось надеяться, ещё не захлопнулся.

— Я это не сняла, Тони, — сказала Арина ровным голосом. — Так нельзя. Нам нужны доказательства. У них же должны быть телефоны, так?

Она перевела взгляд с меня на секретаршу. А я посмотрел на стол. Папки. Чай. Селектор. Три аппарата с круглыми хреновинами для набора. Табличка с «титулом». Как-то сомневаюсь я, что у них тут могут быть мобильные телефоны.

Анюта подняла лицо из ладоней. Посмотрела на Арину. Тяжело сглотнула. А когда начала говорить, в приёмной заскрипела дверь. Затопали ноги.

— Якуб Дмитриевич! Мы рядом! — рявкнул суровый мужской бас. — Держитесь!

Три астральных тела. Тёплые пятна за деревянной створкой. Разумные. Живые. Вооружённые.

Я потянулся гарпунами. Изначально хотел подцепить. Вырубить. Выключить, как свет.

Но перед глазами мелькнул образ плачущей эльфийки на коленях. Старые синяки на плече. Звуки из-за стола.

Внутри плеснула злость. Даргская. Чистая. Без морали. С предсказуемым результатом.

Крики за дверью оборвались мгновенно. Одновременно Арина вскинула автомат и дала очередь через дверь.

— Уже готовы! — обозначил я ситуацию. — Спеклись!

Я не планировал их убивать. Что-то щёлкнуло внутри, и руки сделали работу раньше, чем голова успела возразить. Бывает. Особенно когда какое-то время стоишь в шкафу, слушая, как работает система. Покажи любому человеку изнанку бюрократической системы, какой она является на самом деле и любой лоялист превратится в отчаянного противника. Красивый фасад строят и полируют специалисты, которым за это платят приличные деньги. Внутри всё иначе. Грязь, кровь, цинизм, нулевая мораль.

Арина двинулась к двери. Распахнула ударом ноги.

Приёмная. Один охранник лежал на боку и дёргался — её пули нашли цель, пройдя через дерево. Двое стояли. Плечи подрагивали, глаза стеклянные. Руки держали оружие, но угрозы они уже не представляли.

Именно так выглядят люди, у которых выдрали изнутри самое главное, оставив лишь оболочку.

Арина убрала автомат за спину. Спокойным движением достала из кобуры на бедре пистолет. Шаг вперёд. Второй.

Первому — в голову. Второму — туда же. Третьему, который дёргался — в переносицу. В упор. Методично.

Три хлопка. Тихие, деловые. Как печати на документах.

Я на секунду завис. Потом вспомнил Багдад. Тот ночной разговор. Её слова. Больше вопросов не осталось.

— Всё, — констатировала она, убирая оружие. — Ублюдки мертвы.

Сзади скрипнуло. Гоша высунулся из шкафа, в который нырнул секунду назад.

— Шеф! Там жопа! — сообщил он, вытаращив глаза. — Какая-то хрень летает! Искры, вихри! Рано туда соваться. Расщепит к хренам. На атомы.

— На атомы? — переспросил я. — Ты когда таким умным стал?

Гоша посмотрел на меня с изрядной обидой в глазах.

— Шеф, ну ты чё? Я ж культурный гоблин, — прошипел он. — В основном.

Я удивлённо хмыкнул. А воздух дрогнул от бешеного рёва сирен.

Аня взвизгнула. Рванула в сторону, забиваясь в угол. Сползла на пол, трясущимися руками застёгивая рубашку.

— Нас убьют… Код «красный»! — в голосе плескалась паника. — Мы все умрём!

Я метнулся к окну. Оттолкнул кресло Якуба, что загораживало путь. Выглянул наружу.

На фоне свинцовых туч к нам приближались точки. Дроны. Уродливые, кособокие конструкции с четырьмя пропеллерами, похожие на летающие бочки из ржавого железа. Летели медленно и с низким гулом. Я бы от души посмеялся, если бы не пулемёты, приваренные к днищам.

Снял со спины штурмовой комплекс. Упёр приклад в плечо.

Первый дрон дёрнулся и пошёл вниз, как пьяный голубь. Второй разлетелся на куски прямо в воздухе. Третий задымил и рухнул штопором, осыпая двор обломками.

В коридоре снова послышался топот. Новая волна.

— Контакт! — крикнула Арина, занимая позицию у двери.

Зазвучали выстрелы. Арина ответила короткой очередью. Я, не отрываясь от окна, ударил гарпунами. Рванул. В коридоре вскрикнули и замолкли. Арина отбила несколько одиночных, похоже добивая врагов. А я накрыл четвёртый дрон.

Гоша вылетел из шкафа, где снова проверял проход. Не останавливаясь, запрыгнул в кресло, которое как раз вернулось к столу. Полы длинной алой шинели повисли в воздухе.

Ушастик уже потянулся к ящикам, собираясь