Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

Пока Максим застёгивал руки зорканца за спиной в артефактные кандалы, издавшие тихий щелчок и вспыхнувшие тусклым алым светом, я неожиданно заметил сбоку какое-то движение. Меч выскользнул из ножен ещё до того, как успели среагировать бесы. Тут же отбив скользнувший в направление моей головы клинок, я телекинезом перехватил и отодвинул от себя странную столбовидную железную эм… конструкцию, которая не сдавалась в попытках атаковать меня одним из двух имевшихся у неё мечей.

Это тоже произошло на одних инстинктах — оно всегда так, когда вступаешь с кем-то в ближний бой. Авось и не придется мечом махать, если противник рангом не дорос. Собственно, сейчас был именно такой случай.

— Ничёси! — воскликнул Степан, разглядывая подёргивающуюся в моём захвате штуковину. — Боевой робот!

Он обошёл конструкцию, осторожно ткнув пальцем в матовый корпус. А ведь действительно! Я, правда, немного не понимаю, как находившийся в помещении шар трансформировался в этот парящий над полом столб с двумя отростками по бокам вместо рук, но однозначно с товарищем согласен — это робот.

Одновременно с этими мыслями я ощутил вспышку головной боли, острой и колющей, будто кто-то пытался поковыряться гвоздем внутри моего черепа. Последнее заставило меня скосить взгляд на исказившуюся в гневе рожу обездвиженного зорканца.

— Тщщщ! — приложил палец к губам я и пнул берцем ему под ухо.

— Робот. Только не боевой, а учебный, — спустя десяток секунд, пока мы изучали странный аппарат, щупая его поверхности и проверяя их на прочность, возразил Максим. — Посмотрите на его клинки. Простые и тупые, без заточки, явно для тренировок.

— Верно, — вынужден был согласиться я, на всякий случай изымая у него оружие.

— Может наоборот отпустим и посмотрим на что способен? — с воодушевлением произнёс Астапов.

— Нет. И так шуму навели… — качнул головой и следом добавил: — С собой заберём.

Окинув взглядом комнату, я убедился, что больше никаких сюрпризов здесь нет.

Управляющий академии ордена Минзари, которого мы взяли в плен, уже парил в воздухе с повязкой на глазах и скованными руками. Его трюк с активацией робота и внезапной ментальной атакой, несмотря на фактор внезапности, ничем помочь ему не смог, и теперь он лишь тяжело и прерывисто дышал.

«Вытаскивайте нас», — коротко приказал я бесам. — «И эту штуку тоже».

Уже через десять секунд вся наша группа вновь оказалась на корабле, на котором в свою очередь нас ждал портал на Землю. Операция закончена, задача выполнена.

* * *

С того момента, как мы вернулись из Тюмени, прошло три дня. Сватовство, надо сказать, прошло как надо, и отец Алины с супругой своё принципиальное согласие на брак дали. Теперь осталось дело за свадьбой — молодые были счастливы.

За это время, кроме нескольких вполне обычных учебных дней, ничего произойти не успело. По вечерам мы собирались на совещание в моём кабинете, где со Святогором и другими приближенными обсуждали ближайшие перспективы, а также планируемую на Талааксе операцию. Об истинной цели похищения высокопоставленного зорканца, впрочем, я молчал до последнего.

Поведал об этом я только Максиму и Степану, и то, почти под самый конец. Первый, выслушав, надолго замолчал — очень уж, судя по его взгляду, ему мой план не понравился. Да я и сам был не в восторге от возможных рисков. Но другого выбора взять своё особо и не видел. Впрочем, обо всём по порядку.

Кхарм Вардана был представителем пусть и не самого древнего, но довольно уважаемого аристократического семейства. Будучи третьим сыном главы рода, он не пожелал тратить жизнь, участвуя в претендентской гонке, и пошёл своим путём. И за прошествием лет эта дорога привела его к довольно почётной и уважаемой должности главы столичной академии ордена Минзари. Последняя была не просто школой для одарённых, а тем местом, откуда в первую очередь набирались воины в имперскую гвардию, а также личную охрану императора. Ну и первого наследника престола в том числе. Элита элит, если говорить о степени подготовленности выпускников и тех, кто их взращивал.

Именно такой человек, тьфу, зорканец, сидел сейчас перед нами на стуле в глубине подвального помещения, где не так давно больше месяца жил граф Шевцов.

— Скажи ему, чтобы не дёргался, — бросил я, следом отдавая приказ снять повязку с глаз пленника, представляющую собой обычный кусок тряпки, который откуда-то добыл мне Рикс.

К текущему дню, чтобы свободно изъясняться с зорканцами на их языке, Кали больше не нужно было занимать тела ящеров. Демоны, к моему удивлению, имели большую способность к ускоренному изучению новых языков и диалектов. Тёмному достаточно было всего один, максимум два раза побывать в теле носителя нужной языковой группы — и вопрос решался сам собой. Расовая особенность.

Услышав перевод моих слов и наконец сумев оглядеться, ящер с нескрываемой злобой и ненавистью меня оглядел. В целях безопасности он был пристегнут к специальной рамке из толстой железной трубы таким образом, чтобы его голова не имела возможности двигаться. Спасибо дяде — в наше отсутствие он со своими ребятами должным образом подготовил помещение.

Что касалось нашего гостя, то можно было, конечно, ограничить его движения и телекинезом, но для чистоты дальнейшего эксперимента, я хотел свести любое нематериальное воздействие на зорканца к минимуму, чтобы ничто не искажало картину.

Видеть Кхарм сейчас мог только меня — ни повернуть головы, ни тем более развернуться, возможности у ящера не было. Дядя и мои товарищи находились у ящера за спиной и присутствовали в помещении больше в роли наблюдателей.

— Как ты, наверное, и без меня понял, мы взяли тебя в плен, — начал я, мысленно выстраивая в голове модель диалога с пленником.

Едва Кали закончила перевод фразы, как Вардана тут же выплеснул в ответ что-то гневное, захрипев и дёрнув плечами. Невольно переводя взгляд на стоявшую сбоку бесовку, я завис, ожидая перевода.

— Говорит, что ничего нам не расскажет и мы можем его убить.

Естественно, в случае полного отказа от сотрудничества, полезную для нас информацию мы будем добывать из него совсем другим способом, не пытаясь ящера уговорить или запугать. Но это всё позже и уже без меня лично. Я здесь за совсем другим — кое-что нам от пленника нужно было получить всё-таки по доброй воле…

Только вот имелась